Чтение онлайн

– Будь хорошей девочкой, – пробормотал он.

С горящими щеками Пандора улыбнулась и попыталась собраться с мыслями, когда Габриэль ушёл. Подняв стеклянный пресс-папье с маленькими стеклянными цветочками, она начала рассеянно перекатывать его в ладонях, слушая звуки в доме. Слуги открывали и чистили ставни, оттирали, полировали и натирали утварь, комнаты проветривали и убирали.

Хотя Пандора согласилась с Габриэлем в том, что скоро им придётся подыскать особняк побольше, ей нравился их обычный домик, который не оказался таким уж скромным и холостяцким, как она ожидала. Дом находился на углу, в ряду из таких же однотипных зданий, с широкими эркерами, высокими сводчатыми потолками и балконами с кованой балюстрадой. Особняк обладал всеми современными удобствами, включая прихожую, облицованную плиткой с системой водяного отопления и лифтом для подачи ужина с нижнего этажа. Пока Пандора проводила время в свадебном путешествии, Кэтлин и Кассандра привезли несколько предметов из Рэвенел-Хаус, чтобы сделать окружающую обстановку для неё привычной и уютной. Среди них были: цветочная подушечка для рукоделия, мягкий плед с кисточками, несколько любимых книг и коллекция крошечных цветных стеклянных подсвечников. Хелен и Уинтерборн прислали красивый новый письменный стол с множеством ящичков и отделений и часами, вмонтированными в верхнюю панель.

В особняке работали приветливые слуги, в целом они были заметно моложе персонала в Приорате Эверсби и, кстати сказать, в Херон-Пойнт тоже. Все они упорно трудились, чтобы угодить экономке, миссис Бристоу, которая чётко и продуктивно управляла их каждодневными задачами. Она относилась к Пандоре со смесью дружелюбия и почтения, хотя, по понятным причинам, недоумевала из-за полного отсутствия интереса новой графини к домашним делам.

Вообще-то, было несколько мелочей, которые Пандоре хотелось отметить. Например, послеобеденный чай. Чаепитие всегда являлось почитаемым ритуалом для Рэвенелов, даже в те дни, когда они не могли себе этого позволить. Каждый день после полудня они баловали себя широким выбором пирогов и пирожных с кремом, тарелок с бисквитами и рулетами, лепёшек и миниатюрных сладких пудингов, пока слуги периодически выносили дымящиеся чайники со свежезаваренным чаем.

Однако, в этом доме к чаю подавались либо простые поджаренные оладьи, либо одна булочка со смородиной в придачу к маслу и баночке джема. Надо сказать, это был прекрасный выбор, но когда Пандора вспоминала о длинных, шикарных чаепитиях у Рэвенелов, то по сравнению с ними, эти казались довольно скучными и сиротливыми. Проблема заключается в том, что даже незначительное вмешательство в домашнее хозяйство могло привести к большей вовлечённости и ответственности. Поэтому мудрее было помалкивать и кушать свою оладушку. Кроме того, теперь, когда у неё была личная карета, она могла приезжать к Кэтлин на чай, когда ей заблагорассудится.

Мысль о карете напомнила ей о лакее.

Взяв медный колокольчик со стола, Пандора нерешительно в него позвонила, задаваясь вопросом, ответит ли Драко. Через минуту он стоял на пороге.

– Миледи.

– Входи, Драко.

Он был крупным, мускулистым мужчиной с широкими плечами, его телосложение идеально подходило для лакейской ливреи, но почему-то пиджак с длинными полами, бриджи по колено и шёлковые чулки ему не шли. Казалось, он был не в своей тарелке, как будто тёмно-синий бархат и золотое тиснение оскорбляли его достоинство. Пока он наблюдал за ней бдительными чёрными глазами, она заметила небольшой шрам в форме полумесяца, который шёл от конца его левой брови почти до внешнего уголка глаза, постоянное напоминание о каком-то опасном событии в далёком прошлом. Чёрная, короткая и аккуратно подстриженная борода выглядела такой же непроницаемой, как мех выдры.

Пандора задумчиво его оглядела. Этот человек был одним из тех, кто пытается держать лицо в неудобной для него ситуации. Знакомое чувство. И борода... она была символична, осознавал он это или нет. Признак того, что он не станет изменять себе и подвергать риску свою личность. Это Пандора тоже понимала.

