Чтение онлайн

Потребовалось несколько недель для составления списка их родственников и тюремных приятелей. Братья и сестры, а также подруги некоторых из членов банды были взяты под наблюдение. Следили и за родителями Карписа в Чикаго. В офисы ФБР поступали письма от людей, утверждавших, что они знают, где находятся Баркеры, или же видели их. Но только один источник дал серьезную информацию. Это был заключенный техасской тюрьмы Генри Халл — тюремный приятель Дока Баркера, однажды посетивший своего друга в Неваде. Агенты ФБР отправились в Рино и побывали во всех квартирах, магазинах, химчистках и игорных домах, где бывали бандиты во время двух своих визитов в этот город. Агенты добыли номера телефонов, по которым те звонили, и множество других сведений. Так, например, от портного, который шил костюм Фреду Баркеру, они узнали, что окружность его шеи составляет 13,5 дюйма. Но эти сведения ни к чему не вели. Последний раз бандитов видели в Рино полгода назад.

Гувер, со своей стороны, был одержим идеей найти тот дом, где держали Бремера. Агенты потратили тысячи часов на поиски города в Висконсине или Иллинойсе, который подходил бы под описания, данные Бремером. Были осмотрены сотни городков, и в каждом из них опрашивались полицейские и почтальоны, но ни один не соответствовал тому, что запомнил Бремер. Один из агентов Пёрвиса, Ральф Браун, проверял тот городок, который они и искали, — Бенсенвилл, — но не сумел его распознать. [212]

Как бы плохо ни продвигалось дело Баркеров, в деле Диллинджера подвижек было еще меньше. К концу марта Пёрвис и его агенты вели следствие уже четыре недели, но все еще не могли выйти на след банды и не располагали ни единой уликой, подтверждающей причастность Диллинджера к ограблениям в Су-Фолсе и Мейсон-Сити. После того как шумиха, вызванная побегом Диллинджера из Кроун-Пойнта, улеглась, расследование потеряло импульс, который им двигал. Глядя на происходившее тогда с большой временной дистанции, можно сказать, что действия Пёрвиса были лишены всякой логики. Он даже не побеспокоился установить наблюдение за фермой отца Диллинджера в Морсвилле — а если бы он это сделал, то приехавшую туда 19 марта Билли встретили бы агенты ФБР.

Появилась только одна ниточка, которой бюро было обязано людям Мэтта Лича. Они отыскали подружку Расселла Кларка Опал Лонг: она жила у своей матери в Детройте. Детройтское отделение заставило полицию Индианы установить за Лонг слежку в надежде выйти на Диллинджера. Однако и эту ниточку Пёрвис ухитрился порвать. 29 марта, в четверг, агенты в Детройте проследили, как Опал Лонг садится на центральном вокзале в поезд, направляющийся в Чикаго. Когда она туда прибыла, люди Пёрвиса довели ее до отеля «Коммонуэлф». Гувер дал санкцию на прослушивание телефонных переговоров. Однако Лонг почувствовала слежку. Вечером она села в такси и увидела, что следом двинулись двое агентов. По словам Пёрвиса, такси ехало «зигзагами» по центральным улицам и вскоре оторвалось от машины ФБР. Гораздо позже стало известно, что Лонг из Чикаго направилась прямиком в Сент-Пол — встретиться с Диллинджером.

К концу марта нетерпение Гувера достигло максимума. Разгневанный газетными статьями, в которых описывались полицейские рейды в Чикаго, связанные с поисками Диллинджера, директор ФБР послал Пёрвису резкое письмо: «Центральный офис не был поставлен вами в известность о деталях этого рейда и о причинах, по которым он был предпринят. У нас вызывают удивление действия вашего отделения, связанные с продвижением поисков Диллинджера в Чикаго». [213]

Но никакого продвижения не было. После целого месяца поисков ни Пёрвис, ни какой-либо другой агент ФБР не имел ни малейшего понятия, где может находиться Диллинджер. И тогда случилась забавная вещь. Диллинджер сам нашел их.

Пока ФБР занималось поисками Диллинджера, он отдыхал и залечивал свою рану в «Линкольн-корте» — небольшом новом доме с 32 съемными квартирами, расположенном в южной части оживленной Саут-Лексингтон-авеню, в самом что ни на есть фешенебельном районе Сент-Пола. Комфорт нарушали только ночевавшие в гостиной Гамильтон и Пэт Черрингтон. Нельсон исчез, отправившись, как он это часто делал, в длительную поездку на запад. Ван Митер периодически появлялся и исчезал, как привидение. У него постоянно был бегающий взгляд: он осматривал машины во дворе, нет ли на них правительственных номеров.

