Чтение онлайн

– Корпорация «Уолтер» имеет всего семь машин, – добавила Нигли.

Ричер кивнул.

– Нам нужно иметь это в виду. Где-то рядом находятся крупные силы поддержки.

Диксон сказала, что повезет О’Доннела в своей машине. Ричер открыл багажник «крайслера», и Нигли забросила туда свои сумки, а потом уселась рядом с ним на пассажирском сиденье.

– Где мы поселимся? – спросила через окно Диксон.

– Совсем в другом месте, – сказал Ричер. – До сих пор они видели нас в «Уилшире» и «Шато Мармон». Нам нужно сменить стиль. Выберем такое место, где они не станут нас искать. Попробуем «Дюны» или «Сансет».

– А что это такое?

– Мотель. Место, которое выбрал бы я.

– И насколько там плохо?

– Там хорошо. Там есть кровати и двери с замком.

Первыми уехали Ричер и Нигли. Движение оставалось медленным, пока они не выбрались из города, но на 15-й автостраде Ричер смог увеличить скорость. Машина катилась быстро и бесшумно. Первые тридцать миль Нигли возилась с телефоном, пытаясь дозвониться до военно-воздушной базы «Эдвардс», чтобы поговорить с Дианой Бонд, до того как связь будет потеряна. Ричер перестал обращать на нее внимание и сосредоточился на дороге. Он был неплохим водителем, но не более того. Ричер научился водить машину в армии, и у него никогда не было профессионального гражданского наставника. Он так и не сдал экзамен на гражданские права. Нигли управлялась с машиной гораздо лучше. И гораздо быстрее. Она закончила телефонные переговоры и нетерпеливо заерзала на своем месте, бросая недовольные взгляды на спидометр.

– Ты ведешь машину так, словно украл ее, – проворчала Нигли. – Впрочем, это истинная правда.

Тогда Ричер немного увеличил скорость. И начал обгонять другие машины, в том числе средних размеров грузовик, ехавший по правой полосе.

В десяти милях до Барстоу Диксон догнала их и помигала фарами, а О’Доннел знаками показал, что неплохо бы перекусить. Они остановились в том же кафе, словно безвольные мазохисты. Рядом не было ничего другого, а они проголодались.

Еда была такой же отвратительной, а разговор получился отрывочным. В основном они говорили о Санчесе и Ороско. О том, как трудно эффективно вести мелкий бизнес, в особенности если ты прежде служил в армии. Они входили в гражданский мир с ложными представлениями о нем, рассчитывая найти в нем те ценности, к которым привыкли: прямоту, искренность, честность, готовность к общим жертвам. Временами Ричеру казалось, что Диксон и О’Доннел говорят о себе. Насколько они успешны? Быть может, их уверенность – это лишь желание сделать хорошую мину при плохой игре? Каковы их реальные доходы? И какими они будут еще через год? У Диксон возникли проблемы, она недавно отказалась от прежней работы. О’Доннел не работал некоторое время из-за сестры. Только Нигли ни о чем не тревожилась. Она добилась очевидного успеха. Но она была одной из девяти. Немногим больше одиннадцати процентов, а ведь речь шла о лучших людях, покинувших армию.

Паршивый результат.

«Но ты в эти игры не играешь», – сказала Диксон.

«Обычно меня это устраивает», – ответил ей Ричер.

«То, что есть у нас и чего нет у тебя, – это всего лишь чемодан», – сказал О’Доннел.

«Но есть ли у меня то, чего нет у вас?» – ответил ему Ричер.

Когда обед подошел к концу, Ричер немного приблизился к ответу.

После Барстоу они миновали Викторвилл и озеро Эрроухед. Впереди замаячили горы. Но сначала, на этот раз с правой стороны, показались те самые пустоши, над которыми летал вертолет. Ричер снова сказал себе, что не станет туда смотреть. И снова не смог удержаться. Он то и дело отрывал взгляд от дороги и смотрел на северо-запад, думая: «Где-то там находятся Санчес и Суон». У него не было оснований надеяться на другой исход.

