Чтение онлайн

Тем временем Кригтеранд подхватил с земли свой меч и обрушился на Наля, тесня его к краю арены.

— Время! — послышался оклик от судейского стола.

Окончился первый тур. Наль отошел к краю круга, сплюнул кровь и зажал нос пальцами. Рукоять его меча нагрелась, а прикладывать к лицу обоюдоострое заточенное лезвие вряд ли являлось хорошей идеей. Кровь так и не остановилась, когда раздался сигнал о втором туре. Кое-как утершись рукавом, Наль вновь надел перчатку и занял позицию.

— Время! — раздалось в третий раз, когда ему казалось, что поединок только приобрел должный накал.

Кригтеранд опустил меч. Многочисленные порезы окрашивали его тунику и белые рукава сорочки темными пятнами. Глубоко дыша, Наль медленно оглядывал судей, испытуемых, сливавшуюся в глазах толпу зрителей, постепенно осознавая, что поединок завершен. Ноги сами привели назад, в круг испытуемых. Кто-то из лекарей протянул ему лед, завернутый в льняную салфетку.

В этот раз результатов пришлось подождать. Судьи оживленно совещались и даже спорили, выразительно жестикулируя. Следовало не только оценить каждого по семи категориям, но и прийти к соглашению о распределении испытуемых по их уровню относительно друг друга, что будет внесено в городскую книгу. Кто-то из юных эльфов лихорадочно повторял вполголоса заученные каждым категории оценки: «Техника-мастерство, реакция-скорость, смелость, выносливость, сила, перенесение боли, особые замечания…» Большинство зрителей оставили разговоры, а близкие испытуемых стали сами не свои от волнения. Наконец Верховный судья поднялся и начал оглашать список.

Услышав свое имя восьмым с конца, Фиандер бросился к Налю и крепко обнял, хлопнув по спине. Не ожидавший этого проявления чувств юноша налетел на Кардерета, наступил тому на ногу, и все трое, задев Теролая, едва не вылетели за предел своего круга. Наль отнял от лица пропитанную кровью салфетку со льдом и вопросительно поднял брови.

Фиандер сиял.

— Благодаря тебе я не последний! — шепнул он.

Последним из аристократов был юноша, с которым он отрабатывал приемы перед Оленьей крепостью. Самые низкие места заняли несколько простоэльфинов.

Чем меньше оставалось до конца списка, тем сильнее нарастало всеобщее волнение, и звонче натягивалась тишина среди испытуемых. Те, чьих имен еще не назвали, едва могли дышать.

Услышав себя одиннадцатым, Мерхард потемнел лицом и сжал губы. Амаранта заняла шестое место, седьмое простоэльфин Итар. На лицах называемых мгновенно отражалась борьба противоречивых чувств — так высоко оказались они в списке! Но так немного не хватило, чтобы подняться выше…

Все еще неназванный, Наль стоял неподвижно, не чувствуя, как ногти вонзились в ладони. Фенрейя была четвертой. Лучшей из девушек оказалась простоэльфинка Бирна, занявшая третье место. Зрители разразились восхищенными криками и вновь затаили дыхание. Осталось только двое. Это значит…

— Лорд Первого Дома Дероальт, сын Гислена, из рода Стерфарос! — перебил лихорадочную мысль Верховный судья.

С губ обоих юношей сорвался ошеломленный вздох. Дероальт закрыл рот ладонью. Глаза Наля широко распахнулись.

Имя Фрозенблейдов — первое в списке.

Потерять голову не дало лишь воспоминание о достоинстве лорда.

* * *

— Это неправильно, — сказал Мерхард, когда испытуемые под шум и радостные крики толпы направились через площадь на узкую боковую улицу, чтобы вернуться во Двор Перехода. — Я должен был получить не менее баллов, чем ты.

— Ты упал плашмя, — напомнил Наль.

— Ты тоже упал.

— Я успел подняться и продолжить. Ты был убит.

— Но у тебя хлестала кровь, а я лишь пару раз поранился!

Пару-тройку. Наль фыркнул, рискуя свести на нет действие льда.

— Желаешь сообщить об этом судьям, на случай если кто-то не заметил?

