Чтение онлайн

– А ну, замолкли все!
– рычу на весь подъезд, - некогда мне по ЖЭКам бегать и представителей искать! Убийца где-то рядом! Вы хотите, что завтра он за вашими детьми пришел?

– Люцифер, ты - гений!
– тихонько шепчет Фэриен.

И на четвертом этаже все происходит по сценарию второго. За исключением того, что выбить дверь желает капитан Федоренко. И при этом обзывает меня капитаном Люцифенко. Я хмыкаю, стараясь не засмеяться, и разрешаю ему помахать ногами.

У него тоже неплохо выходит, он тоже выбивает дверь с одного удара, красиво прыгает внутрь рыбкой и перекатывается по ковру в прихожей, после чего вскакивает и застывает в дверном проеме между прихожей и гостиной. И издает непонятный сдавленный звук вроде вздоха или стона.

Я отодвигаю его плечом и тоже замираю в том же дверном проеме.

Потому что уверяюсь, что фанатик, гад, был прав! Энжи на самом деле была здесь! Только что! Видимо, спускала пар после встречи со мной. Потому что, ребята, у нас снова труп.

Свеженький труп, парень, убитый явно ее когтями. Либо саблезубым тигром, не меньше. Те же памятные четыре глубоких параллельных пореза. И уже привычная дыра в груди.

Парень лежит на диване в гостиной, его левая рука трогательно свесилась вниз, и по ней на ковер натекла лужица крови. А еще я замечаю, что у парня длинные темные волосы. И телосложение подозрительно напоминает мое. Это она точно натворила только что, после того, как я ей нагрубил. Небось, мечтала, что меня убивает. А убралась она отсюда банальным способом - пробила дыру в потолке и крыше. Наверно, чтобы выбитое окно никому в глаза не бросалось, она решила вылететь через крышу.

За нашими с капитаном спинами кто-то ахает, кто-то причитает, в конце концов, кто-то падает в обморок. Потому что пока мы стояли над телом и смотрели, жильцы тоже набрались смелости и заглянули внутрь.

– Я же говорил, - констатирую, - совершено убийство. Судя по почерку, это тот самый маньяк - "сердцеед". Ваши предложения, капитан Федоренко?

– Чего?
– не понимает он.

Оборачиваюсь назад, к жильцам:

– Детей увести, слабонервных - удалить, милицию - вызвать.

– А вы?
– спрашивают откуда-то с лестницы.

– А мы - не милиция, мы - прокуратура. Это не наше дело - бумажки составлять. Наше дело - преступления пресекать. По горячим следам.

Нечего нам тут делать. Труп мы увидели, следы бегства Энжи - тоже. Так что можем удалиться. И не смущать настоящих правоохранителей своими бредовыми рассказами.

Ио понимает меня правильно, проходит по гостиной, внимательно смотрит куда-то в окно, потом демонстративно вскрикивает, указывая рукой вниз:

– Кто-то, похожий на убийцу, только что завернул за угол! Скорее! За ним!

И мы выскакиваем из квартиры, а я на бегу поручаю кому-то все-таки вызвать милицию, а до ее прихода ничего здесь не трогать! Только бежим мы вовсе не за угол, куда указывала Энжи, а совсем в другую сторону, к нашему джипу. К этому времени пробка почти рассосалась, и наш джип стоял посреди дороги, как памятник нетерпеливым водителям. Мы запрыгиваем в него и разворачиваемся.

– Нужно найти этого мужика, - бормочет Ио.

– Какого мужика?
– якобы не понимаю я.

– Поклонника твоего, фанатика.

– Зачем?
– продолжаю удивляться.

– Затем, что мужик сумел найти Энжи, разве тебя непонятно?

– А-а-а...
– тяну я, - ты думаешь, он ее еще раз сумеет найти?

– Ну уж постарается, - хмыкает Ио, - главное - заинтересовать его должным образом.

– Как меня?
– все-таки не удерживаюсь, чтобы не уколоть ее.

– Да не сомневайся, я что-нибудь придумаю.

– А я и не сомневаюсь.

– Может, мужик и сам объявится, - замечает Фэриен, - он уже три раза сам появлялся. Значит, еще придет. С Люцифером бороться.

– Может, и придет, - роняю я, а сам думаю, что не мешало бы его предупредить как-нибудь, идиота фанатичного. И сам погибнет зря, и Энжи под удар подставит, чего доброго. Правда, если за него возьмутся пришельцы - я могу надеяться, что узнаю, каким именно образом фанатики меня уже столетиями преследуют. Мне же всегда было интересно, как они меня вычисляют.

– Нужно будет предупредить портье, чтобы мужика высматривал, - предлагает Фэриен и сетует, - и как я раньше не догадался, что он обучен выслеживать дьяволов?

– Или можно найти того, что его обучил, - снова бормочет Ио.

– Кого? Ван Хельсинга? Или Папу Римского?
– издеваюсь я, - инквизиторы, к вашему сведению - это закрытая секта, тайное общество, запрещенное официально. Они существуют на грани революционеров-подпольщиков. К тому же - никак не отличаются от всего остального человечества внешне. По крайней мере, нимбов над головами они не носят. И слетов фанатиков всего мира не устраивают. Чтобы найти хотя бы одного представителя, нам придется попотеть несколько лет. И то - они быстрее меня найдут, сами появятся.

– А все-таки хочется отловить хотя бы один экземпляр. Наверняка у них есть свои секреты, которые нам бы как раз не помешали, - снова высказывается Ио.

– Я - не против, появится - отловишь, только учти, фанатик скорее умрет мученической смертью, чем выдаст тайны ордена. Это среди них модно - мученически умирать, - говорю я.

– Значит, одним модным фанатиком станет больше, - резюмирует Ио.

Одновременно Фэриен тормозит у гостиницы.

Вообще-то день и так выдался тяжелым. Что такое легкие дни, я уже и подзабыл. А тут столько приключилось - и встреча со строптивицей - Энжи, и с Гавриилом, и с бабушкой, как ее, Катериной Игнатьевной, и суматошная поездка к "Золотым воротам", где я разогнал приличных верующих людей, собравшихся изгонять дьявола, и поквартирный осмотр дома, завершившийся обнаружением трупа. Пора отдохнуть. Я понимаю отдых таким образом - завалиться на диван и попробовать уснуть. Авось получится?

Но мои понятия об отдыхе совершенно не интересуют и не устраивают чужаков, у них - свои понятия. Сегодня их тянет поговорить. А поскольку больше им общаться не с кем, то они достают меня. Мы сидим в труднодоступном кафе на крыше одного из зданий в центре, на свежем воздухе, ужинаем и потягиваем "Хванчкару".

– У тебя есть дети, Люцифер?
– внезапно интересуется Ио.

Я едва не проливаю красное вино себе на рубашку, ставлю бокал на столик и отвечаю:

– Ну, конечно, нет.

Но меня разбирает любопытство, поэтому интересуюсь в свою очередь:

– Ты хочешь сказать, что у тебя дети есть? У тебя одной или и у Фэриена тоже?

– Были, - вздыхает Фэриен, - были дети.

– Еще вопрос, если позволите, - мое любопытство вырастает до небес, - а эти дети - они были ВАШИ дети, или от контакта с кем-то еще?