Чтение онлайн

В заведениях подавали «Грязный десерт»: шоколадный пудинг с шоколадной крошкой, взбитыми сливками и жевательным мармеладным червяком {191} .

Среди ресторанных блюд (для особых торжеств) были такие, которые ребенок дома вряд ли мог попробовать. В конце концов, кто не любит посидеть в каком-нибудь уютном месте и съесть что-нибудь горячее, хрустящее и жареное? Время от времени, когда я ем не дома, то обычно заказываю темпуру или хрустящего жареного кальмара, но это не значит, что эти блюда войдут в постоянное меню на моей кухне. Однако для многих детей картошка фри, мороженое, жевательные червяки являются ежедневными блюдами. Тремя самыми популярными школьными блюдами в Британии в 2000 году были пицца, бургеры, чипсы {192} . «Что он любит есть?» – спросила я маму одного из друзей моего сына, когда дети играли вместе в песочнице (это было примерно в 2005 году). «Ну то, что обычно дети любят», – ответила она. Как выяснилось, она имела в виду куриные наггетсы, чипсы для духовки, пасту без соуса, кетчуп. И никаких овощей!

Вся суть послевоенной детской еды из магазинов заключалась в том, чтобы доставлять ребенку удовольствие и только.

Мысль о том, что детская еда должна быть привлекательной, вовсе не нова. В прошлом эта идея касалась редких угощений: тянущаяся черная веревочка конфеты из сиропа солодки, упаковка шипучих сердечек. Но в послевоенные годы крупные предприятия продовольственной индустрии стали делать привлекательными и основные детские блюда. Большая часть продуктов питания по своему питательному составу и форме сейчас похожа на конфеты.

Самира Каваш, автор книги Candy: A Century of Panic and Pleasure [19] (2013), замечает, что родители не знают, как им следует поступать с конфетами. Сегодня нарастает тревожность людей по поводу того, сколько дети употребляют конфет и жевательного мармелада. Есть «смутное ощущение, что конфета может быть опасна, и даже, возможно, смертельно опасна», – говорит Каваш {193} . Мы знаем, что, если разрешать детям есть слишком много конфет, нас назовут плохими родителями. Тем не менее продолжаем поддерживать рождественскую традицию, когда дети ходят от дома к дому и набирают полный пакет сладостей, а под вечер родители отбирают у них эти сладости, чтобы у детей не возникли проблемы с зубами. И при всем этом беспокойстве относительно конфет родители спокойно кормят своих детей сладкими спортивными или фруктовыми батончиками, хлопьями – сладкими во всех отношениях, кроме, пожалуй, названия. По какому праву тарелка кукурузных колечек в сахарной пудре с радужными зефирчиками может считаться «завтраком», а не «сладостью»?

В наши дни разнообразие форм продуктов питания для детей поражает воображение. Подобно средневековому имбирному прянику, куриные наггетсы сегодня могут принимать разнообразные формы: динозавров, жирафов, слонов, космических кораблей, цифр и даже фигурок Базза Лайтера [20] . Старые спагетти в виде букв алфавита 1960-х были из серии консервированной пасты в виде телепузиков, Барби или Человека-паука. Ну и конечно же хлопья! Покрытые сахаром и глазурью из какао-порошка, хлопья и хрустики в ярко разрисованных упаковках. Отчет о рынке детского питания гордится тем, что благодаря «развитию технологии экструзии» [21] был создан «расширяющийся ассортимент всевозможных форм и текстур» для детских хлопьев. Точно так же к середине 1990-х традиционные картофельные чипсы теряли рынок из-за «экструдированных» продуктов, которые выглядели более «аппетитно для ребенка», – разные мишки и привидения {194} .

Если разнообразие «детской еды» достигло невиданных масштабов, то о составе этого не скажешь.

В 2000 году в некоторых магазинных детских хлопьях содержалось более 50 % чистого сахара от общей массы. Исследование 2013 года, проведенное с использованием 577 продуктов для детей, показало, что около 75 % представляли собой продукты с «низкой питательной ценностью» – и это при том, что на этикетках более половины из них обязательно упоминалась польза для здоровья {195} .

Творилось что-то странное. Маркетологи твердили о новом тренде для «развлекающегося и забавляющегося с едой ребенка» {196} . Дети всегда любили играть с едой. Когда вы были маленькими, то вполне могли представлять, когда разрывали круассан пополам, будто его концы – это рожки чертенка; или, возможно, вы приставляли к уху вишни на ножке, словно сережки; или использовали кожуру мандарина, примеряя себе зубы вампира. Другой забавной игрой было окрашивание картофельного пюре кетчупом в различные оттенки красного, при закручивании его зубцами вилки. Я бы добавила сюда фасоль – из каждого стручка можно извлекать бобы, как зеленые жемчужины.

