Чтение онлайн

–  Мне, может, конечно, только показаться, но… если вдруг начнет происходить что-то необычное, беги со всех ног. Туда, где никто не знает тебя ни в лицо, ни по имени. Иначе они найдут тебя.

–  Кто найдет?
– Илуге поразила произошедшая с ней перемена. Она по-настоящему испугалась.

–  Они знают - кто. Они знают - где. Иначе бы их здесь не было, я была предельно осторожна - продолжала она торопливо, - Это значит, что они добрались до твоей матери.

–  Объясни же наконец!
– взмолился Илуге.

–  Потом. Если останусь жива, - Элира поднялась и говорила все быстрее. Ему показалось - или вой повторился?
– А теперь уходи немедленно. И предупреди, чтобы никто не смел произнести вслух твое имя.

–  А ты?

–  Я остаюсь.

–  Я тебя не оставлю!
– в мозгу Илуге вспыхнула картинка из детства: длинное белое обеяние, белые волосы и кровь, расцветающая на ткани алым цветком.

–  Ты мне будешь только мешать, - сказала жрица, и от ее взгляда Илуге бросило в дрожь.

Он послушно попятился и осторожно вернулся к юрте. Ему показалось - или рядом с палаткой Элиры мелькнула какая-то длинная, стелющаяся по земле тень?

Нащупав меч, он осторожно присел в углу, не сводя глаз со входа, готовый броситься на любого, кто войдет. Ожидание показалось бесконечным.

Вдруг раздался громкий хлопок и, казалось, сквозь каждую щель в юрту снаружи ударил белый ослепительный свет. Высокий протяжный вой потонул в нарастающем грохоте. Янира и Нарьяна проснулись.

–  Илу…- начала было Нарьяна, но рука Илуге закрыла ей рот, отбросила обратно в постель. Он подгреб под себя и Яниру, упал на них сверху, закрывая своим телом. Земля тряслась. Бьющий в щели свет теперь стал неровным, словно в нем извивались какие-то гигантские змеи. Потом все стихло и довольно долго они лежали, не смея дышать, в густой, пахнущей почему-то грозой тишине.

–  Это я, - Элира предусмотрительно назвала себя, прежде чем войти, так как у входа ее встретили три клинка.

Жрица не выглядела раненой, но, казалось, разом постарела на несколько лет. В углах рта залегли угрюмые морщины, руки тряслись.

–  Ч-то… это было?
– осмелилась спросить Янира.

–  Мне больше нельзя здесь оставаться, - глядя на Илуге, сказала жрица, - Они нашли меня, и мне пришлось применить магию. Это были гхи. Они не знают устали и будут преследовать меня, пока не убьют.

–  Кто это такие - гхи?

–  В Ургахе есть одна очень малочисленная тайная секта, существующая с незапамятных времен. Они поклоняются горным демонам, чье предназначение - убивать все живое. Ее послушники служат не своей жизнью, как большинство монахов в Ургахе, но своей смертью.

–  Как это?
– удивилась Нарьяна, невольно поежившись.

–  В момент посвящения послушника убивают на алтаре, - ровно ответила Элира, - Однако с помощью специальных заклинаний его душу связывают вместо тела…с каким-нибудь магическим предметом и придают ей особые свойства. Душа сохраняет память тела, - а послушников тренируют для убийства. Предназначение гхи - убивать по приказу своего настоятеля. Князья Ургаха иногда, очень редко, прибегали к помощи гхи.

–  Армия воинов-призраков?
– переспросил Илуге, - Это воистину…устрашающий союзник…

–  В уплату они всегда требуют детей, - мальчиков, - чтобы превратить их в гхи. Обращаться к ним равносильно детоубийству, - отрезала жрица.

–  Как тебе удалось с ними справиться?

–  Гхи не едят, не пьют, не знают устали и могут передвигаться по воздуху. Однако, как и все порождения тьмы, они не выносят яркого света. Я их ослепила. Но это ненадолго.

Илуге с опаской глянул туда, где сквозь полог юрты просвечивала темнота.

–  Они…вернутся?

–  Свет, созданный мной, причинил им боль… ранил их, - она говорила все более неохотно, - Однако убить их этим мне не хватило силы. Сейчас они вынуждены вернуться к своим " телам" и пройти обряд, который возвратит им…целостность. После этого они вернутся.

–  Они могут убить еще кого-нибудь?
– с откровенным страхом спросила Янира.

–  Гхи посылают, точно определив их жертву. Они не видят так, как видят люди, и не мыслят,как люди. Они идут по следу своей жертвы, подобно волкам, улавливая ее магический запах. Ничто более не интересует их.

–  А кто… их жертва?
– решился спросить Илуге.

–  Скорее всего я, - пожала плечами Элира, - Они могли послать их за тобой, но никто не может передать им твое "описание". Только имя, - она помедлила, - Кроме меня. Если они…доберутся до меня, они смогут его у меня получить.

–  Каким образом?

Элира нехорошо улыбнулась.

–  Тебе лучше не знать каким, - после длинной паузы она добавила, - И мне тоже.

Воцарилось долгое тревожное молчание. Обе девушки невольно придвинулись друг к другу.

–  Илу…!
– в юрту влетел Баргузен, встрепанный, с незавязанными ремешками на сапогах.

–  Молчи!
– прошипел Илуге, - Не произноси наших имен!

–  Что это было? Совсем рядом? Ты видел? В становище переполох - никто не может объяснить, что происходит?

–  Потом, - раздраженно отмахнулся Илуге. Он видел, как по лицу жрицы пробегают, словно рябь по воде, какие-то странные чувства.

–  Что-то еще?
– осторожно спросил он.

–  Я думаю… Утром мы получим ответ, - загадочно сказала она и неслышно вышла.

… Ночь они провели, поминутно просыпаясь,вскакивая и заново будя друг друга. В глазах обеих женщин читался откровенный страх, несмотря на то, что обе храбрились и не снимали рук с рукояти своих мечей. Баргузен, посерьезнев после разъяснений, которые из них вытянул, тоже изо всех сил боролся со страхом. Илуге же чувствовал себя очень странно: словно холодный воздух из щели, он чувствовал вокруг себя сгущающееся дыхание смерти. " Трещина расширяется", - сказала Элира. Орхой Великий покинул их, но Илуге чувствовал, что, если не в его теле, то в его душе осталась какая-то еле заметная щель, из которой сейчас тянуло этим холодом.

Утром в становище пришел на взмыленном коне посланный Элирой бритоголовый монах, - и мир Илуге перевернулся в очередной раз. Но на этот раз - до основания.

–  Они посадили ее в клетку на дворцовой площади?
– не в силах поверить, повторял он, - Без одежды, питья и еды? За что?

–  Она нарушила обет. В школе Гарда жрицы приносят обет целомудрия, - от этих слов Элиры у него внутри все завязалось в узел.

–  То есть… князю стало известно, что Ицхаль Тумгор…моя мать…про меня, - невнятно проговорил Илуге. Каково это - даже еще не обретя матери, узнать, что стал причиной ее смерти?