Чтение онлайн

– Его звали Аллахварди.

Все уставились на нее. А она слегка изогнулась, чтобы дотянуться до подноса со сластями, взяла оттуда что-то и положила в рот. Тут выступил вперед Маш-Касем:

– Неужто это она про Аллахварди, слугу индийского сардара говорит?

Гамар с полным ртом повторила:

– Аллахварди!

– Ох, родимые! Тот самый слуга-индиец, который обокрал своего хозяина и его выгнали?…

– Да, Аллахварди.

Возгласы присутствующих слились в общий крик. Дядюшка, казалось, вот-вот выйдет из себя, но по знаку Асадолла-мирзы он сдержался. Взорвалась Азиз ос-Салтане, до того словно онемевшая:

– О-ох, наказанье господне!… Вот и воспитывай дочек на свою беду… Со слугой индийцем… Господи, лучше бы мне умереть!

Тут уж дядюшка не мог больше терпеть. Голосом, который, казалось, исходил из глубокого колодца, он пророкотал:

– Слуга индийского сардара! Ясно… ясно… В меня метили! Я и моя семья обречены на уничтожение!

– И в этом англичане виноваты?… – усмехнулся Дустали-хан. – Бедные англичане!

Дядюшка с мрачным видом шагнул к Дустали-хану, прошипев сквозь зубы:

– И ты?… Ты тоже заодно с ними? Ты, сын моего дяди!…

Дустали-хан даже заикаться стал:

– Мм-не… н-не… не было этого!

Асадолла-мирза положил руку на плечо дядюшки:

– Простите его, ага, этот человек не силен разумом… Впрочем, сейчас не до него. Нам надо прежде всего отыскать Аллахварди.

– Асадолла прав, – поддержал его Шамсали-мирза. – Первым делом надо найти Аллахварди.

– Да зачем вам его искать? – вдруг завопил дядюшка. – Чтобы сын моего дяди об этого английского прислужника руки марал?!

– А вы можете предложить другой путь? – спросил отец.

– Настоятельно прошу вас не вмешиваться! Устои и репутация благородного семейства не такой предмет, чтобы…

Сердце у меня упало, но дядюшка, к счастью, не закончил фразы. С еще большей тревогой я ждал ответа отца, однако тут торопливо заговорил Асадолла-мирза – будто хотел возвести звуковую преграду между дядюшкой и отцом. Он снова взял руку Гамар и сказал:

– Ты, значит, справила свадьбу с Аллахварди… Наверное, как-нибудь, когда ты одна была дома, он пришел к вам и сказал: давай поженимся… Так ведь, деточка?

– Нет, – улыбаясь во весь рот, ответила Гамар.

– Тогда, значит, в тот день, когда его хозяина не было дома, он тебе сказал, приходи к нам, мы свадьбу устроим. Так, дорогая?

– Нет.

– Может, он поженился с тобой на базаре, перед пекарями, бакалейщиками и мясниками?

– Нет.

Маш-Касем, не в силах придержать язык, покачал головой и присовокупил:

– Господи помилуй, есть же такие негодяи!

– Ну так расскажи сама, как было дело, – настаивал Асадолла-мирза.

Гамар с бессмысленным видом продолжала поглощать сласти и ничего не отвечала. Асадолла-мирзе поневоле пришлось начинать свой допрос сначала. Но прежде он призвал присутствующих к терпению и выдержке.

– Значит, деточка, Аллахварди приходил на крышу, где ты спишь? – завел он опять.

– Нет, не приходил, – улыбалась в ответ Гамар.

– Говорю вам, вы от этой девчонки ничего путного не услышите, – снова запротестовал Дустали-хан. – Оставьте ее, подумаем лучше о другом.

– Пусть спрашивают! – рыдая, остановила его Азиз ос-Салтане. – У меня у самой сил больше нет еще одну ночь не спать до утра!

Асадолла-мирза отер пот со лба:

– Моменто, похоже, что это дух святой снизошел на нее… Видно, надумал еще разок прокатиться в Сан-Франциско!

Тут Гамар оживилась:

– Дядя Асадолла, а помните, вы мне обещали, если я буду хорошей девочкой, повезти меня в Сан-Франциско? Чего же не везете-то?

– Может, это дядя тебе гостинчик из Сан-Франциско привез? – язвительно спросил Дустали-хан.

Но Асадолла-мирза и все присутствующие так поглядели на него, что он опустил голову.

– Моменто! Значит, Аллахварди домой к вам не ходил, тебя к себе не приводил, на базаре вы с ним не были, на крыше – тоже, – снова обратился к Гамар Асадолла-мирза. – Куда же он тогда приходил и когда?

– Нет, – односложно ответила Гамар.

– Ну, может, в машине?…

– Нет.

Тут опять вылез Маш-Касем:

– Да откуда у этого нищего Аллахварди машина?! Господи, зачем врать?! До могилы-то… Этот мерзавец и мои двадцать туманов прихватил, когда сбежал.

Терпение Асадолла-мирзы подошло к концу. Срывающимся голосом он сказал:

– Ну, доченька, каким же образом тогда… Ведь по почте в Сан-Франциско не поедешь. Где ты видела Аллахварди, милая?

– А я не видела.

– Так-таки и не видела? На свете есть телефон, телеграф, а вот телесанфранциско, к сожалению, еще не изобрели. Ты вообще-то знаешь Аллахварди?

– Нет.

– Моменто, нет, действительно моменто! Так почему же Аллахварди – отец твоего ребенка?!

Набив рот сластями, Гамар ответила:

– Папа Дустали говорят, что отец ребеночка – Алахварди.

Тут все замерли, будто громом пораженные. На мгновение стало тихо. Азиз ос-Салтане, разинув рот и вытаращив глаза, медленно повернулась к Дустали, который суетливо озирался по сторонам, и хрипло произнесла:

– Дустали…

– М-м-мне… я… бог свидетель… Эта девчонка совсем полоумная… рехнулась… Совсем спятила! А я… м-м-не вообще… – заблеял Дустали-хан.

Асадолла-мирза не мог сдержать смеха:

– Моменто, моменто, моменто! Так это, оказывается, твоя работа?!

Дустали-хан еще раз попытался оправдаться перед застывшими в изумлении гостями:

– Отцом моим клянусь… Клянусь памятью Великого Праотца… Я…

Азиз ос-Салтане одним прыжком, словно шестнадцатилетняя девочка, перемахнула комнату и оказалась возле застекленного шкафа, стоявшего в глубине гостиной. Быстрым движением она повернула торчавший в дверце ключ, схватила одну из двустволок, которые всегда красовались там, и, прежде чем кто-нибудь успел пошевелиться, направила дуло прямо в живот мужу:

– Говори правду, а не то продырявлю тебя насквозь!

Дядя Полковник, который было сорвался с места вслед за ней, так и застыл на бегу, возопив: