Джейн Эйр. Учитель
Шрифт:
На первой страничке моего трофея были строки, которые мне довелось уже услышать из-за двери; продолжение являло собою не то, что почерпнул автор из собственной жизни, но что родилось в его воображении, отчасти навеянное пережитым.
Когда терзал меня недуг,
Он злился, не таясь,
Ведь он над ученицей вдруг
Свою утратил власть.
Но вот, поняв, в какой раздор
Пришли мой дух и плоть,
Он произнес, потупив взор:
«Спаси ее, Господь!»
Его рука в мою легла,
И был то дивный сон,
А я ответить не могла,
Хоть знала – рядом он.
Но, жизнь во мне затеплив вновь,
От гибели храня,
В тот миг Надежда и Любовь
Пришли целить меня.
Он вышел, и моя душа
Пошла за ним вослед,
К выздоровлению спеша,
Безмолвный дав обет.
Когда же я вернулась в класс,
Где долго не была,
Сверкнула радость – пусть хоть раз!
С сурового чела.
Последний кончился урок,
Свободы миг настал,
Он, как всегда, к другим был строг,
Мне ж ласково сказал:
«Джен, наконец-то позади
Учебы длинный день,
Из школы прочь! Поди, поди!
Ведь ты бледна, как тень.
В саду прохлада, под кустом
Удобная скамья,
Передохни там, а потом
Тебя окликну я».
Тот полдень, дивный для души,
На пользу мне пошел,
Я провела его в тиши,
Средь птиц, цветов и пчел.
Но вот наставник из окна
Меня окликнул: «Джен!»
Вернулась я, оживлена,
Под сень знакомых стен.
По коридору он шагал,
Но лишь я подошла,
Исчез свирепый рта оскал,
Немой укор с чела.
«Да, бледности уж прежней нет,
Что ж, Джен, я рад вдвойне».
Я улыбнулась – и в ответ
Он улыбнулся мне.
Ушел бесследно мой недуг,
Опять меж школьных стен
Всем прочим праздность сходит с рук,
Всем прочим – но не Джен.
Мне – самый сложный перевод
И самый длинный стих,
Тружусь я ночи напролет,
Чтоб превзойти других.
В ответ – скупая похвала,
Но глаз наметан мой:
Из хмурых взглядов извлекла
Я смысл совсем иной.
И пусть он на расправу скор,
Поток обидных слов
Течет – я знаю – не в укор:
Он ласков, пусть суров.
«Вот книга славная – прочти,
Возьми цветок, он твой».
И ропот Зависти почти
Мне в Радость в миг такой.
Да, без усердия – ни дня,
И труд пошел мне впрок:
Я стала первой – и меня
Лавровый ждет венок.
И пред наставником склонясь
В минуту торжества,
Я ощутила: нашу связь
Не претворить в слова.
Тщеславия слепящий свет
Мне осенил чело,
А сердце вскрикнуло в ответ
И кровью изошло.
Да, час триумфа роковой
Мне застила беда:
Мне завтра за море, домой,
Навеки. Навсегда.
Чуть позже в комнате его
Вдвоем сидели мы,
И я сказала: без него
Мне жить в юдоли тьмы.
Молчал он, крик души тая,
Ведь горек наш удел,
От горя разрыдалась я,
А он лишь побледнел.
Его зовут. «Ступай же!» Но —
Объятий крепких плен,
«Ну почему нам суждено
С тобой расстаться, Джен?
Ты прочь, моя душа, уйдешь,
Мне ж думать вновь и вновь:
Ну где еще ты обретешь
Столь крепкую любовь?