Чтение онлайн

— Встань перед кроватью и медленно разденься для меня.

От волнения мою кожу покалывает, словно в нее вгрызаются крошечные насекомые. Колени становятся мягкими, но я сползаю с кровати и встаю перед ней.

Первым делом я снимаю кофточку, под которой у меня красный бюстгальтер. Глаза Джекса округляются.

— Это ты тоже купила?

— В следующий раз лучше следи за тем, на что рабыни тратят твои деньги, — отвечаю я и скидываю обувь. За ней следуют штаны, открывая, наконец, полупрозрачные трусики.

— Паршивка, — бормочет он, проводя ладонью по рту. Я замечаю шевеление в его шортах, и там начинает расти огромная выпуклость. Джекс провокационно потирает член.

— Разденься полностью.

Я расстегиваю бюстгальтер, затем медленно снимаю трусики. Горящего взгляда Джекса достаточно, чтобы в грудях разлилось приятное томление.

— Теперь иди сюда.

— Ты много командуешь, — говорю я с улыбкой. Но я подчиняюсь, потому что хочу, наконец, почувствовать его. Я опускаюсь на четвереньки и ползу к Джексу.

— Сначала ты сделаешь то, что я скажу, — шепчет он, — а потом тебя ждет щедрая награда. Отдаешь и берешь.

— Я за то, чтобы сразу начать брать. — Я смело скольжу рукой ему в штаны и обхватываю член. Он горячо пульсирует у меня в ладони.

Джекс с рычанием бросает меня на спину.

— А ты вовсе не такая невинная, какой прикидываешься. Для скольких мужчин ты уже раздвигала ноги?

Конечно, я не хотела создавать неверное впечатление и надеялась, что Джексу понравится, если я залезу к нему в штаны, но ему, похоже, больше нравятся неопытные женщины.

— Я-я спала только с Марком. Раз десять, может быть.

— Десять раз? — Он морщит лоб и снисходительно ухмыляется. Ему идет даже эта высокомерная гримаса. — В самом деле?

— В самом деле, — выдыхаю я. С Марком я никогда не была такой развратной — понятия не имею, что Джекс делает со мной.

Он медленно раздвигает коленом мои ноги, открывая меня для себя. Мне кажется, я слышу хлюпающий звук. Боже, я что, уже такая влажная? Только потому, что Джекс нависает надо мной, как какой-то повелитель, и отдает приказы? По моим венам мчит адреналин. Скоро я узнаю, что такое быть одним целым с Джексом.

— Я не смогу медленно, не смогу сегодня сдерживаться, — шепчет он. — Это было вечность назад…

Вечность? Может быть, месяца три, и то он, несомненно, повеселился с той черноволосой рабыней. Кроме того, я его только вчера… Черт, Сэм, прекрати ревновать. Джекс не принадлежит тебе!

Он принадлежит народу. Сенату.

В сущности, он мой враг.

— Сэм, ты слышишь?

Вена на моей шее сильно пульсирует. Я опасаюсь боли, потому что Джекс выглядит огромным, — его член гораздо больше, чем у Марка, — с другой стороны, я с нетерпением жду, когда почувствую его в себе.

— Я знаю, что ты не сделаешь мне больно, — тихо говорю я и касаюсь рукой напряженного лица Джекса.

Он сжимает челюсти и закрывает глаза.

— Женщина… — рычит он. — Ты слишком хорошо обо мне думаешь.

Я тоже закрываю глаза и жду, что он возьмет меня одним жестким толчком, но внезапно он сгибает мои ноги в коленях, поджимает их к животу, и прижимается ртом к моему самому интимному месту.

От неожиданности я вскрикиваю. Джекс лижет меня жестко, так же, как вчера под душем, и сосет клитор.

Мои бедра сами собой поднимаются ему навстречу, влагалище сокращается, мой бешеный пульс отдается в клиторе. Боже, я становлюсь одержимой! Джекс вставляет в меня два пальца, раздвигает их и сгибает.

Что он делает? Это наслаждение… Он сводит меня с ума! Его язык танцует на моей самой чувствительной точке, его пальцы двигаются во мне.

Он заботится обо мне, совершенно точно, потому что на самом деле не хочет делать мне больно, он хочет подготовить меня.

— Ты достаточно мокрая, — рычит он и облизывает свои пальцы. Его взгляд сияет. Я чувствую запах своего желания, и он тоже — его ноздри раздуваются. Словно дикий зверь, лежит он между моих ног в засаде. Он снова склоняется надо мной и, разведя мои бедра в стороны, почти с болезненной нежностью целует лепестки половых губ.

Я хочу больше, хочу, чтобы это было жестче!

Внезапно Джекс рывком стягивает меня к краю кровати, так, что мои ноги свисают с нее, а сам наползает на меня, и член оказывается у меня перед лицом.

— А теперь ты сделай мокрым меня, чтобы я смог в тебя войти.

Я открываю рот, собираясь впустить его. От этого мое сердце бешено стучит. О небеса, я никогда не делала этого! Я никогда не осмеливалась спросить Марка, могу ли взять его в рот, а он никогда не делал такого рода приготовлений. Темно-красная головка находится прямо перед моими губами. Ее кожа натянута и блестит. Я осторожно касаюсь ее кончиком языка и ощущаю солоноватый вкус выступившей из нее капли. Я внимательно рассматриваю пенис: тонкие разветвления вен, шрам и толстый ствол.

Джекс входит в мой рот, наполняя его так, что я почти давлюсь. Он сразу же отступает, и я могу очертить член языком. Время от времени я слегка посасываю его, что каждый раз вызывает у Джекса стон.

— Ты действительно невинна, малышка, — шепчет он.

Мое сердце замирает.

— Это плохо? — спрашиваю я, когда он отодвигается.

Он берет член в руку, чтобы провести по моим губам яичками.

— Нет, это хорошо. Так я могу показать тебе, что мне нравится, и научить тебя всему, что тебе нужно уметь в сексе. Кроме того, мне нравится, когда женщина неопытна. Я люблю ее неуверенность и страхи. Это возбуждает меня.

Я сглатываю.

— Ты возбуждаешься, когда они тебя боятся? — Есть ли у него та же извращенная жилка, что и у Блэра?

— Я… мне сложно это описать. Я не хочу делать им больно на самом деле, но я люблю, когда они стонут, плачут и умоляют. От удовольствия. Только если им… только если тебе нравится то, что я с тобой делаю, мне тоже это нравится.

Я с облегчением выдыхаю.

— Я боюсь только твоего большого… — Я тут же прикусываю язык. Ну что я такое говорю!

Джекс скользит по мне вниз, и его лицо оказывается напротив моего. Он широко улыбается.

— Что ты хотела сказать?

— Ничего, — выдыхаю я. И почему он выглядит так сногсшибательно? Одна только его сексапильность уже оружие.

Он прищуривает глаза и легонько щипает меня за сосок, вызывая у меня стон. Легкая боль отдается прямо между ног.

— Не лги мне, — угрожающе шепчет Джекс мне в губы, но в его глазах я вижу блеск. — И я хочу, чтобы ты называла вещи своими именами.

Мое лицо вспыхивает. С Марком я никогда не говорила о своих желаниях. Лишь несколько раз я стыдливо занималась с ним сексом, потому что мне было любопытно, какого это — быть в интимной близости с мужчиной. А когда это не совсем оправдало мои ожидания, да еще и Марк не был фанатом физических отношений, мы ограничились объятиями.