Чтение онлайн

Исследовательская компания США Langbourne Rust наблюдала за мамами, покупающими продукты, и пришла к выводу, что даже если ребенку один год, он может влиять на покупки. Родители не реагируют на запросы ребенка относительно определенных продуктов только один раз из трех случаев. Это совпадает с опытом доктора Кита Уильямса, директора программы по питанию детей государственной детской больницы имени Херши штата Пенсильвания. «Вообще-то должно быть так: дети едят то, что дают им родители, – говорит доктор Уильямс, – но наш опыт работы в больнице показывает, что родители дают то, что едят дети» {206} .

Ни в коем случае нельзя утверждать, что все современные родители кормят детей «едой, предназначенной для детей». В последнее десятилетие наблюдается довольно «мощная обратная реакция» на самые нездоровые меню для детей. Исследование детского рациона показало растущий объем овощей (не все из них были картошкой фри) в детском меню {207} . Даже «Макдональдс» теперь предлагает органические морковные палочки.

Благодаря активному участию Джейми Оливера в 2005 году в Британии были снова реформированы школьные меню, исчезли из меню «пружинки из индюшатины» (Turkey Twizzlers) и прочие мясные продукты похожей формы. В США Мишель Обама продвигала здоровое питание для детей с помощью своей программы «Давай двигаться». Как в Британии, так и в Соединенных Штатах введение более здорового школьного меню было противоречивым явлением, так как многие фрукты и овощи отправлялись прямо с «подноса в ведро», как отметили в одной статье, потому что дети, знакомые только с едой, предназначенной для детей, отказывались от незнакомых им продуктов {208} . Некоторые восприняли этот отказ как признак того, что дети от природы склонны предпочитать «еду, предназначенную для детей» полезным, приготовленным дома блюдам. Настоящий урок заключается в том, что внешние изменения должны сопровождаться изменениями в личном отношении к здоровому питанию, только тогда реформа будет эффективной.

Активные действия, направленные на то, чтобы исключить всю вредную еду, продаваемую под видом детских продуктов, набрали еще большую силу после возникновения эпидемии пищевых аллергий у детей. Это повергло в шок некоторых состоятельных родителей. Сегодня существуют такие семьи, в которых детское питание регулируется даже жестче, чем в рекомендациях Л. Эммета-Холта начала XX века: в таких семьях дети перекусывают листовой капустой, сахар – это категорическое «нет-нет», а блюда, содержащие пшеничную муку, ставятся чуть ли не в один ряд с тяжелыми наркотиками. Журналист Зоуи Уильямс рассказывает, что есть родители, которые считают черный изюм без косточек «детским наркотиком, чтобы подчеркнуть его невероятно вкусный, но опасно преступный характер» {209} . В периоды нервного напряжения еда может казаться способом защиты ребенка от опасности. И, надо сказать, существуют все основания думать, что дети находятся в опасности от современной пищевой среды.

Но если вы хотите защитить ребенка от подобной беды, то не стоит содержать его в тепличных условиях, окружая продуктами высокой питательной ценности.

Проблема этой пуристской версии детской еды, как и проблема нездоровой пищи, предназначенной для детей, заключается в следующем: что с ними будет, когда они вырастут? Ведь вся «детская еда» поглощается в убеждении, что однажды, став взрослыми, дети начнут есть что-то другое.

Люди из стран, которые до сих пор не полностью поддались эталону западного питания, отмечают, что идея «детского питания» кажется им странной. Пища для младенцев – это более-менее понятно. Вопреки распространенному мнению, младенцев в Индии не сразу приучают к острым блюдам. В течение первого года их кормят различными простыми пюре из вареных овощей с добавлением топленого молока для увеличения калорийности или уваренными молочными кашами. Манный пудинг (suji kheer) считается превосходной пищей для младенцев. Он состоит из манной крупы и молока, другими словами, не отличается от рисового пудинга. После того как ребенку исполняется примерно один год, его переводят на точно такую же еду, которой питается вся семья, как по консистенции, так и по вкусу, но родители стараются давать ребенку дополнительные порции белка.

В Индии еда для детей – это просто еда. В зависимости от того, в какой семье вам повезло родиться, пища может быть лучше или хуже по качеству; ее может быть достаточно, а может быть и недостаточно.

В западном сознании, мы «вырастаем» из своей детской еды. Но в действительности все часто оказывается не так.