– Как произносится твоё имя? – спросила она. – Лорд Сент-Винсент использует звук "ах", но я слышала, как дворецкий удлиняет букву "а".

– Ни то, ни другое не верно.

Как она уяснила из их короткой, неловкой прогулки вчера, он предпочитал говорить, употребляя минимумом слов.

Пандора озадаченно на него посмотрела.

– Почему ты ничего не говорил?

– Никто не спрашивал.

– Ну вот, я спрашиваю.

– Произносится, как дракон, только без "н" на конце.

– О. – По лицу Пандоры расползалась улыбка. – Так мне нравится намного больше. Буду звать тебя Драконом.

Он опустил брови.

– Драко.

– Да, но если мы добавим ещё одну букву, люди всегда будут знать, как правильно произносить твоё имя, и, что более важно, всем нравятся драконы.

– Я не хочу никому нравиться.

С этими угольно-чёрными волосами, тёмными глазами, и тем, как он сейчас выглядел, будто действительно мог дышать огнём, прозвище просто идеально ему подходило.

– Подумай, хотя бы над... – начала Пандора.

– Нет.

Она пристально на него смотрела, размышляя.

– Если сбреешь бороду, не выяснится ли, что ты неправдоподобно красив?

Быстрая смена темы, казалось, немного вывела его из равновесия.

– Нет.

– Ну, в любом случае, лакеи не могут носить бороду. Я думаю, что это закон.

– Нет такого закона.

– Тем не менее, это традиция, – мудро изрекла она, – а идти против традиции, всё равно, что нарушить закон.

– У кучера есть борода, – заметил Драко.

– Да, кучера могут носить бороду, но не лакеи. Боюсь тебе придётся от неё избавиться. Если только...

Его глаза сузились, когда он понял, что она сейчас нанесёт решающий удар.

– Если только?

– Я была бы готова пересмотреть своё отношение к неуместной лицевой растительности, – предложила Пандора, – если бы ты позволил мне называть тебя Драконом. Если нет, то сбривай бороду.

– Борода остаётся, – огрызнулся он.

– Ну, хорошо. – Пандора одарила его удовлетворённой улыбкой. – Мне нужна карета к двум часам дня, Дракон. На этом пока всё.

Он кивнул ей и собрался уходить, но остановился у порога, когда Пандора вновь заговорила:

– Есть ещё кое что, о чём я хочу спросить. Тебе нравится ливрея? – Дракон повернулся к ней. Он долго колебался с ответом, и она добавила: – Я не просто так спрашиваю.

– Нет, не нравится. Чересчур много разлетающихся тканей. – Молодой человек пренебрежительно тряхнул свободным подолом ливреи. – А верхняя часть слишком тесно скроена, невозможно толком двигать руками. – Взглянув на себя вниз, он с отвращением добавил: – Яркие цвета. Золотая тесьма. Я выгляжу, как огромный павлин.

Пандора с сочувствием на него посмотрела.

– Дело в том, – искренне сказала она, – что ты не обычный лакей, а телохранитель, который иногда выполняет обязанности лакея. Дома, пока ты помогаешь дворецкому с ужином и всем остальным, я уверена, придётся носить ливрею. Но всякий раз, когда ты сопровождаешь меня за пределами особняка, думаю, будет лучше, если ты останешься в своей повседневной одежде, как и подобает частному телохранителю. – Она сделала паузу, прежде чем откровенно добавить: – Я видела, как уличные оборванцы и хулиганы издеваются над ливрейными лакеями, особенно в тех частях города, где большинство простолюдины. Нет необходимости подвергать тебя таким неприятностям.

Его плечи слегка расслабились.

– Да, миледи.

Прежде чем он отвернулся, она могла поклясться, что видела, как в дебрях бороды промелькнула слабая улыбка.

Человек, который проводил Пандору к экипажу, был совершенно другой версией Дракона, в отличие от неуклюжего лакея, скованного ливреей. Он двигался с лёгкой уверенностью в хорошо скроенном чёрном пальто, брюках и тёмно-сером жилете. Борода, которая смотрелась так неуместно на лакее, теперь, казалось, была на своём месте. Можно даже сказать, что Дракон выглядел удалым, если бы не полное отсутствие обаяния. Но ведь драконы и не должны быть очаровательными.