Чтение онлайн

Казалет пал в первом же обмене ударами. Пуля едва не разрубила его пополам, пока он отправлял людей наверх для ремонта.

Снова раздались ликующие крики; они не умолкали, и Болито показалось, что он видит, как люди на реях «Никатора» машут руками и подпрыгивают, их голоса терялись вдали. Два французских флага, словно огромные падающие листья, спустились с такелажа «Сан-Матео», а матросы отошли от его орудий, молча наблюдая, словно скорбящие.

Кин резко сказал: «Она поражена!» Он не мог скрыть своего облегчения.

Болито видел, как его баржа поднялась, а затем опустилась на сети, и понял, что Кин с ужасом ждал приказа снова открыть огонь, несмотря на флаги или нет.

Олдэй коснулся шляпы. «Готов, сэр Ричард». Он с тревогой посмотрел на него. «Принести пальто?»

Болито повернулся к нему и поморщился, когда солнечный свет ударил ему в глаза.

«Мне это не нужно».

Джулиан, капитан, крикнул: «А как же ваша шляпа, сэр Ричард?» Он то смеялся, то почти рыдал от облегчения. Рядом с ним погибли люди. Он был в безопасности – ещё один раз. Ещё одна ступенька вверх по лестнице.

Болито улыбнулся сквозь дымное солнце. «У тебя, кажется, есть сын? Передай ему. Когда-нибудь из этого выйдет хорошая история».

Он отвернулся от удивления и благодарности на лице мужчины и сказал: «Давайте закончим это».

Переправа была бесшумной, тишину нарушали лишь скрип весел и дыхание матросов.

Пока над ними нависала огромная тень Бенбоу, Болито не знал, где найти силы, чтобы встретить то, что ждало его впереди. Он сжал медальон под грязной рубашкой и прошептал: «Подожди меня, Кейт».

Вслед за остальными он поднялся на борт. Пулевые пробоины пронзили доски от трапа до ватерлинии, такелаж, в некоторых из которых, словно водоросли, застряли трупы, и их утянуло под воду, увлекая за собой.

Болито набирал высоту быстрее. Но сердце корабля можно было спасти. Он видел лица, уставившиеся на него из открытых орудийных портов: одни были полубезумны, другие, вероятно, погибли в начале боя.

Он добрался до квартердека, теперь совсем пустого, без защищавших его грота и бизани.

Он слышал, как врач «Черного Принца» отдает приказы, а другая лодка уже швартуется рядом с более услужливыми матросами; но в этот момент он был совершенно один.

Центр любого боевого корабля, где всё начиналось и заканчивалось. Разбитый штурвал с разбросанными, словно окровавленные связки, телами мёртвых рулевых, даже застывших в шоке и ярости, когда смерть уже засекла их. Боцманский помощник, стоявший на коленях, чтобы наложить повязку на ногу флаг-лейтенанта, был убит градом картечи. Матрос, всё ещё сгибавшийся, чтобы подать сигнал, упал, и фал вырвало из его рук, когда мачта полетела за борт.

Херрик стоял, прислонившись к корпусу компаса, подогнув под себя одну ногу. Он был почти без сознания, хотя Болито догадывался, что его боль была сильнее любой огнестрельной раны.

В одной руке он держал пистолет, а другую поднял и склонил набок, словно выстрелы лишили его слуха.

«Готовьтесь, морпехи! Мы заставили их бежать! Цельтесь, ребята!»

Болито услышал, как Олдэй пробормотал: «Боже, посмотри на него».

Морпехи не шевелились. Они лежали, от сержанта до рядового, словно павшие игрушечные солдатики, по-прежнему направив оружие на невидимого врага.

Олдэй резко сказал: «Полегче, сэр».

Болито переступил через вытянутую алую руку с двумя шевронами и осторожно взял пистолет из руки Херрика.

Он передал его Олдэю, который заметил, что оно действительно заряжено и взведено.

«Спокойно, Томас. Помощь уже здесь». Он взял его за руку и подождал, пока голубые глаза сфокусируются и снова поймут. «Слушай, как кричат! Битва окончена — день выигран!»

Херрик позволил устроиться поудобнее. Он смотрел на расколотые палубы, брошенные орудия, на тела погибших и на алые следы, отмечавшие путь умирающих.

Как будто говоря издалека, он хрипло произнес: «Итак, ты пришел, Ричард».

Он называет меня по имени, но встречает как чужака. Болито печально ждал, безумие и боевой пыл уже улетучились.

Херрик пытался улыбнуться. «Это будет… ещё один твой триумф».

Болито очень мягко отпустил его руку, встал и поманил хирурга. «Прошу вас, займитесь контр-адмиралом». Он увидел развевающиеся на ветру волосы мёртвого капрала морской пехоты, его взгляд был сосредоточен, словно он прислушивался.

Болито посмотрел на Дженура и мимо него на ожидающие, безразличные корабли.

«Я так не думаю, Томас. Здесь победитель — только Смерть».

Все было кончено.

ЭПИЛОГ

НЕПРЕКРАСНЫЕ бомбардировки Копенгагена, как днем, так и ночью, привели к неизбежному концу. 5 сентября генерал Пейман, губернатор города, вывесил белый флаг. Условия ещё предстояло согласовать, по возможности, с сохранением хоть какой-то чести для героических защитников, но боевые действия должны были прекратиться.

Пока Болито и его корабли занимали свои призы и делали всё возможное для спасения множества убитых и раненых, были приняты условия Копенгагена. Сдача всех датских кораблей и военно-морских запасов, вывод всех других судов, ещё не достроенных, из доков, а также захват войсками лорда Кэткарта

Цитадель и другие укрепления, которые на шесть недель обеспечивали выполнение этих задач, легли в основу перемирия. Некоторые считали, что даже мастерства и опыта английских моряков будет недостаточно для завершения этой грандиозной операции в отведённые сроки, но даже самые скептически настроенные критики были вынуждены выразить восхищение и гордость за достижения флота.

За отведенный период в шесть недель шестнадцать линейных кораблей, фрегатов, шлюпов и множество более мелких судов были отправлены в английские порты, и опасения страны по поводу того, что блокада вражеских портов рухнет из-за нехватки кораблей, развеялись.

Различные эскадры были возвращены на свои обычные позиции, а некоторые расформированы в ожидании дальнейших указаний. Возможно, после славы Трафальгара второе Копенгагенское сражение не сразу захватило воображение публики, жаждущей побед. Но его результаты и серьёзный удар по последней надежде Наполеона прорвать линию деревянных стен, простиравшуюся от портов Ла-Манша до Бискайского залива и от Гибралтара до берегов Италии, были вполне реальны.