Они въехали в зону приема, и телефон Нигли зазвонил. Диана Бонд была готова немедленно покинуть «Эдвардс».

– Скажи, чтобы она встретилась с нами у «Денни» на Сансет, – предложил Ричер.

Нигли скорчила гримасу, и Ричер добавил:

– После той забегаловки нам даже в «Денни» покажется, будто мы у «Максима» в Париже.

Нигли договорилась о встрече, а Ричер перешел на другую передачу, и «крайслер» начал взбираться по первым пологим склонам гор Сан-Антонио. Не прошло и часа, как они сняли номера в мотеле «Дюны».

В мотеле «Дюны» стоимость одного номера за ночь даже близко не подходила к трехзначному числу, а гостям приходилось оставлять залог за пульт дистанционного управления телевизором, который торжественно вручался вместе с ключом. Ричер расплатился наличными из украденной пачки за все четыре комнаты, что позволило им не регистрироваться под настоящими именами. Они припарковали машины так, чтобы с улицы их было трудно заметить, и собрались в темном холле рядом с прачечной, где никто не стал бы обращать на них внимание.

Самое подходящее место, по представлениям Ричера.

А еще через час Диана Бонд позвонила Нигли, чтобы предупредить, что она въезжает на парковку «Денни».

Они прошли несколько кварталов по Сансет и оказались в вестибюле «Денни», освещенном яркими неоновыми огнями. Там их уже поджидала одинокая светловолосая женщина, одетая в черное. Черный пиджак, черная блузка, черная юбка, черные чулки и черные туфли на высоких каблуках. Деловой стиль Восточного побережья, совершенно не подходящий для посещения «Денни». Диана была стройной, привлекательной и явно неглупой женщиной лет тридцати восьми.

Она выглядела немного раздраженной и озабоченной.

И слегка встревоженной.

Нигли представила ее:

– Это Диана Бонд. Из Вашингтона через военно-воздушную базу «Эдвардс».

Диана Бонд держала в руках лишь маленькую сумочку из крокодиловой кожи. Ричер не обнаружил портфеля, в котором могли бы находиться документы. Они прошли в довольно скромный ресторан и заняли круглый столик в задней части зала, так как пятеро человек не помещались в кабинке. К ним подошла официантка, и они заказали кофе. Вскоре официантка вернулась с пятью тяжелыми чашками и кофейником. Она разлила кофе и удалилась. Каждый сделал по глотку, и только после этого Диана Бонд заговорила. Она не стала тратить время на любезности.

– Я могла бы всех вас арестовать, – заявила она.

Ричер кивнул.

– Странно, что вы этого не сделали, – сказал он. – Честно говоря, я ожидал увидеть вместе с вами агентов.

– Одного звонка в Агентство национальной безопасности было бы вполне достаточно.

– Так почему же вы им не позвонили?

– Я стараюсь вести себя цивилизованно.

– И лояльно по отношению к своему боссу, – добавил Ричер.

– И к своей стране. Я самым серьезным образом прошу вас прекратить расследование.

– В таком случае вы во второй раз напрасно потратили время.

– Я готова сделать это еще раз.

– На деньги налогоплательщиков?

– Я убедительно прошу вас.

– Здесь вы не найдете понимания.

– Я обращаюсь к вашим патриотическим чувствам. Речь идет о национальной безопасности.

– Рядом с вами сидят четыре человека, которые в общей сложности носили форму шестьдесят лет. А сколько прослужили вы?

– Я не служила в армии.

– А ваш босс?

– И он тоже.

– Тогда не надо говорить про патриотизм и национальную безопасность! У вас нет на это права.

– Зачем вы хотите знать о «Маленьком крыле»?

– У нас был друг, который работал в «Новой эре». Мы должны исполнить наш долг по отношению к нему.

– Он мертв?

– Скорее всего.

– Приношу свои соболезнования.

– Спасибо.

– Но я вновь прошу вас оставить это дело.

– Так мы ни о чем не договоримся.

Диана Бонд довольно долго молчала. Наконец она кивнула.