Чтение онлайн

Джерлет и Наль возлежали рядом с принцем, который, вскинув точеный подбородок и вытянув в сторону костра ноги в высоких сапогах из вырезанной кожи, наблюдал за своей свитой. Поджарая борзая, любимица принца, положила ему на колено сухую вытянутую морду и поглядывала на хозяина кроткими умными глазами. По другую сторону расположился один из его компаньонов и две девушки в охотничьих костюмах. Эти трое то занимали Крисанта беседой, то шутили между собой, передавая друг другу чашку с абрикосами в меду. Остальные устроились несколько поодаль.

— Как понравилось тебе в Аркаллоне и на моей охоте, тезка? — осведомился принц.

— Все было превосходно, Ваше Высочество! Из этого гостеприимного края я увезу с собой яркие воспоминания, тем более что охота подарила нам и воистину незабываемое приключение!

Все слышавшие эту фразу рассмеялись, хотя в смехе звучала некоторая натянутость.

— Когда ты уезжаешь? — спросил Джерлет, покусывая травинку.

— Завтра на рассвете. — Наль подбросил корягу в огонь. Внезапно что-то в нем зашевелилось. Из коряги выскочила черная ящерка с ярко-желтыми пятнами на боках и спине. Кто-то окрикнул собак, но те, расставив лапы и навострив уши, замерли, и сами не желая бросаться на новую добычу. Пробежав по пылающему валежнику, она проползла между расступившимися эльфами и скрылась среди трав.

— О! — оживленно переглядываясь, заговорили эльфы. — Кто-то пройдет сквозь огонь!

Джерлет рассмеялся:

— Кому как не кузнецу было вытащить огненную саламандру!

* * *

Чем ближе подъезжали к Аркаллону, тем тише и робче держалась кавалькада. Происшествие на охоте тяготило участников все сильней. Когда егеря отделились от основной процессии, чтобы доставить дичь в кухню, свита Крисанта пересекала замковый двор. Сам король Гюнтьерн горячо обсуждал что-то с канцлером у мраморных ступеней. Свита столкнулась с ним в смятении.

Крисант обернулся к одной из составлявших ему на пикнике компанию девушек и бережно, успокаивающе сжал ее руки в своих ладонях.

— Все устроится, Дженвиэль, — прошептал он, и направился прямо к королю. — Отец! — окликнул он, приближаясь.

Заметив лицо принца и общую подавленность, Гюнтьерн нахмурился:

— Что-то случилось на охоте?

— Нас видели люди.

Лица короля и канцлера потемнели.

— Как это произошло?

— Мы слишком увлеклись и пересекли границу. Там проходили горожане. Немедля повернуть не было возможным, да и поздно, они увидели нас почти тотчас, как мы их. Они вырубили подлесок за время нашего отсутствия; лес окончился, как о стену! Собаки шли по следу, и мы помчались со всех сил, чтобы они не успели разглядеть нас…

Его Величество скрестил на груди руки.

— Гостям нашим это еще простительно, но о чем думали вы, направляясь к юго-восточным склонам?

Самообладание Крисанта наконец дрогнуло вместе с голосом:

— Мы так обрадовались, почувствовав себя свободными. Это долгое ожидание выхода за стены…

— Прочувствовали? — сурово спросил король.

Крисант опустил глаза.

— Запомните это чувство, ибо неизвестно, когда оно повторится.

По взмаху королевской руки рядом оказался начальник городской охраны.

— Усилить дозоры на границах. Исполнять немедля. Никто не должен под страхом наказания выезжать в сторону Кавильота или охотиться на юго-восточных склонах. Покинуть Аркаллон можно лишь получив письменное разрешение.

Встревоженный начальник кивнул и бросился вон со двора.

Ближе к вечеру, когда немного улегся гнев Его Величества, Наль стоял в приемном зале Вьельтаэра. Стоял, опустившись на колено, горячо прося невозможного.

— Ваше Величество, судьба моя в ваших руках. Меня ждут к солнцестоянию, но не ради празднеств и увеселений. Защита Исналора и других Северных Королевств брошена на весы. — Он на мгновение опустил голову. — Долг ваш уберечь Аркаллон, мой — послужить моему королю и Исналору. Рассудите сами, но все, что мне необходимо — разрешение на выезд на рассвете.

Единственная прямая дорога к порту, именуемому эльфами Гаванью-пристанищем, шла близ человеческого Кавильота, а у эльфа оставалось чуть более двух седмиц, чтобы успеть к отплытию «Изумрудной Зари». Он не посмел упомянуть подготовку к свадьбе и назвал лишь исполнение своих прямых военных обязанностей.

— Отец, он невиновен в обнаружении, — негромко заметил Крисант. — Накажи меня дважды, но едва ли составит труда отвести глаза людей шляпой и соответственной одеждой. Двух появлений этих они не соединят, даже увидев.

Руки Гюнтьерна чуть заметно сжали подлокотники кресла в виде лежащих львов с пронизанными золотыми жилками слюдяными крыльями. Суровое лицо вестерийского короля было неподвижным.

— Встань, дитя. Я не виню тебя ни в чем, и лишь попечением моим не только о подданных, но и о гостях продиктованы эти меры. — Он посмотрел на принца. — Как полагаешь, сын, предполагает попечение оставить гостя под защитой стен или отпустить навстречу долгу перед другим монархом?

Крисант закусил губу.

Едва первые блики рассвета забрезжили на горизонте, Наль вышел во двор. За спиной возвышался замок Вьельтаэра — легкий, словно воздушный, со множеством эркеров и резных балконов, усыпанный лепниной. Письменное разрешение короля Гюнтьерна покоилось за пазухой человеческого охотничьего костюма, в котором он путешествовал через Франкригг. Голова была занята мыслями о скорой встрече с Амарантой и военном походе. Как глава семьи, он позаботился уже о двух свадьбах — сначала Эйруина и Дэллайи, потом Эйверета и Айслин. Приближение собственной пробуждало в груди теплый сладкий трепет. Поход на орков назначался на вторую половину лета в связи с орочьим календарем. Когда день пойдет на убыль, орда соберется в полном составе для проведения многодневных празднеств, целью которых являются укрепление боевого духа, прошения к земле даровать военные победы и богатые трофеи. Оценки крупных норских военачальников сходились в том, что это последняя возможность собрать лучшие силы и нанести сосредоточенному на небольшой территории противнику решающий удар. Пока потоки жестоких головорезов, подобно разрастающемуся нагноению, не разлились по артериям Северных Королевств.

На лицах провожающих — Джерлета, Крисанта и Дженвиэли читалось одно и то же. Принц повторил отклоненное накануне предложение, подавая Налю унизанную перстнями холеную руку:

— Я дам тебе провожатых, что доедут с тобой до Портового тракта.

— Не стоит вашего беспокойства, Ваше высочество, — с достоинством улыбнулся тот. — Я один из лучших воинов Исналора, и едва ли найдется мне много равных в скорости и мастерстве. Я могу справиться с тремя орками сразу.

Крисант выгнул гордую черную бровь:

— Кронпринцу Исналора будет несомненное приобретение в лице столь доблестного компаньона. Однако дорога длинна и полна опасностей после нашего приключения, а я могу и приказать.

Наль глубоко поклонился:

— Забота ваша и повиновение вашему приказу для меня великая честь. Однако поберегите воинов, Ваше Высочество. В случае волнений все они понадобятся вам здесь, от чего да сохранит вас Небо. Мне же будет легче полагаться на себя. Не зная заботы о спутниках, как на крыльях долечу я до Гавани-пристанища. Солнце поднимается, я должен спешить.