Чтение онлайн

Я обернулась, посмотрела на деревья, выстроившиеся вдоль забора, выискивая глазами скучающих птиц. Несколько чёрных воронов чистили клювами перья от недавнего мокрого снега, вуалью крупных хлопьев облепившего провода между домами.

Они будто бы не замечали нас. «Вероятно, это просто птицы», - подумала я с долей горечи и разочарования. Повернув ручку, наконец, толкнула внутрь дверь, шторы на окнах всколыхнулись, и меня обдало привычными ароматами родного дома.

Моего дома, где каждая мелочь знакома, и невольно сбилось дыхание.

Дверь захлопнулась от сквозняка, едва не прищемив Джошу нос, на звук выглянула Мишель. На ней было бледно-розовое трикотажное платье с плиссировкой, нежный цвет подчёркивал свежесть лица.

Сестра выглядела в нём потрясающе женственной. Длинные кудри рассыпались по плечам, так естественно и романтично.

Придирчиво оглядев меня с ног до головы, Мишель нахмурилась, но глаза её потеплели. Убедившись в моём здравии и наличии всех конечностей, она холодно зыркнула мне за спину.

Джош перестал дышать, а её лицо разгладилось и смягчилось. Долгую минуту она присматривалась к нам, перебегая взглядом по очереди с моего лица на лицо Джоша, и чем дольше, тем заметней становились морщинки на переносице.

Приоткрыв рот, сестра перестала натирать полотенцем блюдо, на её лице обозначилась тень огорчения. Я невольно поёжилась. Снова прощупывала нас, ковырялась в душе, как в коробке с вещами.

Возможно, Мишель не была способна читать мысли, но с лёгкостью вычислила, что нам довелось пережить. И что мы ощущали по этому поводу - тоже.

Узнав причину нашего скорбного вида, она удручённо вздохнула. Отведя взгляд, заморгала и с куда большим усердием принялась натирать блюдо.

Мы вернулись целыми и невредимыми, она была рада хотя бы этому и уже почти не сердилась.

— Наконец-то, — проворчала сестра, отворачиваясь к мойке, в которой мерно шумела вода. — Явились.

— Всё в порядке? — решила уточнить я, снимая на ходу кожаный плащ, и повесила его на крючок.

— Что с нами будет, — небрежно пожав плечами, отозвалась она.

— Моника дома? — стараясь вести себя непринуждённо, я прошлась по кухне.

Хотелось трогать всё, что попадалось под руку - странно, но ощущения были иными, более настоящими что ли, чем прежде. Словно все органы чувств включились на полную мощность, любая щербинка в столешнице, каждая выпуклость на шторах и узор на обоях казались чёткими, явно выраженными.

Что же я чувствовала раньше? Жалкую толику того, что теперь могла испытать, когда сняла и растоптала розовые очки.

— Уехала в магазин за покупками. В холодильном шкафу шаром покати.

— А где Бен? — похолодев, я застыла на месте и, резко обернувшись, посмотрела наверх лестницы.

Он не думает спускаться?

Мишель фыркнула.

— Разбирает по кирпичику дом. Ему наскучило сидеть в твоей спальне без дела, и он занялся перепланировкой.

— В каком смысле?

Джош растерял всю свою наглость и неуверенно прошёлся до стола, украдкой бросая томные взгляды на Мишель. Посмотрев на меня с таким стыдливым выражением, будто ему требуется дозволение, чтобы коснуться её или подойти ближе, он состроил щенячьи глаза.

Я беззвучно хмыкнула и уставилась в окно, по привычке выискивая глазами фамильяров на деревьях. Сокрушённо вздохнув, Джош начал подбираться в наступательной тактике, но не к сестре, как я сначала подумала, а к блюду с выпечкой, источающей соблазнительный аромат.

Желудок жалобно заурчал, но аппетит отсутствовал напрочь, и никакая булочка со свежими фруктами не была способна пробудить его.

— Да шучу я, — отмахнулась Мишель и посмотрела на меня долгим взглядом, я почти физически ощутила его вес. Она не могла успокоиться и перестать изучать меня, будто не до конца верила в то, что мы действительно всё это пережили. — У вас такой кислый вид, что мне захотелось как-то разрядить обстановку! — Она раздражённо всплеснула руками. — Клад, наверное, ищет, перевернул весь дом. Я первое время возмущалась, но потом поразмыслила: он лучше меня знает, где искать. Я эмпат, а не тёмный маг, проклятий не почувствую, даже если очень того захочу.

— Я ничего не поняла, — пробормотала я и решительно направилась к лестнице.

Джош замешкался около стола, позарившись на блюдо с яблочными слойками. Я не стала его отвлекать - уж больно голодный и жалостливый вид у него был. Мишель же не обращала на парня никакого внимания, обходя и задевая, как предмет мебели.

Схватившись за блюдо с новой партией выпечки, ещё дымящейся, только что из духовки, сестра повернулась к столу, но не успела сделать и шага. Джош преградил ей путь.

Взгляд сестры остался на уровне его груди и заметно дрогнул, но она поджала губы и шагнула влево. Он повторил её движение с каменным выражением, и тогда Мишель скользнула вправо, но снова он не позволил ей пройти.

Осторожно выдохнув, она подняла глаза и сердито посмотрела на Джоша. Он взирал на сестру с трогательной нежностью сверху вниз с высоты своего роста, но выражение лица оставалось непроницаемым.

Мишель топнула ножкой и двинула ему блюдом в живот, но Джош поймал её за руки, коснулся локтей и притянул к себе. Так я и оставила их - глядящими друг на друга, не смеющими нарушить тишину.

Пусть развлекаются, а мне необходимо увидеть Бена.

Чувство, с которым возвращаешься домой из далёкой поездки - бесценно. Оно словно маленькое счастье, заставляет сердце биться чаще. Все обыденные запахи кажутся потрясающими, неповторимыми, до мурашек.

Заходишь в двери, и под кожей оживают бабочки, щекочут изнутри бархатными крылышками. Аромат постельного белья, его мягкость, ощущение того, что в ней давно никто не спал.

Я поднималась по лестнице и представляла нашу встречу с Беном, одёргивая себя мыслями обо всём этом. За время отсутствия я тысячу раз прокручивала в голове, но очутившись дома, забыла все заготовленные речи.

Как обычно бывает: сильно ожидаешь волнительного события, планируешь, а когда приходит его время, из головы всё как ветром сдувает. Чувствуешь себя полной дурой, не способной двух слов связать.

Перед лестницей по паласу были раскиданы осколки - то ли вазы, то ли блюда. На тёмном фоне они белели, как кости или когти крупного хищника. Паркет усыпан пылью и кусками побелки.

Я посмотрела вверх - потолок и стены, как будто палкой ковыряли. Диван в гостиной сдвинут с привычного места, на полу осталась отчётливая вмятина. В секретере выдвинуты ящики, часть из них стояла на столе, на скатерти высилась гора из мешочков с травами и мелких коробочек, ковёр скатан в рулон и аккуратно прислонён к стене.

Картины сложены в углу, зачехлены белой тканью.

— Что здесь происходит? — возмутилась я и подошла к своей спальне. — Бен?

Толкнув приоткрытую дверь, я застала его стоящим у окна. Так и застыла в проходе, не в силах отвести взгляд, забыв, как дышать.

Его лицо было пусто и красиво, настолько, что сердце вдруг зачастило. Я соскучилась и ничего не могла с собой поделать - стояла и жадно ощупывала его глазами.