Недалеко от дома находился кинотеатр, и Диллинджер несколько раз выводил Билли в кино. Один раз им довелось посмотреть киножурнал, в котором было заснято интервью с отцом Диллинджера. «Джон совсем неплохой парень, — говорил старик. — Ему просто не дали возможности жить по-человечески. Ну а что он сделал? Ограбил пару банков…» Диллинджер улыбнулся. Это были, вероятно, самые добрые слова, которые отец когда-либо про него сказал.

31 марта, в пятницу вечером, прожив в Сент-Поле уже две недели, Диллинджер повел Билли посмотреть шоу «Моды 1933 года», где были представлены последние коллекции дизайнеров из Нью-Йорка и Парижа. Как раз этим вечером в город приехала ускользнувшая от фэбээровцев Опал Лонг. Она заверила Диллинджера, что не привела за собой хвост. Диллинджер в эту ночь заснул вполне довольный жизнью. Наступали выходные, надо было подумать о поездке за город.

В пятницу Сент-Пол завалило снегом. Ближе к вечеру некая Дейзи Коффи поднялась по мраморной лестнице здания Федерального суда и постучалась в комнату № 203 — в местное отделение ФБР. Начальник отделения Вернер Хэнни и его агенты занимались в основном делом Бремера, но тем не менее Хэнни внимательно выслушал посетительницу. Миссис Коффи сказала, что она заведует съемными квартирами «Линкольн-корта» на Лексингтон-авеню и что ей кажется подозрительным поведение семейной пары, занимающей 303-й номер. Эти новые жильцы, записанные как мистер и миссис Карл П. Хеллман, слишком часто принимают гостей, и гости всегда выходят через черный ход. Шторы в квартире по утрам всегда задернуты до половины одиннадцатого. Этот рассказ не произвел большого впечатления на Хэнни. Он записал в протоколе: «Ей кажется, будто во всем этом есть что-то загадочное и подозрительное».

После ухода миссис Коффи начальник отделения отдал ее заявление двум молодым агентам — Россеру Нэллсу по прозвищу Расти и Руфусу Коултеру. [214] В тот же день они заехали в «Линкольн-корт» и показали миссис Коффи фотографии тех, кто интересовал сент-польский офис ФБР, — Карписа и братьев Баркер. Она, разумеется, их не знала. Однако при этом она сообщила агентам, какой номерной знак стоит на машине мистера Хеллмана. Вернувшись в офис, агент Нэллс проверил этот номер и узнал, что машина зарегистрирована на имя Карла Хеллмана в Северном Сент-Поле. Но когда он позвонил в почтовое отделение для выяснения адреса мистера Хеллмана, оказалось, что такой человек в городе не проживает. Похоже, имя было фальшивым.

«Линкольн-корт» представлял собой трехэтажное здание из красного кирпича. Перед ним располагались жилые дома, а тыльной стороной здание выходило на заасфальтированный проулок. Вечером Нэллс и Коултер проехали мимо «Линкольн-корта» и остановились неподалеку, на одной из боковых улочек. Шторы в 303-м номере были опущены, но это было в порядке вещей: иначе кто угодно мог заглянуть в квартиру с улицы. По движению теней на шторах агенты определили: в квартире находятся мужчина и женщина. Понаблюдав за квартирой часа три, агенты вернулись в офис и доложили, что не заметили ничего необычного. Тем не менее утром, в девять часов, они отправились побеседовать с жильцами 303-й квартиры. Инспектор Уильям Роурер, который вел в Сент-Поле дело Бремера, решил, что их должна сопровождать полиция. Агент Коултер поехал разыскивать полицейского, а Нэллс прибыл к «Линкольн-корту» около десяти часов, припарковался возле дома и стал наблюдать. Через несколько минут из дома вышли две женщины. Они направились к стоявшей неподалеку машине, поговорили с водителем, сели и уехали. Нэллс на всякий случай записал их приметы. Еще очень нескоро ФБР поняло, что агент видел Опал Лонг, Пэт Черрингтон и Гамильтона. Эта троица поехала позавтракать и пройтись по магазинам. Нэллс их не узнал.

В четверть одиннадцатого прибыл агент Коултер в сопровождении полисмена. Они оба зашли в дом. Еще через минуту-другую Нэллс увидел, что какой-то худощавый человек, приехавший на зеленом «форде», заходит в дом. Нэллс по-прежнему сидел в машине. Вдруг он увидел, что Коултер бежит к нему по скользкому снегу, с пистолетом в руке. Затем Коултер обернулся и выстрелил в того самого человека, который приехал на «форде». Неизвестный бежал за ним и стрелял на ходу.

Агент Коултер и 65-летний сент-польский полицейский Генри Каммингс остановились у двери в квартиру № 303 и постучались. Прошла минута или больше. Дверь приоткрылась на цепочку, выглянула женщина. Каммингс представился и спросил, может ли он поговорить с Карлом?