Чтение онлайн

Составители подобных завещаний придерживаются определенной схемы. Во всех прощальных письмах повторяются определенные слова и выражения. Друг у друга заимствуются подходящие формулировки. Образцами считаются завещания знаменитых мучеников. Часто приводятся одни и те же цитаты из Корана. Может показаться, что автору завещания остается лишь добавить в некий образец свое имя и место рождения. Иногда в завещаниях встречается и личная информация; в тексте Саида ее нет.

«Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного» — так начинает Саид свою «последнюю волю». Этими словами открываются все 114 сур Корана за исключением одной. Этой же формулой, басмалой,мусульмане начинают все религиозные выступления. Верующие часто произносят ее перед началом путешествия или при входе в дом. Одним словом, если человек отдается на волю Аллаха, он произносит басмалу. Так начинали свои завещания многие террористы, и не только в Наблусе.

После басмалы Саид процитировал 14-й аят девятой суры Корана. «Сражайтесь с ними. Аллах накажет их вашими десницами, ввергнет их в позор и поддержит вас против них. Ведь Он исцеляет сердца людей верующих». Таков полный текст; Саид записал его не полностью и с ошибками.

К кому относится слово они в этом аяте, то есть против кого нужно бороться, объясняет предыдущий стих, который Саид не цитирует: «Неужели же вы не сразитесь с людьми, которые преступили свои клятвы и усердствовали, чтобы изгнать Посланника? Они первые начали сражаться с вами. Неужели вы боитесь их? Вам надлежит больше бояться Аллаха, если вы веруете». Таким образом, под словом они подразумеваются те, что «преступили свои клятвы» и собирались «изгнать» Посланника, то есть пророка Мухаммада.

Но так просто смысл не объяснить: для каждой суры Корана существуют разные толкования. Цитируя этот аят, Саид хотел оправдать свой поступок с точки зрения религии. Поэтому он толковал Коран радикально, как это делают исламисты.

Для него они обозначало «враги», «неверные», а в его случае, кроме того, «оккупанты» и «евреи». Подавляющая часть мусульман читает этот аят по-другому. Всё зависит от толкования. Исследователи ислама обратили бы внимание на происхождение стиха. Он написан в определенное время, а именно после того, как последователи Мухаммада бежали из Мекки в Медину. В Мекке их преследовали из-за их религиозных взглядов. Текст направлен против тех, кто изгнал последователей пророка.

После цитаты из Корана Саид написал: «Мое завещание перед встречей с Аллахом, Великим и Всемогущим». Затем он назвал себя: «Ваш сын, ищущий мученичества Саид, рожденный в Наблусе — Джабал ан-Наре». Джабал ан-Нарозначает «огненная гора». Для этого названия города у жителей есть два объяснения. Как и в случае с Кораном, существуют умеренное и радикальное толкования. Согласно первому, дело в особенностях местности: город расположен в долине и почти полностью окружен горами. Закатное солнце окрашивает каменные холмы в темно-красный цвет, и они как будто полыхают, «как на пожаре». Другие говорят, что город получил такое название потому, что именно в Наблусе началась борьба против оккупации, то есть в этой долине «вспыхнул пожар». Видимо, Саид имел в виду второй вариант. «Вот что я хочу вам поведать перед своей встречей с избранником Мухаммадом, да благословит Его Аллах и приветствует, с Его чистыми благонравными спутниками и моими братьями по истишхаду, и моими друзьями, и моими друзьями — шухада, которые опередили меня». «Избранником» часто называют Мухаммада. Оба слова, истишхадии шахид(во множественном числе шухада), означают мучеников, но эти понятия существенно различаются. Шахидом,например, можно назвать и того, кто случайно погиб в перестрелке. Даже если он просто направлялся в супермаркет или в школу и вовсе не собирался умирать. Такое сотни раз случалось в Наблусе. Это слово для обозначения погибших существует давно. В Средние века шахидаминазывали даже жертв чумы. А вот истишхадиотносится только к человеку, который сознательно, как Саид, стремится стать мучеником, например совершив теракт.

Слово шахидпереводится как «свидетель». В случае теракта шахид — это тот, кто что-то «свидетельствует» своей смертью. Во многих религиях мучениками называют людей, которые погибли во имя веры и тем самым подтвердили свою преданность ей. Однако многие государства сооружают памятники своим мученикам безотносительно к религии. Мучениками называют, например, павших за родину солдат.

