Чтение онлайн

— Ты крал души? — Света подняла бровь.

— Я? — Камиль изобразил оскорбленную невинность. — Я всего лишь попросил рецепт. А то, что у него после этого перестали расти волосы... чистое совпадение. Кармическое, так сказать.

Мы рассмеялись. Чай и правда был волшебным. Терпким, с легкой горчинкой и послевкусием меда. Тревога отступала, растворяясь в тепле, в уюте, в присутствии этих двоих.

За окном давно стемнело. Где-то вдалеке гудел город, а здесь, в моей маленькой гостиной, было тихо, спокойно и почти по-домашнему хорошо.

Я и не знала, что в этот самый момент, на другом конце Москвы, происходит нечто, что разрушит это спокойствие.

* * *

Больничная палата была маленькой, тесной, пропахшей лекарствами и хлоркой. За окном все та же вечерняя Москва, но отсюда, с двенадцатого этажа город казался чужим, далеким, существующим в другой реальности.

Мужчина сидел на стуле у окна. Лет сорока, с осунувшимся лицом, небритый, в мятой рубашке, которая явно помнила не одну бессонную ночь. В руках он сжимал телефон, пальцы дрожали, когда он в который раз пересматривал одно и то же видео.

На экране незнакомая женщина с сияющими глазами что-то говорила про глину, потом камера развернулась, и появился ОН.

Мужчина на видео. Странный, с усталым лицом и недовольным выражением. Он щелкнул пальцами, и глина вспыхнула светом, превращаясь в идеальный кувшин за секунду.

— Это не монтаж, — прошептал мужчина. — Я знаю. Это не монтаж.

Он пересмотрел видео уже в двадцатый раз. Всматривался в каждую деталь, в каждую тень, в каждое движение. И с каждым разом убеждался все сильнее — это по-настоящему.

В описании крупными буквами было написано про искусственный интеллект. Но мужчина слишком хорошо знал, как выглядят подделки. Он пересмотрел их сотни за последние месяцы. Все эти видео «целителей», «экстрасенсов», «магов», которые обещали невозможное. Все они были фальшивкой. А это...

Это было другое.

Он перевел взгляд с телефона на кровать.

Там, под капельницей, укрытый тонким больничным одеялом, спал мальчик. Лет десяти, худой, бледный до синевы. Глаза ввалились, губы потрескались, дыхание было таким тихим, что приходилось всматриваться, чтобы понять дышит ли вообще.

Мальчик был похож на него. Те же темные волосы, тот же разрез глаз, те же длинные пальцы, которые сейчас лежали поверх одеяла безжизненно, как у куклы.

— Сережа, — прошептал мужчина, и голос его сорвался. — Сыночек...

Он снова уставился в телефон. На экране застыл кадр, где джинн, с кувшином в руках, смотрит куда-то в сторону с выражением вечной усталости.

Он пролистал комментарии. Кто-то писал «фуфел», кто-то «круто смонтировано», кто-то требовал разоблачения. Но были и другие. Те, кто тоже чувствовал.

«Это настоящая магия», — написал кто-то.

«Я верю», — вторил другой.

«Где найти этого человека?»

Мужчина замер на последнем комментарии. Потом открыл профиль автора видео. Мастерская по керамике, Светлана, Москва. В шапке профиля была ссылка на сайт, адрес, телефон для записи на мастер-классы.

Он переписал адрес в блокнот дрожащими руками. Потом поднял глаза на сына.

— Я найду его, Сережа, — прошептал он. — Я найду этого человека. И он тебя спасет. Чего бы мне это ни стоило.

Мальчик не ответил. Только тихо вздохнул во сне, и монитор рядом с кроватью пискнул, отсчитывая удары сердца.

Мужчина спрятал телефон, подошел к кровати, осторожно поправил одеяло, коснулся лба сына. Сухой, горячий. Температура снова поднималась.

— Потерпи, маленький, — прошептал он. — Скоро все будет хорошо. Я обещаю.

В палату зашла медсестра, зашуршала бумагами, что-то проверила в капельнице.

— Александр Николаевич, вам бы отдохнуть, — сказала она тихо, косясь на его осунувшееся лицо. — Третьи сутки здесь сидите. Ничего не изменится, если вы поспите пару часов.

— Изменится, — ответил он, не оборачиваясь. — Все изменится. Я знаю.

Медсестра вздохнула и вышла, привыкшая к этим разговорам. Сколько она их видела, таких родителей. Отчаявшихся, готовых на все, верящих в чудеса, потому что медицина сказала: «Мы бессильны».

Александр снова достал телефон. Видео все еще было открыто. Он смотрел на лицо джинна — на этого странного, уставшего, недовольного человека.

— Я найду тебя, — повторил он. — И ты мне поможешь. Ты просто не сможешь отказаться.

За окном зажглись фонари. Где-то далеко, на другом конце Москвы, в уютной квартире на девятом этаже три человека пили чай и смеялись над историями четырехтысячелетней давности. Они не знали, что их спокойные вечера сочтены.

Что уже завтра все изменится.

Дорогие мои читательницы!

Пока Варвара создает сады, Света лепит горшки и «спасает» древних джиннов, а маленькая Алиса разучивает гаммы, я тут подумала: а чего бы им всем пожелать в этот день?

Варе — чтобы желания исполнялись легко и без саркастических комментариев (ну, или хотя бы с теми, от которых хочется смеяться, а не швыряться подушками). И чтобы ива в музыкальной школе выросла большой и красивой, а под ней всегда находилось место для счастья.

Свете — чтобы ее неуемный энтузиазм всегда натыкался на достойные цели (и на достойных древних ворчунов, которые на самом деле тают от ее улыбок). И чтобы пророщенная гречка когда-нибудь показалась Камилю вкусной. Ладно, это мы размечтались.

Камилю — чтобы он наконец понял: счастье — это не отсутствие желаний, а возможность быть рядом с теми, кого любишь. И чтобы улыбался чаще. Потому что он правда красивый, когда улыбается. Даже Алиса заметила.

А вам, мои дорогие, я желаю простых и настоящих чудес. Чтобы утром был вкусный кофе, вечером теплый плед, а между ними столько счастья, сколько поместится в самое большое сердце.

Пусть ваши желания сбываются. Даже те, о которых вы боитесь мечтать. И пусть рядом всегда будут те, кто сделает этот мир чуточку волшебнее. Просто потому, что они есть.