В течение Второй мировой войны американский антрополог Маргарет Мид была исполнительным секретарем в Национальном исследовательском консульском комитете по привычкам питания. Одной из задач, стоявших перед Мид, был поиск решения: как заставить людей изменить пищевые привычки {210} . Причиной тому послужило беспокойство по поводу того, чтобы помочь американцам принять нехватку продовольствия в военное время, в частности нехватку мяса. Мид поняла, что люди на самом деле очень часто меняют свое пищевое поведение. Вся хитрость заключалась в том, что, если люди чувствуют ограниченность питания, они склонны переходить на противоположную сторону сразу, как только им выдается шанс сделать это. Она привела пример из детства. Семьи воспитывали детей так, чтобы те ели меньше мяса, пили больше молока и ели больше овощей, чем их родители: «Поколение за поколением детей воспитывают в уверенности в том, что обычное питание содержит продукты более или менее одобренные, и их уговаривают выбирать «полезные для твоего здоровья» – будто это вопрос морали. В то же время здесь, в форме убеждения и поощрения, подразумевается, что когда они вырастут, особенно когда мальчики станут мужчинами, то смогут настаивать на самостоятельном выборе вредных для себя продуктов» {211} .

Мид поняла, что понятие детского питания было основано на двойных стандартах. Если это правда, что существует один жизненный этап, в течение которого крайне важно не питаться ничем вредным, следовательно, на более поздних этапах жизни эти вредные продукты можно вдруг разрешить и даже поощрять.

Самым очевидным примером являются спиртные напитки. Во многих семьях отцы должны были совершить ритуал посвящения сыновей в мужчины, напоив их. К тому же взрослый мужчина может спокойно есть стейки и избегать овощей, и никто больше не имеет права ему за это выговаривать. Возможно, даже такое поведение добавит мужественности. Это показывало, что мужчина вырос, он уже не маменькин сынок.

Что же касается девочек, то правила питания менялись с началом вступления во взрослую жизнь. Писательница Элизабет Дэвид, автор книг о еде, вспомнила тот волнующий момент, когда она перебралась пить чай из детской комнаты в гостиную вместе со взрослыми {212} . Внезапно появились аккуратные сладкие пирожные и вкусные маленькие сэндвичи вместо молока или пресловутого рисового пудинга. Было относительно легко перерасти «детское питание», так как никто никогда не возлагал надежд на то, что вам это понравится.

Не все так очевидно в том, что происходит, когда в послевоенный период люди перерастают нездоровую, сдобренную приправами и специями «еду, предназначенную для детей». Перерастают ли вообще взрослые «детскую еду»? Вы замечали когда-нибудь, что, если человек хочет восхититься особенно прекрасным вкусом блюда, он всегда вспоминает детство? Сливочное мороженое с фруктами описывается в таком духе: «Как приятно вновь почувствовать себя ребенком», – означает не только то, что взбитые сливки жирнее и шоколадный соус имеет более глубокий вкус, но и то, что это можно есть без зазрения совести, свойственной взрослым. В ресторанах Дэвида Чанга в Нью-Йорке и Торонто предлагают десерт под названием «Молоко от хлопьев», который на вкус напоминает молоко, оставшееся на дне тарелки с хлопьями. И вкус точно такой же: солодовый, молочный и сладкий. Вы можете заказать его в жидкой форме или замороженной.

В принципе нам всем следует научиться такому уровню сознания, на котором мы оставим свои детские вкусы в прошлом. Нашу привычку есть сладкое заменяет привычка пить кофе. Салат становится нашим спутником жизни, и нам начинает нравиться горькое: эспрессо, цикорий, вермут и содовая. Десерты пропитаны алкоголем (как в тирамису) и приправлены изысканными ингредиентами вроде кардамона – словно созданными для того только, чтобы «держать их подальше от детей». Многие модные блюда вечеринок нарочно включают в себя ненавистные когда-то ингредиенты: кростини с куриной печенью, поджаренную до золотистой корочки брюссельскую капусту, гратен из фенхеля. По крайней мере, так происходит у счастливого меньшинства.

Но судя по тому, что мы узнали о питании в мире за последние несколько десятилетий, понятно, почему огромное количество людей, как взрослых, так и детей, привыкли есть подобие еды, предназначенной для детей, на протяжении всей жизни: сладкую, соленую, не требующую пережевывания и проглатывания и обработанную для увеличения срока хранения.