Чтение онлайн

Вскоре из госпиталя выписался Билл Таннер, и, обсудив сложившуюся ситуацию, они с Бондом пришли к выводу, что нужно что-то делать. Но как? Как организовать наблюдение за собственным начальником?

Следующим утром в столовой штаб-квартиры Бонд переговорил со старшиной Хэммондом — слугой М. Тот был предан своему хозяину, и поэтому Бонд не удивился, когда в ответ на его вопрос на румяном лице Хэммонда нарисовалось подозрение.

— Всё ли в порядке с сэром Майлзом? — переспросил тот. — Я бы сказал, что у него есть свои взлёты и падения — как и у каждого из нас.

— Это так, но в последнее время мы замечаем в нём такое падение, какого раньше у него никогда не было.

— Не могу знать, коммандер. Это не моё дело.

На большее Бонд и не рассчитывал.

— В общем, если заметите что-нибудь подозрительное, — завершил он, — обязательно свяжитесь со мной или с начальником штаба.

А вечером Бонд позвонил сэру Джеймсу Мэлони.

— Проблемы с М.? — удивлённо спросил тот. — Ничего об этом не слышал. И искренне надеюсь, что это не так. Я не хотел бы видеть этого человека в качестве своего пациента, даже если бы мне заплатили за это удесятерённый гонорар.

Тем временем обстановка накалялась. Попытки Билла Таннера выяснить, что происходит с их шефом, не увенчались успехом, Манипенни просила о том, чтобы М. перевели на работу куда-нибудь в другое место, а из Министерства обороны вновь раздался тревожный телефонный звонок. И поэтому, когда в один из вечеров Бонду домой позвонил старшина Хэммонд, он испытал нечто вроде облегчения.

На следующее утро они встретились в кафе в Виндзоре — он, Хэммонд и жена Хэммонда — маленькая решительная женщина.

— Всё, что мы вам расскажем, коммандер Бонд, не должно дойти до ушей сэра Майлза, — начала она.

— Можете на это рассчитывать, — серьёзно ответил Бонд.

— Он просто сам не свой, — продолжила женщина. — У него пропал аппетит, и с нами он очень груб.

— Понимаю, — сочувственно сказал Бонд.

— Всегда вставал рано — он ведь «жаворонок», а сейчас — встаёт поздно, пропускает завтрак. В общем, нам кажется, что его шантажируют.

— Шантажируют?

— Да, коммандер, — женщина понизила голос. — Уже дважды сэру Майлзу звонит человек с иностранным акцентом.

— Какой именно акцент?

— Просто иностранный. Нехороший, в общем. И после этих звонок сэр Майлз начинает нервничать.

Ни Бонд, ни Таннер не могли даже подумать, что к М. может быть применён шантаж, однако полностью такой вариант не исключался.

— В конце концов, он тоже человек, — сказал Таннер. — И он холост. Что если его соблазнила какая-нибудь распутная женщина?

— По политическим соображениям?

— Почему бы и нет? Думаешь, враг не заплатил бы за серию компрометирующих фотографий с лицом шефа британской Сикрет сервис?!

— У меня уже такое было, — согласился Бонд.

Итак, Билл и Джеймс оказались в довольно затруднительном положении. Теоретически они должны были сообщить о своих подозрениях главе службы безопасности, однако оба понимали, чем это для них может обернуться. Если выяснится, что их подозрения необоснованны, возникнет скандал. Пока не будут собраны необходимые доказательства — нечего и думать об этом. Но для сбора доказательств необходимо провести собственное расследование, а оно также может оказаться опасным. Ведь если что-то пойдёт не так, их обвинят в превышении полномочий. И тогда Таннер сказал: «Была — не была. В любом случае этот процесс нужно остановить». И взял на прослушивание домашний телефон М.

Бонд тем временем стал проверять возможные контакты их шефа. У того был младший брат-пенсионер, было несколько друзей — бывших сослуживцев военно-морского флота, но женщин не было. Решил Бонд проверить и то место, где шеф провёл свой отпуск, подав соответствующий запрос своему другу из греческого посольства. Пока ему удалось выяснить только то, что на остров Спиреллос М. отправился один.