«О моя семья, о мои братья, о мои друзья, воистину пожертвую я моими ничего не стоящими душой и телом во имя прославления слова Аллаха и его Пророка; и во имя любимой чистой страны, и во имя единой Палестины, дорогой нашему сердцу; во имя вознесения нашего Пророка, мир ему и благословение, и во имя святого Иерусалима». «Вознесением» верующие называют путь Мухаммада к Аллаху и его возвращение на землю. В своем завещании Саид призывает мусульман идти «дорогой джихада и мученичества». Джихад — центральное понятие завещания. Под так называемым большим джихадом понимается борьба верующего с собственными недостатками и ошибками. Под малым джихадом понимается защита и распространение ислама. Здесь требуется безоговорочная борьба за Аллаха и за умму — сообщество всех мусульман. Безоговорочно — значит без оглядки на свою собственность и даже на свою жизнь.

Саид верил, что «путь джихада и мученичества» ведет в рай. Однако в завещании он упоминает о потустороннем мире лишь коротко. Он цитирует аят 169 третьей суры: «Не считай же покойниками тех, которые были убиты во имя Аллаха. Нет, живы они и получают удел от Господа своего». Далее он обращается к матери: «Когда ты получишь известие о моем мученичестве, встань, и начни напевать, и скажи сообществу Мухаммада, да благословит его Аллах и приветствует: Вот жених. Это день свадьбы моего сына».

На Палестинских территориях нет ничего необычного в том, что день смерти мученика называют днем его свадьбы, а самого погибшего — женихом. Саид тоже слышал истории о мучениках, которые якобы погибли с улыбкой на устах. Широко распространены фотографии и видеозаписи, показывающие мертвых боевиков джихада в морге со счастливым выражением лица. Распространители подобных снимков говорят, что это улыбка жениха в брачную ночь, потому что мученики непосредственно после теракта женятся на райских девах.

Те, кто в это верит, исходят из Корана, где можно прочитать о «пречистых супругах», которые ожидают богобоязненного верующего в раю (сура 3, аят 15). Рядом с верующими рабами Аллаха там находятся «гурии, потупившие взоры, большеглазые, чистые, словно оберегаемое наседкой яйцо» (сура 37, аяты 48–49). Существует много разных интерпретаций этих аятов, единственного верного толкования не существует и здесь. Критики сообщений об улыбающихся мучениках и их райской награде показывают другие фотографии. На них можно видеть искаженные лица мучеников и их израненные тела. Как раз от террористов-смертников зачастую остаются лишь изувеченные части тела.

Саид заканчивает завещание призывом к своей семье. Он требует, чтобы родственники вели праведную жизнь; такое требование встречается во многих завещаниях. Саид призывает семью молиться пять раз в день, как то делают многие верующие мусульмане. За это он собирается быть их «ходатаем», потому что мученики обладают в раю некоторыми правами. Помимо прочего он мог бы замолвить словечко за своих родственников и дать им возможность попасть в рай. Заключительные слова завещания: «Мир да пребудет с вами и милость Аллаха и его благословение. Ваш сын, живой мученик Саид». Строчкой ниже Саид пишет, что по его просьбе не было сделано видеозаписи с ним. Его мать обнаружила завещание после его смерти на полу перед входной дверью. Рядом лежали его черный ремень, мобильный телефон и несколько фотографий. Видимо, до теракта он где-то прятал эти фотографии — предположительно у Мазена. Родители заламинировали завещание и дают его читать гостям, интересующимся Саидом. Но фотографию, где он изображен с оружием в руках, они показывать не любят.

Теперь Даниель и его отец говорили на разных языках. Даниель сильно изменился после того, как прошел секретную подготовку в «Союзе исламского джихада» и отсидел срок в пакистанской тюрьме. Вернувшись в провинциальный саарский городок, он пытался убедить отца в правоте ислама. Но они становились всё более чужими друг другу. Разговоры о религии всё больше портили их отношения. Отец перестал доверять сыну. Куда все это может привести? Даниель толковал ислам радикально, что исключало компромисс. Или истина — или ложь. Или набожный мусульманин — или неверный. Никаких полутонов.

У отца было слабое здоровье, и такое общение было слишком изнурительным для него. Даниель должен был съехать. С помощью своего друга Хусейна он быстро нашел новую квартиру. Всего через два месяца после возвращения из Пакистана, в апреле 2007 года, Даниель переехал в маленький городок под Саарбрюккеном. Парикмахерские там закрыты по понедельникам, булочная и мясная лавка — в среду после обеда, в маленьком продуктовом магазинчике закупаются, как правило, пожилые люди, которые больше не водят машину.