Чтение онлайн

Я судорожно облизнула вмиг пересохшие губы.

Алекс повел носом. Я хихикнула, почувствовав непередаваемое амбре от Маньки. Отступая назад, я двинулась к дверям, увидев панику в глазах Сашки.

– Катя! Нет!
– одними губами сказал он.

На что я ответила ему так же:

– Памперсы, салфетки и присыпка в ящике под пеленальным столиком.

– Катя!

Однако, его бровки домиком меня абсолютно не тронули. Хихикнув, я развернулась и, помахав ему в воздухе ручкой, ретировалась из комнаты.

Заскочив на кухню, я схватила огромное зеленое яблоко и буквально вцепилась в него зубами. Есть хотелось страшно. Зная, что на смену подгузника нашему умному папочке потребуется максимум минут десять, я толстым сайгаком ломанулась на второй этаж в мою спальню, юркнула под одеяло и затихла там, полностью заблокировав свой мозг от него.

Через десять минут я уже спала, сладко посапывая во сне, как Манька, слава богу, хоть не пукая.

Глава 50

Я с утра уже как на иголках. Сегодня! Сегодня мы будем вместе. Тело уже так истосковалось, что, кажется, ему просто будет достаточно прикоснуться ко мне своими горячими руками, и я сразу разлечусь на мириады осколков желания. В животе завязался тугой узел, в глазах стояла пелена. Он видел моё состояние и улыбался, как кот, который добрался до сметаны.

В доме ещё толклись люди. Вчера приехала Танька со Стасом, вот только их не хватало. Уже через пять минут Сергеева затащила меня в ванну и огорошила новостью:

– Алексеева, ты представляешь, мы беременны?

Её глаза блестели, перед моим носом вертели полоску-тест с двумя яркими полосками.

Но мозг не включался в сеть от слова совсем.

– Кто?
– невпопад спросила я.

– Кто?- Танька захлопала глазами.- Стасик!- хихикнула она.

– Су-у-пер, - протянула я, глядя на себя в зеркало, - передавай мои поздравления.

– Алексеева, ты чего, совсем не въезжаешь?
– Танька развернула меня к себе лицом.
– Эй! В реальность-то включись.

Я потерянно улыбнулась.

– Прости, Танюш, о чем ты?

Перед моим носом опять затрясли тестом.

– Она беременна, лузер, - заскрипел мозг.

– Танька! Поздравляю!
– взвизгнула я.

Мы все знали, как сильно Танюха этого хотела. Как старались они со Стасом, делая всё правильно, по календарю высчитывая овуляцию и питаясь по разработанной каким-то супер-пупером диете. Она только время от времени позволяла себе вылететь из графика, объясняя это тем, что иначе она просто свихнется, и они со Стасом поубивают друг друга.

– Ты даже себе не представляешь, как я счастлива.

Танька обняла меня и разрыдалась.

В дверь стукнули.

– Катюнь, - самый родной голос за дверью, - у вас всё нормально?

– Да, Саш, заходи.

Дверь открылась. На пороге стоял Сашка, держа Маньку на руках.

– Как вы, девчонки? Танюха, поздравляю со скорым прибавлением.

– О-о-о! Рыба нашептала?
– хихикнула Танька.

– Удивительно, что он по этому случаю не созвал пресс-конференцию.
– хмыкнул Сашка.

Маруська захныкала, и моя грудь на это среагировала мгновенно: два влажных пятна украсили майку.

– Танюш, прости, Маруське пора кушать и на боковую.

Я протянула руки и взяла дочь из рук мужа. Маленький комочек тут же начал тыкаться ротиком в майку.

– Сейчас, родная, мамочка тебя покормит.

Я быстро задрала майку, и она довольно зачавкала. Я осторожно вышла из ванны и села в кресло.

– Я пойду вниз, - шепнула Сергеева, выходя из комнаты.

Сашка подошел к нам. Сел на пол около моих ног, нежно поглаживая мои бедра.

– Катюш, я отъеду по делам, часа на два. Надо в загс заехать, на Маньку выписать свидетельство о рождении. И сразу занесу документы в МФЦ. Я уже позвонил кому надо, меня там ждут. Где твой паспорт?

– В сейфе, Саш.
– тихо говорю я, не отрывая глаз от его губ.

– Катя! Прекращай. Малыш, давай до вечера потерпи. Все хоть рассосутся по комнатам, и вообще у меня появилась идея. Постараюсь всё устроить. Ты поговори с мамой, пусть она ночью посидит с Маруськой.

Уфффф! Жаркая волна окатила меня с ног до головы. Я прочитала обещание в его взгляде, почувствовала, что этой ночью я не усну и получу всё, что только захочу.

У Саши завибрировал телефон.

Он глянул на экран. Напрягся.

– Солнышко, извини, нужно ответить.

Он встал и быстро вышел из комнаты.

– Не буду!
– решила я.
– Нужно будет, он сам всё расскажет.

* * *

Манька ухайдакалась быстро. Сопела и пукала, как маленький ангелок. Я спустилась вниз и налила себе большую кружку чая с молоком, зацепила плед, вышла на веранду и залезла в шезлонг, замотавшись в теплое верблюжье одеяло до самого носа.

– Катюш?

В дверях появился отец. Он наконец закончил длинный, изматывающий бракоразводный процесс, и они с мамой подали заявление в загс. Он не стал поднимать связи, а решил, что всё будет как положено, хотя с его известностью как положено всё равно не получилось. Все таблоиды взрывались уже третью неделю от этой новости, вспоминая всю историю с самого начала, выясняя, что Савицкий — зять Лопырева, что он стал дедом и, чавкая от удовольствия, перетряхивали остальное грязное бельишко нашей семьи, которая разрасталась прямо на глазах, со скандалами и судами.

Одним из самых громких обещал стать процесс об аннулировании записи отцовства Троянова в свидетельстве о рождении его дочери Ларисы с последующим за этим заключением брака между Женькой и Ларкой. А уж когда стало известно, что у них родилась дочь, кто бы подумал, как они её назовут? Да-да, теперь в нашей семье две Маньки, ни больше ни меньше. Сашка позвонил Троянову, назвал его старым ослом и сказал, что не будет с ним разговаривать до гроба, но хватило его всего на пару дней. Обсуждение совместных планов, слияний, захвата рынков — мальчишки они и есть мальчишки, сколько лет бы им ни было, хоть десять, хоть тридцать, хоть пятьдесят. Так вот, когда стало известно, что у них есть дочь, СМИ просто впали в непрекращающуюся истерику, которая шла и по сей день.

– Да, пап?

– Сашка сказал, что у вас планы на вечер, а нас вы оставляете за Маруськой приглядывать? Ты это, не волнуйся особо, главное, еды ей оставь, ну и в случае чего будьте на телефоне. Обещаю, по пустякам звонить не будем.

Отец покраснел. Я вспыхнула вслед за ним и хихикнула, так по-детски, словно я не с мужем собираюсь проводить ночь, а иду на первое свидание.

– Я могу вернуться после десяти, пап? — улыбаясь спросила я.

– Вечера или утра, солнышко? — хмыкнул он. — Конюшню-то, по ходу, уже поздно закрывать. — Он кивнул в сторону детской.