Чтение онлайн

– Вы бы узнали, если бы король умер?
– спросил Джон красную жрицу.

– Он не мертв. Станнис избранный бога, его предназначение возглавить битву с силами тьмы. Я видела это в пламени, читала в древнем пророчестве. Когда алая звезда закровоточит и тьма соберется, Азор Ахай дожен возродиться среди дыма и соли, чтобы пробудить драконов из камня. Драконий Камень - место, полное дыма и соли.

Все это Джон слышал раньше.

– Станнис Баратеон был лордом Драконьего Камня, но он не был рожден там. Он родился в Штормовом Пределе как и его братья, - он нахмурился.
– А что о Мансе? Он тоже потерялся? Что показывают ваши огни?

– Боюсь, то же самое. Только снег.

Снег. Джон зал, что к югу от Стены снегопад не прекращался. Всего два дня пути, а по Королевскому тракту было не проехать. Мелисандра тоже это знала. На востоке в Тюленьем заливе бушевал шторм. По последним донесениям, разномастный флот, собранный для спасения свободных людей из Сурового Дома, все еще стоял у Восточного Дозора Что-у-моря из-за непогоды.

– Вы видите танцующий в огне пепел.

– Я вижу черепа. И тебя. Я вижу твое лицо каждый раз, когда смотрю в огонь. Опасность, о которой я тебя предупреждала, уже очень близко.

– Кинжалы во тьме. Я знаю. Простите меня за сомнения, миледи. Серая девушка на умирающей лошади, бегущая от замужества, вот что вы говорили.

– Я не ошиблась.

– Вы были не правы. Алис не Арья.

– Видение было правдивым. Это мое толкование оказалось ложным. Я так же смертна как и ты, Джон Сноу. Все смертные ошибаются.

– Даже лорды командующие.

Манс Налетчик и его копьеносицы не вернулись, и Джон не мог не думать о том, не солгала ли красная женщина о своем замысле. Она ведет собственную игру?

– Вам стоит держать вашего волка поближе, милорд.

– Призрак редко отлучается.

При звуке собственного имени лютоволк поднял голову. Джон почесал его за ушами.

– Но сейчас вы должны извинить меня. Призрак, за мной.

Вырезанные в основании Стены и закрытые тяжелыми деревянными дверями, ледяные камеры выстраивались от маленьких к еще меньшим. Некоторые были достаточно большими, чтобы позволить человеку ходить, другие - такие маленькие, что заключенные были вынуждены сидеть; самые маленькие были так тесны, что не позволяли и такой роскоши.

Своему главному пленнику Джон предоставил самую большую камеру, ведро для дерьма, достаточно меховых шкур, чтобы не замерзнуть, и бурдюк с вином. Стражникам пришлось повозиться с обледеневшим замком, чтобы открыть его камеру. Ржавые петли завизжали словно души грешников, когда Вик Строгаль рывком открыл дверь ровно на столько, чтобы Джон смог проскользнуть в нее. Его встретил слабый запах испражнений, хотя он оказался не настолько невыносимым, как он ожидал. В таком жутком холоде замерзало даже дерьмо. Джон Сноу мог видеть собственное смутное отражение на ледяных стенах.

В углу камеры нагромоздили груду шкур почти в человеческий рост.

– Карстарк, - сказал Джон Сноу, - просыпайся.

Шкуры пошевелились. Некоторые смерзлись друг с другом, и покрывавший их иней блестел и переливался от движения. Появилась рука, потом лицо - каштановые волосы, спутанные и тронутые сединой, жестокие глаза, нос, рот, борода. Заледеневшие сопли покрывали усы заключенного.

– Сноу, - дыхание превращалось в пар, закрывая лед за его головой.
– У тебя нет права удерживать меня. Законы гостеприимства...

– Ты не мой гость. Ты пришел к Стене без моего позволения, вооруженный, чтобы забрать племянницу против ее воли. Леди Алис дали хлеб и соль. Она гость. Ты узник, - на мгновение Джон дал словам зависнуть в воздухе, затем добавил: - Твоя племянница вышла замуж.

Губы Грегана Карстарка обнажили зубы.

– Алис была обещана мне.

Хотя ему было уже за пятьдесят, он был сильным мужчиной, когда вошел в камеру. Холод лишил его той силы и оставил слабым и окоченевшим.

– Мой лорд-отец...

– Твой отец кастелян, а не лорд. У кастеляна нет права заключать брачные договоры.

– Мой отец, Арнольф, лорд Кархолда.

– Сын идет перед дядей по всем известным мне законам.

Греган вскочил на ноги и пнул в сторону меха, зацепившиеся за лодыжку.

– Харрион мертв.

Или скоро умрет.

– Дочь также идет перед дядей. Если ее брат мертв, Кархолд принадлежит леди Алис. А она заключила брак с Сигорном, Магнаром теннов.

– С одичалым. С грязным убийцей одичалым.

Греган сжал кулаки. Перчатки на нем были из кожи, отороченные мехом в тон плащу, покрывающему его широкие плечи. Его черный дублет украшали белые солнечные лучи его дома.

– Я вижу, какой ты, Сноу. Наполовину волк, наполовину одичалый, ублюдок предателя и шлюхи. Ты бы отдал высокородную девицу в постель какого-то вонючего дикаря. Ты ее сам попробовал?
– он усмехнулся.
– Если хочешь убить меня, убей и будь проклят за это. Старки и Карстарки - одна кровь.

– Меня зовут Сноу.

– Бастард.

– Виновен. В этом, по меньшей мере.

– Приведи этого Магнара в Кархолд. Мы отрубим ему голову и заткнем ею уборную, чтобы отливать

в его рот.

– Сигорн возглавляет две сотни теннов, - указал Джон, - и леди Алис верит, что ворота Кархолда откроются для нее. Двое ваших уже предложили ей свою службу и подтвердили все, что она сказала относительно планов, что твой отец заключил с Рамси Сноу. Мне сказали, у тебя в Кархолде есть близкие родственники. Твое слово могло бы спасти их жизни. Уступи замок. Леди Алис простит женщин, предавших ее, и позволит мужчинам одеть черное.

Греган потряс головой. Кусочки льда в его волосах ударялись друг о друга от его движения.

– Никогда, - сказал он.
– Никогда, никогда, никогда.

Мне следовало бы сделать свадебный подарок из его головы для леди Алис и ее Магнара, подумал Джон, но решил не рисковать. Ночной Дозор не принимает участия в междоусобицах внутри королевства; некоторые могли бы сказать, что он и так слишком помог Станнису. Отруби голову этому дураку - и они станут утверждать, что я убил северянина, чтобы отдать его земли одичалым. Отпусти его - и он из кожи вон вылезет, чтобы разрушить все, что я сделал для леди Алис и Магнара. Джон задумался, как бы на его месте поступил отец, что сделал бы дядя. Но Эддард Старк был мертв, а Бенджен Старк так и не вернулся из-за Стены. "Ты ничего не знаешь, Джон Сноу".