Опьяненные приливом чувств, испытуемые шли через город, видя вокруг множество радостных лиц и машущих рук, трепещущие на ветру разноцветные ленты, поднимаемые на палочках наподобие флагов. Толпа обступала со всех сторон, желая рассмотреть, запомнить, подбодрить новых членов общества, особенно понравившихся бойцов и стрелков.

Фенрейя молчала, опустив глаза. До третьего места ей не хватило нескольких баллов. Ее догнала идущая с простоэльфинами Бирна:

— Госпожа, вы бились превосходно! Я следила за вашим поединком.

Та лишь горько усмехнулась.

— А мы поспорили на тебя! — промелькнув между держащими круг наставниками, весело выкрикнул паренек из гильдии кузнецов, чей кузен бывал частым гостем Фрозенблейдов. Не имея возможности ответить, Наль лишь посмотрел перед собой и сострил забавную рожицу. Сколько же серебряных кроленей было поставлено на кон за его победу? Или речь все же идет о более крупных суммах?

— Сколько слез мандрагоры потребуется, чтобы свести к Первому балу эти синяки, — посетовала над ухом Бейтирин.

На середине площади строители уже спешно принялись за подготовку последнего испытания. Зрителей теснили со всех сторон. Пока еще все это едва трогало Наля. Миновав ворота Двора, он устремился к дальнему его концу, подальше от всех, запрокидывая голову навстречу порыву ветра:

— Отец! Ты видел? Ты рад?

* * *

Когда темнота над Фальрунном не могла сгуститься еще более, на главной площади уже возвели лабиринт из дерева. Толпа была отодвинута крупным сооружением и частично терялась в прилегающих улицах. Среди горожан мелькали серебристыми и белоснежными волосами присоединившиеся к ним на закате твайлари. Голоса зрителей притихли, хотя никто не думал расходиться, и площадь была полна. Многие еще в полдень взобрались на крыши и балконы таверны «Хрустальный Кубок» и окружающих площадь домов, чтобы не пропустить ни единого движения. Дела «Хрустального Кубка» шли лучше некуда.

В этот раз испытуемые появились в кругу наставников, несущих зажженные факелы. Остановившись на отведенной им площадке, юные эльфы коротко переглядывались, одергивали туники, быстрым жестом проверяли свои тщательно собранные волосы. Ментор Эльгарт и несколько наставников обступили лабиринт и по сигналу Верховного судьи подожгли деревянные бревна стен с разных сторон. Пламя взревело, промчавшись по коридорам и поворотам; толпа вздохнула. Лабиринт вспыхнул, словно распустился в ночи гигантский пламенеющий цветок. Первый день завершало Испытание Огнем.

— Колени не дрожат? — с нервной усмешкой осведомился у Наля Мерхард.

— Кузнец не боится огня.

— Меч и стрелы все же полезнее, — пробормотала Бейтирин.

— А этот опыт пригодится тебе, если город захватит орда, и ты побежишь по горящим улицам в поисках выхода, — едко усмехнулась Фенрейя.

— Чтоб у тебя нос на морозе слипся! — содрогнулась леди Первого Дома.

Между тем имя Дероальта уже назвали, и он исчез в лабиринте.

Амаранта молчала, завороженная необузданным танцем пламени. В нем чувствовалась первозданная, непостижимая сила, ужасающая, грозная и притягательная, как аромат чащобного дурмана. Наль отчаянно желал пройти лабиринт прежде Амаранты, как подобает мужчине и защитнику, внушить ей уверенность — но не мог, ведь она принадлежала к Первому, а он ко Второму Дому.

Вызвали Бейтирин. Та сделала несколько быстрых шагов и так же внезапно остановилась; вздохнула, сжала кулаки и ринулась вперед.

— Это почти как прыгать через костер, — прошептал Наль, находя в темноте руку Амаранты. — Увидимся с той стороны!

Вздрогнув, девушка доверчиво взглянула на него. В глазах обоих отражалось бушующее пламя. Над площадью прозвучало ее имя. Пальцы разжались, еще какой-то миг касаясь друг друга, и вот изящная фигурка отделилась от круга испытуемых, озаряемая багровыми всполохами, чуть замедлила и, вновь прибавив шаг, затерялась в них. Тишину над городом нарушал лишь рев огня. Многим было не по себе.