Чтение онлайн

Другой рукой он проводит по моей щеке.

— Господи, как такое случилось? — Шепчет он.

На его лице появляется выражение почти животной ярости, отвращения и ненависти…

Вот только… кто сказал, что эти чувства направлены на меня?

— Я не хотела, чтобы так вышло, — с горечью произношу я. — Не хотела.

Его губы сжимаются в тонкую линию, пару секунд он медлит, а затем отпускает меня.

— Вставай! — Приказывает он, выпрямляясь.

С легкой дрожью в коленях подчиняюсь ему. Боже, сколько же в его глазах НЕНАВИСТИ!

— Жалкая, слабая, вульгарная и бесполезная маггла, — он чеканит каждое слово. — Ты — самое отвратительное существо на земле.

Крепко стискиваю зубы, глаза щиплет от подступивших слез. Ведь я до сих пор помню слова, что он сказал мне прошлой ночью. Слова, что значили для меня всё. Они и сейчас значат не меньше. Потому что это единственная крупица правды в мире порока и лжи, и ненависти, в котором я погрязла навечно.

Ты знаешь, почему, грязнокровка.

Закусив губу, отворачиваюсь, пока не расплакалась перед ним, как ребенок.

Наступившая тишина грозится поглотить нас, утащить на самое дно, и я почти рада, когда Люциус решает нарушить ее. Ровно до того момента, когда осознаю смысл его слов.

— Белла была права, — жестко бросает он. — Тебе нечего мне предложить.

Его слова ранят.

Когда дело касается его, все вокруг теряет привычный смысл. Это страшно, сложно и… Господи, как я хочу, чтобы он снова меня ненавидел! Хочу вернуться к тому, что было, когда он только похитил меня, когда видел во мне лишь бесполезную, раздражающую грязнокровку, с которой он имеет несчастье возиться. Когда наши чувства сводились только к взаимной неприязни. Мне ненавистно то чувство доверия, которое я невольно к нему испытываю, и меня раздражает то, какую боль причиняет мне его презрение и безразличие. Если бы я только могла ненавидеть его так, как раньше, всего этого не было бы.

— Но, тогда, — продолжает он, — если в тебе нет ничего особенного, почему я столько сделал ради тебя? Убивал, терпел пытки, потерял друзей и соратников… всё ради тебя.

Он зарывается пальцами в мои волосы, медленно проводя рукой вдоль шеи и спускаясь к плечу…

Перестаю дышать, мысленно моля его…

— Как бы я хотел никогда не встречать тебя, — его шепот обжигает шею, а его руки ложатся мне на талию, задерживаясь там на несколько мгновений. — Помню, как еще совсем недавно, услышав в разговоре с кем-нибудь твое имя, я с трудом вспоминал, кто ты такая. Для меня ты была всего лишь подружкой Поттера, грязнокровкой и выскочкой. Ни больше, ни меньше.

Его руки опускаются чуть ниже, на бедра, и я непроизвольно напрягаюсь, потому что где-то глубоко внутри зарождается новое для меня ощущение.

Он невесело усмехается.

— Иногда я так хочу вернуться в то время, — шепчет он мне на ухо.

Он прижимается ко мне сзади, до синяков впиваясь пальцами в мои бедра. Его горячее, тяжелое дыхание обжигает плечо, и он продолжает вжиматься в меня. Ближе. Сильнее. И чуть пониже спины я явственно чувствую…

Нет. Нет. Этому не бывать.

Закрыв глаза, беру его ладони в свои, чувствуя, как дрожат его руки, и отвожу их от себя, подаваясь вперед, подальше от него.

Вновь наступает звенящая тишина. Не решаюсь повернуться к нему, иначе он сразу все поймет, как только увидит лихорадочный румянец на моем лице и блуждающий взгляд. Моя капитуляция будет безоговорочной, а его победа — неоспоримой.

— Пытаешься игнорировать меня, грязнокровка? — Мрачно усмехается он. — Да когда это у тебя получалось?

Нервно сглатываю. Он чертовски прав, мерзавец. Я никогда не могла и никогда не смогу игнорировать его. Ох, я бы продала душу Дьяволу за такую возможность…

Никогда. Он всегда где-то поблизости, как тень. Он — везде. Всегда.

Он обходит меня, — пола его мантии оборачивается вокруг моих ног, — и жестко берет меня за подбородок, заставляя посмотреть на него. Он безжалостен, и беспощадный костер полыхает на дне его глаз.

Его глаза. Это худшее из всего, что есть в нем, потому что, когда я смотрю в них, то могу видеть все его пороки и темные мысли.

— Ты ненавидишь меня? — Спрашивает он.

И какого ответа он ждет? Любой, так или иначе, загонит меня в угол.

— Да, — и это чистейшая правда.

Он улыбается, и от этой улыбки мне становится не по себе.

— Я так и думал. После всего, что я сделал с тобой, в этом нет ничего удивительного, — он наклоняется, и наши лица оказываются в паре сантиметров друг от друга. Улыбка не сходит с его лица. — Я заставлял тебя истекать кровью, кричать и плакать. Ты просто не можешь испытывать ко мне что-то, кроме ненависти.

Мои глаза вновь наполняются слезами, а его — темнеют.

Он отпускает меня и отворачивается, лишая возможности разгадать выражение его лица.

Неправда. Так не должно было быть. Если ему действительно не все равно… если в нем осталось еще хоть что-то человеческое…

— У вас был выбор, — слова слетают с губ прежде, чем я успеваю осознать их смысл.

Но, тем не менее, я продолжаю:

— Вы не обязаны были делать это, — голос дрожит. — Вы могли отказаться, когда Волдеморт отдал приказ пытать меня. Кроме того, вы часто делали это и без прямого на то приказа. Вы причиняли мне боль, чтобы приучить меня к мысли, что я ниже вас. Неужели, это так удивительно, что теперь я ненавижу вас.

На его лице появляется ледяная маска, а глаза загораются яростным огнем. Точно так же он выглядел, когда я вонзила в него нож.

— Ах, ты, сучка. Думаешь, я не желал другого? Думаешь, я…

Он замолкает на полуслове и в два шага преодолевает расстояние между нами, вцепляясь мне в горло, сжимая пальцами шею и толкая меня назад, впечатывая в стену.

— Что ты делаешь? — Шепчет он. — Что ты со мной делаешь?

Его хватка ослабевает.

Я вздрагиваю, и он выгибает бровь.

Его руки спускаются ниже. Одна накрывает грудь, другая — крепко обхватывает талию, притягивая ближе к нему. Я забываю, как дышать, потому что он проталкивает колено между моих ног.

Отталкиваю его руки, пытаясь убежать. Я не могу допустить этого. Не могу позволить ему зайти так далеко. Это против правил. Это нарушение всех законов его мира, в котором он с таким рвением приучал меня жить. Мира, частью которого я так хотела быть до тех пор, пока он не ворвался в мою жизнь.

Но он намного сильнее, и крепко держит меня. Он всегда был сильнее.