Чтение онлайн

Внезапно из ванной послышались голоса, из чего стало понятно, что пришли массажисты, а на пороге появилась экономка с чистыми и отглаженными рубашками Коула в руках.

— Простите, не хотела вас разбудить, — произнесла она, останавливаясь.

— Доброе утро, — улыбнулась я, а она, поздоровавшись в ответ, спросила:

— Вам завтрак сейчас подать, или вы еще будете спать?

— Я поем вместе с мистером Коулом, — ответила я, но она покачала головой:

— Мистер Коул не будет сегодня завтракать дома, — произнесла она, направляясь в гардеробную, а я задумалась.

Кажется, мои планы поговорить насчет работы вновь откладывались на непонятно какой срок, и я, посмотрев в сторону ванной, решила рискнуть.

Выскользнув из-под одеяла, я пересекла спальню и постучала в дверь.

— Заходи, — послышался голос Коула, и я, посчитав это хорошим знаком, зашла.

Коул лежал на массивном столе, массажисты массировали его плечи и икры, и что сказать — зрелище было красивым.

— Доброе утро, — поздоровалась я и, понимая, что у меня мало времени, поторопилась. — Я хотела с тобой поговорить за завтраком, но Берди сказала, что ты не планируешь есть дома, — проговорила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — Разговор не займет много времени.

— Говори, что хотела… — ответил он, и я, кивнув, сделала шаг вперед.

— Пока ты решаешь, что делать с цветочным бизнесом, я бы хотела работать в бутике, который раньше вела Джу. Пусть я и не занималась этим раньше, уверена, у меня получится.

Коул промолчал, а я добавила, выставляя еще один аргумент.

— Я ничего не боюсь, — уверенно произнесла я, давая понять, что не хочу отсиживаться в укрытии и готова быть на передовой в этой войне. — Используй мой потенциал.

На этот раз Коул поднял голову, и на его губах блеснула усмешка. Видимо, мой решительный голос, слова о потенциале и целеустремленный вид вызвали в нем такую реакцию. Однако я не стеснялась своих слов.

— Я хочу быть полезной, — уверенно произнесла я, рассматривая его вакуумные глаза, и знала, что, несмотря на усмешку, он понял меня правильно. Черт, если он мог воздействовать на мозг, то уж мои простые слова он точно понял верно.

Секундная пауза и его ответ.

— Хорошо. Я отдаю тебе бутик.

Он вновь опустил голову, а я от радости готова была кружиться в гран пике по периметру всей ванной.

— Спасибо большое. Я не подведу, — улыбнулась я, а он добавил:

— Сегодня я вылетаю в Лондон. Пока меня не будет, остаешься в моих апартаментах.

— В Лондон? — удивленно спросила я, а Коул, вновь подняв голову, добавил:

— Любые указание Боджи и Андерсона выполняешь без разговоров и споров.

Чувствуя небольшую тревогу за Коула в Лондоне и грусть от предстоящей разлуки, я хотела спросить, надолго ли он уезжает, но не стала, памятуя о своем месте.

— Хорошо, буду выполнять все указания Боджи и Андерсона, — вместо этого произнесла я и направилась к выходу. Меня почему-то совсем не удивило, что он оставил меня не только на телохранителя, но и на Андерсона. Тот, как и Коул, был из одного с ним пространства Вечности, и я бы не удивилась, если бы узнала, что и у него есть какие-то необычные возможности.

Уже у двери я повернула голову — Коул встав с массажного стола, сбросил полотенце, не стесняясь массажистов, и направился к чёрному каменному бассейну. Он подошел к бурлящей воде, демонстрируя совершенную физическую форму, секунда — и он скрылся в темной купели Космоса.

Я стояла у машины, напротив бутика с яркой вывеской “Цветы Гонконга” и улыбалась. Огромная стеклянная витрина, выложенная цветами, казалась живым полем посреди каменных джунглей в самом центре делового Гонконга.

Я ступила на тротуар и уверенной походкой направилась к бутику, который и бутиком сложно было назвать. Скорее, цветочный комплекс, со своим сложным механизмом, который вот уже несколько дней я училась вести. С первой минуты, как только моя нога ступила на мраморную плитку эстетического рая, я поняла, что это то, что мне нравилось. То, что у меня получалось. То, от чего каждое утро замирало сердце в предвкушении еще одного дня. Правда, не без трудностей.

Мне казалось, что как только я столкнусь с этим бизнесом, то каждый день буду окружена цветами, буду иметь дело с красотой, но все оказалось гораздо сложнее и прозаичнее. Работа оказалась непростой — здесь было и изучение влажного и холодного хранения цветов, и составление компонентов питательных растворов и нескончаемый поток другой информации, которую я заучивала наизусть и которая мне уже снилась по ночам.

Но это была только половина проблемы. Так как бутик оказался немаленьким, количество персонала было соответствующим. Помимо двух флористов к цветочному комплексу были прикреплены два продавца-консультанта, бухгалтер, курьеры, уборщики и масса другого народу, уже не говоря о водителях минивэнов — так что первый день я только и делала, что запоминала весь персонал и список их обязанностей.

Но несмотря на то, что мне пришлось столкнуться с трудностями разного порядка, я наслаждалась каждой минутой.

График у меня был жесткий — весь день я проводила в бутике, вечером летела на мастер-классы по флористике, на которые записалась в тот же день, когда Коул отдал мне бутик, а после вновь возвращалась в магазин и садилась за комп в офисе, желая разобраться в системе закупок, графиках поставок и базе данных многочисленных клиентов.

Уставала ли я? Безумно. Но этот стремительный жизненный темп, который я задала сама себе, позволял мне отвлечься от мыслей о Коуле, о войне с Триадами, о смерти Джу и Шаня. К тому же моя усталость была прямо пропорциональна тому приятному чувству, что я ощущала каждый раз, когда открывала стеклянные двери бутика или когда созванивалась с родными. Теперь у меня была возможность сказать им правду хотя бы о работе.

На часах высвечивалось начало десятого, магазин уже был закрыт, но в моем ежедневнике осталось несколько пунктов, напротив которых еще не стояло пометки “done”.

Открыв уверенной рукой дверь, я почувствовала нежный аромат цветов и зелени, когда из подсобки показалась Фрея — одна из флористов. Она часто оставалась в магазине после закрытия, чтобы проверить все лично, и я, увидев её, благодарно улыбнулась.

— Я проверила температуру холодильных камер и освободила место под завтрашнюю партию роз, — отчиталась она.

— Спасибо большое, Фрея, — кивнула я, а она, вежливо попрощавшись направилась к выходу.

Наблюдая, как она, уже выйдя из бутика, слилась с вечерней толпой, я вздохнула.

Эта женщина была одной из моих трудностей — она, скрепя сердце, принимала во мне старшего по должности, и я чувствовала её досаду. После кончины Джу Фрея исполняла обязанности директора, видимо, предполагая остаться на этой должности, и мое появление спутало её планы.

Однако, несмотря на помеху в моем лице, она соблюдала субординацию, превосходно выполняла свои обязанности и всегда четко отвечала на мои вопросы. Иными словами — терпела меня, потому что знала, что рано или поздно я уеду в свою холодную Россию и освобожу место, которое она считала своим.