Вскоре их с Таннером ждал первый успех. Таинственный незнакомец с иностранным акцентом вновь позвонил М., и им удалось записать этот краткий, но бурный разговор. Незнакомец потребовал встречи, М. ему отказал, и тогда незнакомец сказал, чтобы М. пенял на себя. Звонок был из Кенсингтона* — из квартиры, принадлежавшей итальянскому фотографу Делю Лунго. //один из районов Лондона//

Времени на долгие церемонии не оставалось — слишком много было поставлено на карту. Вечером после ужина Бонд с Таннером поехали по вышеуказанному адресу. Квартира итальянца находилась на первом этаже, свет в окне горел. Решили подождать. Ближе к полуночи свет погас. На учебных курсах Бонда обучали разному, в том числе и искусству проникновения в дома и квартиры. Он влез на крышу гаража, расположенного позади дома, помог взобраться туда и Таннеру, после чего вырезал кружок в стекле окна нужной им квартиры, открыл защёлку, и вскоре оба уже были внутри. Надев маски и резиновые перчатки, мужчины перерезали телефонный провод, а затем приступили к действию. Первым делом направились в спальню, где Бонд включил свет, а Таннер связал находившихся в постели фотографа и женщину, и заткнул их рты кляпами. В соседней комнате было три больших шкафа, заполненных негативами. Среди этой массы пластика, возможно, и находились те самые изображения, которые могли сильно подпортить репутацию и карьеру М. И поскольку каталога к ним не прилагалось, Бонд и Таннер стали смотреть все подряд. Это была интересная коллекция. Мужчины проработали над ней четыре часа без перерыва. Здесь было довольно много известных лиц, и не только лиц. Дель Лунго работал фотокорреспондентом для общественных журналов, и собирал свою коллекцию тщательно, подбирая в неё тех персонажей, которые могли бы ему неплохо заплатить за то, чтобы их фотографии не были опубликованы. Некоторые изображения были настолько неожиданными, что Бонд пожалел, что у него было мало времени для того, чтобы изучить их более подробно. Что же касается изображений с М., то их было найдено шесть. Фотографировали издалека, однако лица на всех были узнаваемы. На одних фотографиях их шеф был в одиночестве, а на других — в компании людей обоих полов. Посиделки проходили на пляже, и все попавшие в кадр были абсолютно голыми.

— Мой бог, — пробормотал Таннер. — Старый дурак.

Было уже начало пятого утра, когда две фигуры вылезли из окна квартиры, спустились с крыши гаража на землю и исчезли в тени дома. По дороге в Челси мужчины остановились у телефонной будки и сделали анонимный звонок в полицию, сообщив, что произошла кража в квартире фотографа Деля Лунго.

— Знаешь, а мне понравилось наше предприятие, — сказал Таннер.

— И мне, — ответил Бонд.

Они направились к Бонду домой, где выпили, проспали три часа, а затем проснулись и позавтракали.

— Так неловко, будто фотографии своих родителей рассматриваю, — сказал Таннер, вновь изучая негативы.

— Согласен, — ответил Бонд. — Предлагаю запечатать их в конверт без обратного адреса и выслать лично М.

— Так и сделаем. И остаётся только надеяться, что после того, как он их получит, его настроение улучшится.

— Аминь.

Однако это ещё не было концом истории. М., конечно, получил свои негативы, и телефонные звонки ему прекратились. Но вскоре Бонду позвонил его друг из греческого посольства.

— Ты просил разузнать об острове Спиреллос, — сказал он.

— Да.

— Я думаю, что он вполне подойдёт для тебя, если ты захочешь провести на нём свой отпуск. Там нудистский пляж и много хорошеньких девушек, которые обожают зрелых мужчин.

— Спасибо, но мне уже не нужно, — ответил Бонд.

Так вот оно что! Выходило, что М. отдыхал на этом острове, поскольку после посещения клиники «Шрабленд» стал фанатом здорового, естественного образа жизни! Бонд надеялся, что именно так оно всё и было, то есть не было того, что они с Таннером подумали поначалу. Однако в любом случае, ещё раз на тот остров их шеф вряд ли уже поедет.