Чтение онлайн

– Ты что думаешь?
– Прерывает мои мысли Демид.
– Надо срочно искать девок. Брать постановление на обыски. Ты понимаешь, что это скорее всего секта? Да ещё и судя по докам, жмурика у нашего любимого ларька с паленой алкашкой нашли.

– Я думаю, что надо срочно ехать на квартиру к Савельевой. А то может быть, она ещё не в курсе, что ее мужика завалили?

И вот вообще не жаль. Если бы не метки эти круглые, я бы даже расследовать не дернулся.

На Комсомольскую выезжаем с опергруппой в полном документационном сопровождении. У полковника висяк по несовершеннолетним - это как кость в горле, поэтому он готов сдать нам в круглосуточное рабство всех. Лишь бы был результат.

Но допрашивать в квартире оказывается некого. Савельева спит просто в невменяемом состоянии и на любые раздражители не реагирует.

Упаковываем ее с собой, оставляем бригаду работать в квартире, а сами двигаем дальше. Демид с парнями берет на себя ларек, а я еду домой к родителям несовершеннолетнего паренька.

Дело начинает раскручиваться со стремительной скоростью, и к вечеру мы уже знаем, что наши предложения о секте оказались абсолютно верными. При помощи камер и гаи находим машину мужика, который выкупал «ведьм» и следим за их активным передвижением по городу, пытаясь понять от чего такая суета.

– Походу, они сваливать собрались, - докладывает Демид начальству.
– Я считаю, что если мы их сегодня не возьмем, то завтра они уже будут далеко. Они так уже делали! Подсунули нам свой цех паленой водки, а мы радовались, как дебилы!

– Да знаю я твои гештальты… - отмахивается полковник.
– Тебе лишь бы ордер получить. А если ты не прав?

– Я согласен с Айдаровым, - поддерживаю друга.
– Но нам нужны люди. Человек тридцать при «полном параде». Судя по суете, готовится мероприятие не на десять человек, а это значит, что нам придется либо гасить всех газом, либо выводить под прицелами по одному.

В двадцать один час мы получаем двадцать человек ОМОНа и предупреждение, что отвечаем за результат головами.

А то что-то новое!

В моей крови, заглушая все сердечные терзания, бурлит адреналин.

– Ну чего?
– Вжарим по говнюкам?
– Разгоняют друг друга мужики.

– Спокойно, без фанатизма, - инструктирует их Айдаров.
– Там могут быть невинные люди. Случайные.

Захожу в автобус и вдруг замечаю на порожках монету. Невольно приглядываюсь. Черт! Решка!

Это селит в мою голову беспокойство.

Но я же ничего не загадывал, значит все нормально будет. Не считается.

Тоже мне! Орел-решка… детский сад какой-то!

Даю отмашку водителю, чтобы трогался на позицию и перед тем как отключить телефон, проверяю пропущенные.

От Алины ни слова. Может, она счастлива, что меня сегодня с ними нет?! Готовить не надо и вот это все…

Гоню от себя личное и вслушиваюсь в беседу мужиков. Они базарят про своих мелких. Впервые чувствую себя причастным и включаюсь. Колики, зубы, первый класс…

Надо парням себя беречь, чтобы довести отпрысков до совершеннолетия.

– Туши фары, - говорит Демид водителю.
– Приехали.

Натягиваем на лица балаклавы…

Глава 26

Алина

Руслана нет. Ни в семь. Ни в девять. Ни в двенадцать.

А у меня сна ни в одном глазу. Я уже и детей уложила, и чай попила, и поплакала. В десять часов даже успела позвонить капитану на «абонент не абонент».

Слоняюсь по квартире с тряпкой вместо того, чтобы отдыхать и постоянно гашу порыв порыдать. Ну сколько можно?

Но сердце все равно не на месте. Я привыкла к Руслану. Что он каждый день с нами. Это уютно. Это поддерживает. Это в конце концов, стимулирует меня держать себя красивой!

Следующей стадией со мной случается праведная злость. Да как он смеет не брать трубку? Я тут, в конце концов, могу и в больницу попасть. А детей куда? Телефон он отключил! Бессовестный…

Засунув поглубже свое эго, я нахожу номер отдела и звоню дежурному.

В конце концов, Руслан же может быть просто на дежурстве. Тогда ему перепадут трубку. А если предадут? Что говорить? Решаю просто сбросить вызов в таком случае. И пока капитан будет перезванивать, что-то придумаю.

А если он не на дежурстве и просто отключил телефон, тогда… Ну вот что убиваться тогда? Все понятно станет.

– Алло!
– Слышу в динамике.
– Дежурный. Первый отдел.

– Здравствуйте, - пищу я.
– А можно пригласить к телефону капитана Хабирова?

– Хм… - происходит в трубке замешательство.
– А вы ему кто?

Я теряюсь. И правда… кто? Мать детей? Тогда почему не жена?

– Соседка, - отвечаю на нервах.
– Кажется, он соседей снизу заливает…

– Вызовите старшего по дому и сантехника. Если потребуется, направлю наряд, - отвечает дежурный.
– Капитана Хабирова нет на месте.

– Да, спасибо, я вам перезвоню… - шепчу.

Мое сердце разгоняется ещё сильнее. Ничего не понятно. И так странно ответил дежурный.

Нарезаю круги по квартире. Пью чай и смотрю в окно, надеясь заметить машину соседа и выдохнуть.

Вижу, что сестра Демида была в мессенджере пять минут назад. Чего это она не спит? На часах второй час ночи. Ей же завтра на работу…

Хочется написать и пожаловаться. Я понимаю, что неприлично, но… пальцы уже стучат по экрану.

Вместо ответа Майя вдруг перезванивает. От ее хриплому «Алло, привет, Алин…» у меня сразу же обрывается сердце.

– Что случилось?
– Спрашиваю запальчиво.

Майя начинает плакать.

– Они в больнице, - говорит сквозь всхлипы.
– Я вот только еду. Позвонили. Ранили на захвате…

– Как это в больнице?
– Тихо шепчу. От мгновенной слабости колени становятся мягкими, и я оседаю. Благо сзади есть диван.
– Как? Почему мне ничего сейчас в отделе не сказали? Я же звонила!

– Только близким родственникам сообщаю, - объясняет мне Майя.
– Они же в госпитале ведомственном. Вход только по пропускам. А мой на маму. Дома младшие болеют. Я боюсь, что не пропустят.

У меня от макушки по спине до копчика прокатывается холодная дрожь.

– Подожди!
– Пытаюсь начать соображать.
– А что делать? Куда звонить? Меня пустят? О Господи… куда деть детей…

– Давай я сейчас доеду до больницы и тебе перезвоню, - предлагает сестра Демида.

– Да, пожалуйста, - прошу ее , - я буду очень ждать! Ты через сколько будешь?

– Минут через пятнадцать.

– Ты если вдруг что… - ломаюсь я внутри.
– Скажи Руслану…

– Нет! Нет! Нет!
– Случается истерика у Майи в ответ.
– Сама скажешь.