Чтение онлайн

— Вы уверены, что это был тот самый человек? — еще раз спросил Ноутстин у миссис Гудмен, которая тоже плакала.

— Да, — наконец смогла выговорить она. — Это он самый и был.

Ноутстин позвонил инспектору Роуреру и кратко сообщил о случившемся. Затем он вышел на улицу. Агенты уже подбежали к лежащему человеку. Он был тяжело ранен в голову, и было не ясно, жив ли он или умер. Никто этого человека раньше не видел. Рыдающая женщина не могла говорить. Но в любом случае это был не Диллинджер. В кармане у него оказалось водительское удостоверение на имя Кларенса Лео Коултера, но оно было поддельным.

На следующий день ФБР выяснит, что «мистер Стивенс» — на самом деле Эдди Грин, а рыдавшая над ним женщина — его жена. Они оба знали, где прячется Диллинджер.

Эдди Грин был еще жив, когда агенты доставили его в больницу «Энкер» в Сент-Поле. Он то приходил в сознание, то снова его терял и бредил. Пуля, пробив шляпу, вошла в голову и застряла над правым глазом. Врачи объявили, что он вот-вот умрет. Двое агентов встали возле кровати Грина и принялись записывать все, что он говорил.

Всю ночь Грин звал какого-то Джима (впоследствии агенты узнали, что это имя одного из его братьев). Потом он просил привести Фреда, Джорджа, Люси, потом сказал: «Дорогая, подгони машину к двери». Утром агенты засыпали его вопросами о Диллинджере. Ответы были в основном невнятными. Только один раз удалось разобрать:

— У меня есть ключи, он их хочет…

— Чьи это ключи? — спросил агент.

— Джона.

— Какого Джона?

— Диллинджера.

Однако, когда его спрашивали, где находится Диллинджер, Грин не давал осмысленных ответов. Правда, один раз упомянул доктора, которому он заплатил. Агенты спросили: значит, кто-то был ранен в «Линкольн-корте»? Грин ответил:

— Джек… В ногу…

У него спросили, где живет доктор, и он сказал:

— Вабаша-стрит.

— Какой дом? Какой дом на Вабаша-стрит?

— Девять восемьдесят…

Агенты тут же проверили информацию. Никакого дома № 980 на этой улице не было.

Взошло солнце. Грин все еще был жив, более того, его состояние стабилизировалось. Однако его речь оставалась бессвязной. Вечером в среду 4 апреля Грин еще говорил. Приехали другие агенты. Стараясь направить его беспорядочный монолог в нужную сторону, они принялись разыгрывать из себя врачей и бандитов. К их удивлению, этот трагикомический маскарад принес результаты. Агент Рой Нунэн, [223] представляясь доктором, выспрашивал у Грина, не знает ли он, кто был за рулем зеленого «форда» и стрелял в агента Коултера?

— Док, ты слишком любопытный, — отвечал Грин. — Сделай мне укол, я посплю.

— Я сделаю тебе укол, если ты скажешь, кто приехал на зеленом «форде», — ответил Нунэн.

— Ты и сам знаешь.

— Нет, не знаю.

— А зачем тебе знать?

— Ну, просто хочется узнать. Это был Джек?

— Ну да.

— Какой Джек?

— Сам знаешь.

— Нет, не знаю. Кто это был?

— Диллинджер, — ответил Грин. — Док, сделай мне укол.

Это продолжалось долго. Агенты постепенно выведывали нужную им информацию у умирающего. Прорыв случился около одиннадцати вечера. Грин назвал адрес в Миннеаполисе, где скрывался Диллинджер: Парк-авеню, 635. В офисе ФБР все ощутили прилив адреналина. По указанному адресу немедленно направили людей, но такого дома на Парк-авеню не оказалось. Агент, разговаривавший с Грином, перезвонил через несколько минут и сообщил, что правильный адрес — Парк-авеню, 1835, квартира № 4. Такой адрес существовал — это был двухэтажный жилой дом в трущобном районе. Как стало известно впоследствии, именно в этом доме доктор Клейтон Мэй устроил тайный кабинет, чтобы делать незаконные аборты.