Отличие новых продуктов для детей, которые начали продавать в 1990-е годы, заключалось в том, что в прошлом игру с едой считали чем-то запрещенным, а теперь игры придумывали сами производители.

Новые продукты для детей можно было скручивать, завязывать или пить {197} . Появились сырные нити, которые позволяли ребенку разделять ломтик плавленого сыра на узкие полоски, а также продукты для макания, которые содержали и печенье, и сырный соус в одной упаковке {198} . Такие продукты создавались без учета того, что необходимо растущему организму, а на основании глубокого маркетингового исследования о том, что детям хотелось бы есть. Не нужно быть гением, чтобы понять, что дети не расскажут о своей любви к брокколи или рисовому пудингу. Как показали результаты исследования, дети мечтают о продуктах, предназначенных только «для них» {199} : яркие цветные упаковки, нежная текстура, сладкие вкусы. Они хотели еду, которой, в отличие от семейной еды, не нужно делиться ни с кем на свете. Производители отреагировали на это и стали предлагать такие продукты, как десерты в тюбиках, которые можно было вскрыть и выдавить содержимое прямо в рот, или йогурт с посыпкой под крышкой упаковки.

А еще были коробочки с обедами, экономно вмещавшие еду на пластмассовых подложках: они служили для имитации полета на самолете, будто дети были пассажирами, проголодавшимися в течение длительного путешествия, а до ближайшего запаса свежей еды лететь было далеко. В 2002 году такая типичная коробочка состояла из трех отдельных отсеков, содержащих малюсенькие хот-доги («не требующие разогрева»), три малюсенькие пшеничные булочки, несколько кусочков сыра («прекрасный источник кальция») и пакетик кетчупа {200} . Предполагалось, что это был полный и сбалансированный обед для ребенка, который он может съесть без помощи взрослых. То есть ребенок мог почувствовать себя большим. Исследователь рынка, ежегодно наблюдавший в среднем 4 000 детей, обнаружил, что единственным огромным желанием у них было все «контролировать» {201} . Чем лучше какой-нибудь продукт удовлетворяет желание, чтобы к ним относились, как к взрослым, тем больше у него шансов на успех. Это желание автономии по отношению к еде частично объясняет популярность хлопьев для завтрака как детской еды. «Уже само действие, когда вы насыпаете хлопья в миску и заливаете их молоком, дает ребенку чувство контроля», – отмечает исследователь {202} .

В середине 1990-х годов 77 % французских детей в возрасте от четырех до семи лет выбирали себе хлопья на завтрак, 58 % – йогурт {203} . И это только во Франции, в стране, где (по крайней мере, в нашем представлении) родители до сих пор готовят дома. Но разве может цельная и полезная еда для детей сравниться с сотнями привлекательных новых продуктов? На этикетке размещают множество сообщений, написанных ради того, чтобы развеять у родителей чувство вины. Существует «одобренное педиатрами» сладкое печенье и рекомендованная стоматологами фруктовая каша без сахара, не говоря уже о бесконечных заявлениях о содержащемся «кальции» в сладких йогуртах и плавленых сырах – все это может вызвать у вас чувство вины, будто вы совсем не заботитесь о здоровье ребенка, если не покупаете эти разрекламированные товары.

Молодым родителям, заботящимся о ребенке, кажется правильным кормить кроху «полезными» смесями из пакетов и банок, а не протирать приготовленную своими руками домашнюю еду. Исследование с участием 5 000 матерей из Великобритании показало, что только 35 % из них кормили детей тем, что они готовили накануне {204} . Восемьдесят два процента кормили малышей едой из банок, которые, несмотря на разнообразные заявления о питательности на этикетке, вряд ли являются такими же полезными, как приготовленные дома пюре. Как показал анализ «обогащенной питательными веществами еды для младенцев», в этих пищевых продуктах было меньше витаминов и минералов, чем в старом добром картофельном пюре с растертым яичным желтком {205} .

При выборе еды для малыша, который еще не говорит, родителям сложно притворяться, будто они действуют исходя из привязанностей своего ребенка. Скорее, влияние оказывает яркая упаковка детского питания с розовощеким младенцем, уплетающим свой яблочный или клубничный десерт. Родители рассказывают фокусным группам о том, что одной из причин, из-за которой они поддаются на надоедливые просьбы «своих попрошаек», является перспектива выбросить деньги на ветер. Ведь даже когда вы идете по супермаркету одни и не везете в тележке ребенка, который хватает все подряд и краснеет от злости, что ему не покупают любимый мягкий сыр сейчас, сейчас, СЕЙЧАС, – все равно есть опасения, что выбранные по своему усмотрению продукты так и пролежат в кухонном шкафу.