Чтение онлайн

–  Итак, что же за состояние дел привело тебя сюда?
– в голосе Шуань-Ю слышится скрытое любопытство.

–  Вчера ночью столицу посетил северный варвар, который назвал себя послом, - начал господин Той. После предыдущего визита жреца это вызывает у императора интерес, он подается вперед, - Я посчитал… возможным принять варвара лично.

–  И что же? Надеюсь, он не слишком вонял?
– губы императора сочувственно кривятся. Следует засмеяться его шутке, и раздаются сдержанные смешки.

–  Э-э-э… вонял, мой господин, - господин Той тоже поддерживает шутку, и смешки становятся громче, - Но он принес мне один интересный свиток на ургашском языке.
– Господин Той достает из складок одежды свиток, - В нем сыновья невинно убиенного князя Ургаха Каваджмугли, чудесным образом оставшиеся в живых и собравшие армию из северных варваров, просят Сына Неба… Немного помочь. Деньгами. И воинами.

–  Смело, - Шуань-Ю прикрывает глаза, длинные ресницы ложатся на щеки, - Что-то еще?

–  Наследники щедры на обещания, - усмехается господин Той, - Они предлагают после захвата власти в Ургахе вернуть долг в двойном размере. И беспошлинную торговлю на вечные времена.

–  Когда нечего терять, не грех пообещать и луну с неба, - роняет Шуань Ю, - Но… да, твое известие… заинтересовало меня. Я жду тебя завтра с предложениями того, как следует поступить.

Короткий поклон, ритуальные пожелания, - и господин Той покидает залу. О-Лэи видит, как гордо развернуты его плечи, - сегодня он сделал шажок к тому, чтобы вернуть доверие императора. И без ее помощи, стоит сказать.

Военный министр, напротив, не может сказать ничего нового. Он мямлит что-то неразборчивое о задуманных маневрах нового командующего, - кажется, его зовут Бастэ, - и какой-то секретной вылазке. Император раздражен и скучает. О-Лэи кажется, что министр даже не представляет, о чем говорит. Сама она знает карту южных границ явно куда лучше. " На юге наступает равновесие…". Всем здесь, в столице, уже надоела эта война.

Потом военный министр оживляется. У него тоже новости из Ургаха, - правитель Ригванапади, которому ранее высылались предложения о совместном походе против северных варваров, предлагает Сыну Небес победоносную войну.

Это интересно. Скуки императора как не бывало.

–  " Начало осени, - лучшее время для нападения, - гласит послание, - Это время, когда степные племена откочевывают на свои зимние зимовья и, напав на них в этот момент, можно легко взять искомую добычу и увести ее на свежих, откормленных конях, которые только что пригнаны с летних стойбищ. Прошу Сына Неба прислушаться к плану военной компании, предалагемой моими лучшими советниками, и сообщить мне свое решение, так как, согласно предыдущим договоренностям, подготовка к нашему совместному походу идет полным ходом…"

–  Помнится, когда мы писали в Ургах прошлый раз, целью нашего послания было проверить, на что ургаши готовы, - лениво говорит Шуань Ю, - Оказывается, они… очень готовы.

–  Одновременность таких посланий вряд ли случайна, мой милостивый повелитель, - раздается голос Цао., - Если мой господин разрешит своему ничтожному слуге высказать свое мнение…

–  Говори, Цао, - обрывает вступление император. Евнух прикрывает узкие, заплывшие жиром глаза. В падающем сверху солнечном свете его лицо лоснится, видны попытки замаскивать багровые следы назревающего чирья на правой щеке. Возможно, это следствие производимой операции, но у многих евнухов, как и у Цао, проблемы с чистой кожей, особенно к старости. Что не добавляет евнухам популярности, и без того небольшой.

–  Наши шпионы доносят, что князь Ургаха последнее время стал мрачным и постоянно совещается со своим главным колдуном по имени Горхон, - Цао, конечно, не мог не знать, какая тема будет обсуждаться с императором. Это давало ему возможность подготовиться. Иногда очень важные известия приходилось задерживать месяцами, пока для Цао не доставят той информации, которая ему нужна. Чаще всего это всего пара фраз, которые он скажет в такой момент, как сейчас, - Возможно, что каким-нибудь образом, - допустим всего на мгновение, - ему стало известно о притязаниях на его трон. В этом случае его предложение должно быть столь настоятельным. Как сейчас.

–  Это только предоположение, - император кривит губы - Что толку от них?

–  Предугадав мотивы противника, можно понять, как следует поступить, - назидательно говорит Цао.

–  А ты знаешь - как?
– парирует император.

Цао задумчиво жует узкие темные губы.

–  Этот вопрос… требует величайшей сосредоточенности, - наконец осторожно говорит он.
– Его следует обдумать.

–  Хорошо!
– император поднимает руку, - Вопрос столь важен, что мы должны обдумать его. Остальное - потом.

–  Цао, Рри, Жень Гуй, - он обращается к военному министру по имени, отчего тот весь расцветает, - К завтрашнему дню я жду от вас предложений. А сейчас я устал. И хочу некоторое время побыть один.

Настроение императора опять изменилось. С ним всегда так, - он непредсказуем, как река,меняющая русло. Явно разочарованные, названные неохотно покидают покой. О-Лэи знает, - они все равно будут ждать, там за дверьми. Настроение императора может снова измениться…

Ей тоже надлежит уйти. Однако при ее попытке подняться рука императора, лежащая у нее на голове, мягко толкает ее обратно.

–  Тебя мы не отпускали, О-Эхэй, - говорит император, - Ты, мой маленький носитель кисти, останешься при нашей особе. Возьми принадлежности и следуй за мной. Возможно, мне захочется сложить стихотворение.

Она молча выходит за ним в его личные покои. Император редко изъявляет желание остаться наедине с собой. Чаще всего за ним всюду таскается человек тридцать-сорок. Иногда ей до боли жаль его, столь одинокого в этой толпе.

Личная спальня Шуань-ю уже знакома ей. Это зал,способный вместить сто человек. У дверей бдят две тугун с своими девственно чистыми книгами. Они раздражают Шафранового Господина донельзя, но против традиции бессилен и император. К спальне примыкает меньшее помещение, где император любит уединяться. Это сравнительно небольшая квадратная комната с прекрасным видом на императорский сад. Закатное солнце освещает его, сочится сквозь бумагу ширм, столь тонкую, что она почти незаметна. На полу - шкура огромного белого зверя, похожего на медведя, но вдвое больше тех, что О-Лэи видела в императорском зверинце. Говорят, ее привезли откуда-то с севера.

По его знаку она раздвигает ширмы и какое-то время император молча любуется пышным цветением орхидей. На низком столике из драгоценной яшмы стоит его любимое вино из лепестков роз. Налив пиалу до краев, она опять замирает рядом с ним, и его пальцы привычно перебирают ее волосы.

"Невидимые течения

Словно струи горячего воздуха

Летним днем

Знает ли кто, куда унесут они?

И кого опечалят?"