Чтение онлайн

Мажор времени зря не терял, тоже с кем-то общался по воткнутому в одно ухо наушнику

Хотела ещё поразглядывать красивого. На нём столько деталей, которые могли бы рассказать, пусть немногое, но хотя бы навести на догадки.

Печатка на безымянном пальце, например. Кожаные браслеты — на левой руке. И даже татушка виднелась на шеи. Но от дальнейшего разглядывания отвлёк рингтон смс.

Пришлось, с сожалением, отвернуться и возвращаться к переписке.

Захотела подставить тебя. Представляешь какая гадина?! От гадина.

А как подставить? Разве крепостное снова вступило в силу?! Она моя госпожа?! Почему я не могу НЕ идти на вечеринку?

Как бы я прыгала до небес, если завтра вечером никуда не пришлось переться. Но! По закону подлости, от расчётливой Холодцовой наверняка не спастись.

Она мне сказала тебе кое-что передать…допечатывает Эми.

Что?

Якобы, если придёшь, она тебе что-то такое расскажет, что поможет влюбить Романова.

П-ф-ф. Да он и так уже почти.

Преувеличиваю чуток. Ладно, не чуток. Какой там влюбился?!

Так. Интерес лёгкий. В метро бывает возникает похожий. Эт когда взгляд стопорится на алкаше в трусах. Страноватенько смотрящего прямо на твои…на сердечко твоё.

Вроде и любопытно, а потом доходит, что происходит и пропадает как любопытство так, и вера в людей.

Ситуация идентичная моей. У Романова есть интерес ко мне. Если пойду с ним на сближение, он точно разочаруется, и в нём появится брезгливость. Не для него я. И он не для меня.

Но Холодкова дала всего тридцать дней…двадцать девять и пять часов.

Капец мало, чтобы разбить сердце. При всех. Публично то есть.

Хорошо…передумываю, скрипнув зубами.

Приду я на её тусу.

Ой, Евка. Лучше не ходи. Ты не знаешь, что творится на её маскарадных вечеринках. Однажды, я ей поверила и…

Телефон погас.

Чертова хреновина. Разрядилась. И Ватрушкина настоящая ватрушка.

Что за привычка писать по предложениям?! Написала всё сразу. Так бы я до нулевого процента зарядки, дочитала бы.

А-а-к-ха-кха.

Рычу, кричу, царапаюсь, отбиваясь от кровожадной судьбы, протянувшей ко мне когти. Желая захапать невинную душечку. Но это в фантазиях, а внешне остаюсь ледяной глыбой.

Марк и так, прекратив трындеть по телефону, начал вон, с великим сомнением, поглядывать. Даже громкость музыки чуток прибавил, тыкнув пару раз в экран перед собой.

Видимо, для того, чтобы не слышать "пых-пых".

Что поделать?!

Когда меня доводят, становлюсь похожей на ежиху, которую огорчил её ёж. Имела бы иголки точно всех бы на своём пути заколола. И первая под обстрел попала бы Холодцова.

Хорошо всё-таки, что я — не ежиха. Так бы точно попала в тюрячку.

Весело хмыкнув, качаю головой. Ежиха в законе.

— Приехали, ромашка. Выходим-с! — выдыхает Марк и вылезает из мерса.

Хотела ляпнуть пару грубых словечек.

Бу-бу-бу. Каким надо быть хамом, чтобы не открыть даме дверь.

Но мажор предотвращая истерию, обходит машину и распахнув "ворота", спокойно улыбается, захватывая мои бесстыжие глаза в плен своих.

Смотрю секунду на его улыбку. Смотрю вторую. Третью. На четвертую перебор, а всё равно смотрю.

— Что? — приподнимает брови Марк, видя, что замерла. Но продолжает дальше гипнотизировать, поэтому и слово сказать не могу.

Встряхнув волосами, прячусь за ними.

Подцепив резинку с запястья, завязываю хвост, и потом только выхожу из машины. Вся суматоха заняла секунд десять. Но они немного помогли прийти в себя.

Марк в желании помочь, придерживает за локоть. И там, где его ладонь касается оголенной кожи, разливается приятное согревающие тепло.

На самом деле, никакой романтики. Парень правда всего-то помогает не навернуться.

Недавно лил дождь. И теперь из-за влажного месива под ногами, поскользнуться и пролететь, как на горке, до самой вывески: «У баб Шуры», раз плюнуть.

— Спасибо, — благодарю, когда мажор, во время того, как я всё же заваливаюсь на бок, машинально хватает за талию.

Теперь всему виной стала влажная трава. А Марк так тщательно выбирал дорожку, по которой, будет мне идти безопасно.

Что смешно «Герц», как назвал его тот жбан в туалете, шёл, как по ковровой дорожке. Грязь нипочём, трава вообще в топку "летит".

В такие вот моменты, сразу накатывает осознание своей убогости.

Ничего-ничего. Зато у меня волосы длинные. Он не может таким похвастаться, подбадриваю мысленно себя поникшую. И, практически, мгновенно после, усмехаюсь от глупости, прозвучавшей в голове.

Давай, Евка, может ещё похвастаешься, что у тебя вот третий размер, а у него таких титек — нет. Сплошные мускулы.

Ой, зря про мускулы вспомнила. Память тут же покинула случай в туалете.

— Может, тебя на руках донести? Что-то ты покраснела. Холодно? — с сомнением оглядывает кожаные брючки и свою футболку предмет дум моих развратных…э-э-э…в смысле тяжких.

И, Господи, Исуусе, у него на лице что?! Проскользнула з-з…за-забота?

Бред. Очнись, Евка. Нельзя растекаться. Приди в себя. Не бывает такого. Ему просто от тебя что-то нужно.

Как знала — нельзя и на метр к мажором подходить. От них одни беды, головная боль, бессонница и вот такие вот зависания.

А Марк ещё красивее чем Алекс, нашёптывает альтер эго. То самое, которое как раз мажоров обожает.

Какой «Алекс»? Шиплю.

М*дачиной даже для тебя был. А сейчас «Алекс»?!

— Снова зависла, — щёлчок по носу.

Мы, после моего категоричного отказа. Собирания мной моих же ног в кучку и отлипания от сильного тела. Сидели в уютном кафе, делали заказ. Я вспоминала о бывшем, Марк что-то без умолку рассказывал.

И всё, до последнего междометия, сказанное я прослухала. Чёрт.

— Что творишь? — возмущаюсь запоздало на щелчок.

Больно мажор не сделал. Если бы не сфокусировалась то и не заметила, что он щелкал. Но я не я, если не буду возмущаться. Хоть вяло.

— Так и? — попив кофе, покусав чизкейк, перехожу к сути сама, не дождавшись её от Марка.

А тот оторвавшись от чашки чая, изумлённо вскидывается.

— Ва-а-а, — поставив локти на стол, поддерживает ладонями голову.