Чтение онлайн

– Вы не шутите? Не слышал об этом... Но он должен появиться, не так ли? Где он бывает?

– В разных местах, профессор...

– Швейцер.

– В разных местах, профессор Швейцер. Однако, как я уже сказала, он часто звонит. Почему бы вам не оставить ваш номер, и я попрошу его перезвонить вам.

Повторяет слово в слово то, что сказала пару минут назад.

Слово в слово то, что пять минут назад сказал другой приятный женский голос, доносившийся из благословенных кабинетов Института химических исследований Ферриса Диксона.

К чертовой матери Александера Грейама Белла [52] .

Я поехал в священные аудитории, которые мог видеть и ощущать.

Вблизи административного здания один счетчик парковки оказался свободным. Я направился в регистрационную комнату и попросил служащую-индианку в сари персикового цвета разыскать дело Дон Кент Херберт.

– Сожалею, сэр, но мы не даем сведений личного характера.

Я посверкал удостоверением клинического факультета, выданным медицинской школой, расположенной на другом конце города.

– Никакого личного характера здесь нет, мне просто нужно знать, на какое отделение она поступила. Это имеет отношение к работе. Проверка образования.

Служащая посмотрела мое удостоверение, попросила меня повторить имя Херберт и пошла разыскивать дело.

Через минуту она вернулась.

– Я нашла ее – аспирантка школы здравоохранения. Но ее регистрация прекращена.

Я знал, что школа здравоохранения находилась в корпусе наук о здоровье, но никогда там не был. Я сунул еще несколько монет в счетчик и направился в южную часть кампуса, мимо факультета психологии, где я научился тренировать крыс и слушать третьим ухом, пересек квадратную площадь Науки и вошел в центр с западной стороны, недалеко от школы дантистов.

Длинный коридор, который вел к отделению общественного здравоохранения, оказался неподалеку от библиотеки, где я недавно изучал академическую карьеру Эшмора. По стенам тянулись ряды групповых снимков всех выпущенных медицинской школой классов. Новоявленные доктора выглядели совершенными детьми. Новички в белых халатах, толпящиеся в коридорах школы, немногим отличались от них. К тому времени, когда я добрался до общественного здравоохранения, шум и сутолока в коридорах поутихли. Из канцелярии выходила женщина, я придержал для нее дверь и вошел.

Еще одна стойка, еще одна регистраторша, работающая в тесноте. Эта служащая была очень молодой, чернокожей, с выпрямленными, окрашенными хной волосами и с казавшейся искренней улыбкой. Пушистый свитер зеленого, как лайм, цвета, на котором вышит розово-желтый попугай. Птица тоже улыбалась.

– Я доктор Делавэр из Западной педиатрической больницы. Одна из ваших аспиранток работала в нашей больнице, и мне хотелось бы знать, кто был ее руководителем на факультете.

– О, конечно. Ее имя, пожалуйста.

– Дон Херберт.

Никакой реакции.

– На каком она отделении?

– Общественного здравоохранения.

Улыбка стала еще шире.

– Это школа здравоохранения. У нас несколько отделений, каждое со своим факультетом.

Она взяла из стопки около моего локтя брошюру, открыла ее и указала на перечень.

ОТДЕЛЕНИЯ ШКОЛЫ

Биостатистика.

Науки о здоровье населения.

Науки о здоровье окружающей среды.

Прикладные науки об окружающей среде.

Эпидемиология.

Служба здоровья.

Вспомнив о работе, которую выполнял Эшмор, я сказал:

– Или биостатистика, или эпидемиология.

Служащая направилась к папкам и вынула одну из них – голубую, в которую были вложены листы бумаги.

На корешке было написано: «БИОСТАТ».

– Да, вот здесь. Она работает по программе на звание доктора философии в области биостатистики, ее руководитель доктор Янош.

– Где я могу найти доктора Янош?

– Этажом ниже, кабинет "Б" триста сорок пять. Хотите, я позвоню и выясню, на месте ли она?

– Пожалуйста.

Девушка подняла трубку и набрала номер.

– Доктор Янош? Здравствуйте. Это Мэрили. Здесь врач местной больницы, он желает поговорить с вами об одной из ваших студенток... Дон Херберт... Ой... конечно. – Она нахмурилась. – Повторите еще раз ваше Имя, сэр.

– Делавэр. Из Западной педиатрической.

Она повторила мои данные в трубку.

– Да, конечно, доктор Янош... Могу ли я посмотреть какой-нибудь документ, удостоверяющий вашу личность, доктор Делавэр?

Опять я вынул пластиковую карту факультета.

– Да, он действительно тот, кем представился, доктор Янош. – Называет мое имя по буквам. – Хорошо доктор, я передам.

Повесив трубку, регистраторша сказала:

– У нее не так уж много времени, но сейчас она сможет принять вас. – Ее голос показался мне сердитым.

Когда я открывал дверь, служащая спросила:

– Ее убили?

– Боюсь, что так.

– Это ужасно.

Почти сразу же за дверью канцелярии, следом за погруженным в темноту лекционным залом, находился лифт. Я спустился на нем этажом ниже. Миновав несколько дверей слева от лифта, я нашел кабинет Б-345.

Закрыт на замок. Табличка гласила: «ЭЛИС ЯНОШ, магистр здравоохранения, доктор философии».

Я постучался. Тишина. Уже собрался было постучать вновь, но услышал голос:

– Одну минуту.

Пощелкиванье каблуков. Дверь открылась. Женщина лет пятидесяти приветствовала меня:

– Доктор Делавэр.

Я протянул руку. Она быстро пожала ее и отпустила. Маленькая пухлая блондинка со взбитой прической, умело наложенной косметикой, в хорошо сидящем на ней красном с белой отделкой платье. Красные туфли соответствовали цвету лака на ногтях. Золотые украшения. Ее личико было маленьким и миловидным, как у бурундучка; в молодости она, наверное, считалась самой привлекательной девочкой в школе.

– Входите, пожалуйста.

Европейский акцент. Интеллектуальная сестра Габор [53] .

Я вошел в кабинет. Она оставила дверь открытой и последовала за мной. Необыкновенно аккуратная комната была обставлена минимальным количеством мебели, надушена и увешана художественными плакатами в хромированных рамах. Миро, Алберс и Стелла, запечатленный на фото вернисаж Гвасмея – Зигеля в Бостонском музее.

Открытая коробка шоколадных трюфелей стояла на круглом столе со стеклянной поверхностью. Подле нее лежала веточка мяты. На подставке, стоящей перпендикулярно письменному столу, находились компьютер и принтер, накрытые чехлами с застегнутой молнией. На принтере лежала красная кожаная модельная сумочка. Металлический письменный стол, стандартная университетская мебель, которую хозяйка кабинета постаралась сделать более нарядной при помощи расстеленной по диагонали кружевной дорожки, цветной промокательной бумаги и семейных фотографий. Большая семья. Похожий на Альберта Эйнштейна муж и пять красивых детей школьного возраста.