Чтение онлайн

Голова вдруг стала ясной. Он мысленно листал документы, переданные Ираидой. Ответ в них. Замкнуло! Замкнуло! Ну конечно!

– Пусть ничего не делают! Ничего! Ей нужен я! Её именно замкнуло! Это всё ваш, сука, грёбанный «Marvel»! Капитаны Америка, бля! Твоя задача сделать сейчас всё, чтобы меня к ней пустили! Да потому что я знаю, что она написала в своей карте! Такая же упёртая ослица, как и её родители! Как и Ларка! А ты не знал? А вот жена твоя знала! Так что будь любезен! Да мне по хер! Звони хоть богу! Не хочешь потерять дочь, прогнёшься!

Отбой.

– Звонить он не хочет! Отрастил гордыню длиннее хера, а мозгов — воробей капнул в бреющем полёте, и то не попал! — бубнил Алекс.

Уже в небе получил сообщение, что Ларису стабилизировали. С ребенком всё хорошо. Девочка. Два четыреста, сорок пять. Улыбнулся.

– Ну вот не удивлён, девчонки. Не удивлён. Надеюсь, не Маруська.

Отправил сообщение Троянову.

«Поздравляю, Жень. Дочь у тебя. 2400, 45. Маруськой не называть! Имя занято. Ларису стабилизировали. Как придет в себя, передавай от меня самые искренние поздравления. Люблю её».

Отложил телефон, откинулся в кресле, закрыл глаза. Постарался полностью успокоиться, чтобы постараться пробиться в её сознание.

– Давай, котёнок. Услышь меня, родная. Ты знаешь то, что знаю я.- Алекс пытался найти её в этом ледяном безмолвии.- Катюша. Ты нужна Марусе, ты нужна мне. Ты слышишь, Катя! Ты очень, очень мне нужна. Я не смогу без тебя, Солнышко. В этот раз не смогу.

Он почувствовал, что самолёт пошёл на посадку.

– Держись, родная, я скоро.

На дорогу от Шереметьево до клиники ушло сорок минут. Машину Алекса сопровождали, давая полосу, как и в Питере, две полицейские машины.

Он быстрым уверенным шагом зашёл в клинику.

Лопырёв уже стоял с главврачом, на котором не было лица. Сегодняшний день стал для него потрясением. Никогда ещё, за всю свою жизнь, он не разговаривал с этим человеком по телефону. Никогда в жизни он не видел столько людей, лица которых видел только на страницах прессы и в СМИ.

– Рад приветствовать Вас, Александр Игоревич! Ваша… - он запнулся.

– Моя жена.- ледяным голосом жестко сказал Савицкий.- Моя жена! Екатерина Владимировна Савицкая. И моя дочь.

– Да, да, конечно, Александр Игоревич.- врач нервно оттянул воротник.- Но вы точно уверены, что это именно она? Просто по документам…

– Измайлова Юлия Сергеевна, 26.11. 1996?

– Да.

– У вас когда-нибудь были конфликты с женой…- бросил мимолетный взгляд на бейджик.- Виктор Семёнович? Вот так, чтобы до развода и до девичьей фамилии?

– Ну, жизнь- штука сложная, Александр Игоревич.

– Вот и я об этом.- тихо сказал Алекс.- Где она?

– Но в реанимацию…

Алекс пристально посмотрел ему в глаза, слегка прищурившись.

– Где она?

– Да, да. Сейчас вам халат и бахилы и…

Он засуетился, чувствуя себя крайне дискомфортно находясь рядом с этим странным человеком, под пристальным взглядом его глаз.

– Благодарю. И дочь. Где моя дочь?

– С девочкой всё хорошо. Она настоящий боец.

– Я знаю.- голос спокойный, но…- Я спросил, где она?

Врач сглотнул.

– Вас к ней сразу же проведут.

– Я хочу, чтобы ребенок находился рядом с матерью. Организуйте мне это. И не надо говорить, что это невозможно. Я знаю, что это легко устроить. Мы с вами поняли друг друга?

– Да, да, конечно. Мы всё сделаем, я сразу распоряжусь.

– Хорошо. А сейчас проводите меня к моей жене. Володя,- он протянул руку Катиному отцу,- прости, всё потом. Мне нужно сейчас к ней.

Лопырев хлопнул его по плечу.

– Иди, Саш. Верни её нам. Ирка около реанимации сидит. Не злись на неё. Мы хотели как лучше.

– Вот именно, как лучше. В этой истории все хотели сделать, как лучше.Только, вот, получилось, как всегда.

Он развернулся и пошел вслед за врачём по коридору.

Глава 48

– Солнышко. Родная моя, Катя.
– Он держал её руку в своих ладонях, целуя каждый пальчик.
– Малыш, иди ко мне. Ты нужна нам, Катюша. Ты нужна мне.

Алекс смотрел на эту женщину, которая стала смыслом всей его жизни. Он впитывал все изменения, которые видел в ней. Эти волосы цвета вороного крыла, сумасшедшее тату, где рунической вязью был вплетен его вечный призыв к ней: «Ты моя навсегда». Его девочка, его женщина, мать его дочери, его сердце и его душа.

Она была далеко, но он слышал её слабый отклик. И он шёл на этот свет. Свет её любви к нему.

– Ты знаешь, родная, ведь я без тебя — человек без души. Ты, как луна для моего океана. Только рядом с тобою я живу. Малыш, Лариса жива. У неё дочь. Представляешь, я просто уверен, что эта заноза назовет её Машкой. Вы так похожи. Ты была права. Ты знаешь её гораздо лучше, чем мы все. Я думаю, что она тоже знает тебя так же хорошо. Троянов позвонил, сказал, что Ларка пришла в себя. Маленькая, пора и тебе просыпаться.

Маруська заворочалась в боксе и захныкала.

В палату заглянула медсестра.

– Александр Игоревич, простите, ребёнка надо кормить.

– Можно я сам?
– тихо спросил он.

Она улыбнулась.

– Конечно. Давайте я вам покажу. Идите сюда.

Она усадила его в кресло и осторожно достала из бокса копошащийся комочек, чмокающий, хныкающий и так себе не по-детски пукающий.

Алекс взял дочь на руки.

– Ну, привет, сладкий папин сахарок.
– прошептал он, чувствуя, как невероятное чувство любви, нежности и желания защитить проснулось в его душе. Маленькие глазки сфокусировались на его лице, и она улыбнулась.

– Маруська, лучик мой.
– Он наклонил голову и поцеловал её в лобик.

– Александр Игоревич, возьмите бутылочку. Придерживайте её под головку, вот так.
– Она аккуратно уложила ребенка на сгибе его локтя и дала в руки смесь.
– Не бойтесь, - она улыбнулась.
– У вас всё получится. А потом её нужно столбиком на грудь положить, чтобы она срыгнула. Только не забудьте салфетку на плечо постелить, чтобы она не запачкала вас.

– Не страшно.
– улыбнулся Алекс.

Он как завороженный смотрел на то, как Маруська, поймав соску ротиком, методично хомячила смесь, прижав ручонки к груди. Медсестра вышла, оставив их втроём.