Чтение онлайн

Халлек принялся внимательно рассматривать мальчика. На Лето был надет странный защитный костюм, оставлявший свободными лицо и уши. Сверху были надеты черная накидка и сапоги. Требовались объяснения того, как он мог оказаться здесь – как ему удалось второй раз избежать гибели.

– Зачем ты привез сюда Проповедника? – спросил Гурни. – В Якуруту говорили, что он работает на них.

– Больше не работает. Я привез его сюда, потому что Алия хочет его убить.

– Вот как? И ты считаешь, что здесь надежное убежище?

– Его убежище – это ты.

Все это время Проповедник стоял неподвижно и молча слушал, словно его совершенно не волновало, какой оборот примет разговор.

– Он хорошо послужил мне, Гурни, – сказал Лето. – Дом Атрейдес еще не потерял чувство долга по отношению к тем, кто верно нам служит.

– Дом Атрейдес?

– Дом Атрейдес – это я.

– Ты бежал из Якуруту до того, как я успел выполнить задание твоей бабки, – холодно произнес Халлек. – Как ты мог предположить…

– Ты будешь беречь жизнь этого человека, как свою собственную, – произнес Лето, прервав спор, и твердо взглянул в глаза Халлеку.

Джессика в свое время научила Халлека наблюдать людей по методике Бене Гессерит. Сейчас Халлек видел в Лето только спокойную уверенность. Однако пока приказы Джессики оставались в силе.

– Твоя бабка поручила мне закончить твое образование и проверить, не одержим ли ты.

– Я не одержим. – Простая констатация факта.

– Тогда почему ты бежал?

– Намри имел приказ убить меня при любом исходе проверки. Это был приказ Алии.

– Ты что, Вещающий Истину?

– Да. – Утверждение снова прозвучало, как констатация факта.

– И Ганима тоже?

– Нет.

Проповедник нарушил молчание, повернулся к Халлеку, но рукой указал на Лето:

– Ты полагаешь, что ты сможешь его испытать?

– Не вмешивайся в разговор, если не знаешь проблемы и ее последствий, – повелительно произнес Халлек, не глядя на Проповедника.

– Я очень хорошо знаю эти последствия, – возразил старик. – Однажды меня испытывала старая женщина, которая думала, что знает, что делает.

Халлек свысока взглянул на Проповедника:

– Еще один Вещающий Истину.

– Вещающим Истину может стать каждый, даже ты, – сказал старик. – Это вопрос честности в оценке природы своих чувств. Вещание Истины требует внутреннего согласия с истиной, что и позволяет ее распознавать.

– Зачем ты вмешиваешься? – угрожающе спросил Халлек и положил руку на нож. Кто этот Проповедник?

– Я несу ответственность за все эти события, – сказал слепец. – Моя мать может, если хочет, вылить на алтарь всю свою кровь, но у меня совершенно иные мотивы. И я действительно понимаю всю глубину проблемы.

– О?! – Халлеком действительно овладело любопытство.

– Госпожа Джессика приказала тебе отличить волка от собаки, зе’еба от ке’леба. По ее определению, волк – это тот, кто обладает властью, но неверно ею пользуется. Однако между временем волка и временем собаки бывает рассвет, когда ты не сможешь отличить пса от волка.

– Это очень близко к сути дела, – произнес Халлек, заметив, что в комнате собирается все больше и больше людей, желающих послушать. – Откуда тебе все это известно?

– Мне известно это потому, что я знаю эту планету. Ты не понимаешь? Подумай. Под ее поверхностью прячутся камни, грязь, осадочные породы, песок. Это память планеты, слепок ее истории. То же самое относится и к людям. Собака помнит, как была волком. Каждая вселенная вращается вокруг ядра бытия, и из этого ядра исходит память, развертываясь до самой поверхности.

– Все это очень интересно, – сказал Халлек. – Но как твои слова помогут мне выполнить приказ?

– Присмотрись к слепку своей собственной истории, сделай это, как делают животные.

Халлек покачал головой. В облике и повадке Проповедника была властность, характерная для Атрейдесов, и было ясно, что старик пользуется Голосом. Халлек почувствовал, как сильно забилось его сердце. Неужели это возможно?

– Джессика хотела окончательной проверки, испытания стрессом, который позволил бы выявить ткань подлинной сути ее внука, – сказал Проповедник. – Но ткань всегда здесь, она доступна зрению.

Халлек внимательно посмотрел на Лето, повернувшись к нему под действием силы, которой нельзя было противостоять.

Проповедник между тем продолжал говорить, словно читая лекцию тупому ученику:

– Этот молодой человек спутал все ваши карты, потому что он не единичная личность, а общность. Как и во всякой общности, подвергнутой воздействию стресса, каждый ее член воспринимает разные команды. Эти команды не всегда добры, откуда и проистекают истории о Мерзости. Но вы уже достаточно изранили эту общность, Гурни Халлек. Неужели ты не понял, что трансформация уже произошла? Этот юноша достиг внутреннего согласия столь мощного, что его уже невозможно обратить вспять.

Я вижу это, хотя у меня нет глаз. Однажды я пытался противостоять ему, но теперь я выполняю его волю. Он – Целитель.

– Кто ты? – спросил Халлек.

– Я – тот, кого ты видишь, и не более того. Не смотри на меня, смотри лучше на того, кого тебе приказали учить и испытывать. Он сформировался в этом кризисе. Он выжил в смертельном окружении. Он – здесь.

– Кто ты? – упорствовал Халлек.

– А я велю тебе смотреть на этого юного Атрейдеса! Он последняя питающая надежда, на которой зиждется будущее нашего вида. Он введет в систему результаты, полученные в его прошлых представлениях. Ни один человек не знает прошлого лучше, чем он. И ты хотел уничтожить его!

– Мне приказали его испытать, и я не мог…

– Но ты смог!

– Он воплощение Мерзости?

Проповедник устало рассмеялся:

– Ты все еще в плену у этой чуши Бене Гессерит. Как хорошо умеют они творить мифы, погружающие мужей в спячку!

– Ты – Пол Атрейдес? – спросил Халлек.

– Пола Атрейдеса больше нет. Он пытался установить высший символ морали, но отмел все нравственные притязания. Он стал святым без Бога, богохульствуя каждым произнесенным им словом. Как ты можешь думать…