Заместитель директора ФБР Хью Клегг, прибывший в тот же День из Вашингтона, чтобы руководить поимкой Диллинджера, приказал всем имеющимся в его распоряжении агентам окружить дом № 1835 по Парк-авеню. В доме было тихо. Свет горел только в одной квартире на первом этаже. Агент постучал в дверь и сказал, что разыскивает человека, который только что здесь поселился. Какой-то мужчина ответил: здесь все живут не меньше полугода, и в основном рабочие, многие из них с женами и детьми. Фэбээровцы поняли, что их поиски снова зашли в тупик. Клегг вернулся в офис, оставив группу агентов следить за домом. Утром подъехала еще одна группа. Агенты внимательно следили за всеми, кто входит и выходит из дома, но знакомых лиц не было. В квартире № 4 было по-прежнему тихо.

Во второй половине дня Клегг решил, что пора брать квартиру. Расставив людей вокруг дома, он сам вместе с тремя вооруженными автоматами агентами подкрался к двери и постучал. То, что произошло дальше, Клегг описывал так: «Мы постучали в дверь, и ее открыл человек лет 45–50. Автоматы были направлены прямо ему в живот. Ему приказали поднять руки вверх. Рук он не поднял, по-видимому от потрясения. Его жена, маленькая женщина, была вне себя и хотела выстрелить [в агентов]. Однако перестрелки не произошло. В комнате находилась еще маленькая девочка». [224] Квартира оказалась не та.

Только через несколько дней агенты узнали, что убежище Диллинджера находилось этажом ниже. Но эти сведения делу все равно бы не помогли: Диллинджер покинул этот дом накануне около шести вечера — часов за пять до того, как Эдди Грин открыл в полубреду, где он прячется.

В понедельник Фрэнк Хеймер прибыл в Даллас вместе с Мэнни Голтом — сотрудником дорожной полиции, который был назначен для расследования дела об убийстве. Клайда давно и след простыл, но Хеймер интуитивно чувствовал, что он где-то неподалеку. На следующий день он вызвал Боба Элкорна и Тэда Хинтона и приступил к поискам.

Из прошлого опыта Хеймер сделал заключение: после каждого происшествия в Далласе Клайд отправляется на север. Во вторник утром полицейские поехали по шоссе № 77 в направлении Шермана, по дороге показывая фотографии Бонни и Клайда всем работникам бензозаправок. В среду около полудня они добрались до оживленного города Дюрант, центра одного из округов штата Оклахома. Было время ланча, и полицейские попали в большую пробку.

О дальнейшем рассказывал Тэд Хинтон. Когда они стояли в пробке, Элкорн обратил внимание на машину, которая двигалась по встречной полосе. К своему изумлению, он узнал Бонни и Клайда. «Вон они!» — заорал Элкорн. Машина Клайда прошла бок о бок с ними. Хинтон вытащил пистолет, но Элкорн покачал головой. Они были со всех сторон окружены машинами, а существовал строгий приказ не открывать огонь в случаях, если в перестрелке могли пострадать мирные граждане. Хинтон проводил взглядом Клайда, а затем просигналил Хеймеру. Машины полицейских выбрались из пробки и ринулись в том направлении, куда уехал Клайд. Однако к тому времени он уже давно скрылся. [225]

Днем 5 апреля, в четверг, Элкорн и Хинтон связались со своим офисом и узнали, что Бонни видели в Тексаркане, в аптеке. Они прибыли туда с Наступлением сумерек. Здесь им сообщили, что Клайда заметили возле ларька, где продаются хот-доги, в пяти милях к северу от города. Когда они доехали до этого места, появились новые сведения: парочка пересекла мост с платным проездом в десяти милях к северу, не заплатив въездную плату. Мост вел в юго-восточную часть Оклахомы.

Клайд ехал весь вечер под моросящим дождем, проехал Талсу и направился в отдаленную северо-восточную часть штата. После полуночи он свернул с шоссе № 66 на окраине городка Коммерс и выбрался на грунтовую дорогу. Через четверть мили он остановился для ночевки. Место было укромное: неподалеку располагались две шахты, а до границ и Канзаса, и Миссури было минут по десять езды. Бонни и Клайд закутались в одеяла и заснули на переднем сиденье. Генри Мэтвин спал сзади. [226]