Чтение онлайн

— Может, выпорем ее? — предложила Каюн. Все в ужасе посмотрели на нее, и она с пристыженным видом закрыла рот.

— Доставайте ее из сетки, ребята, — распорядилась вдруг Хаён, которая до сих пор молча следовала за остальными. Обращалась она к Кану с Сиёном.

— Что-то придумала? — спросил Кан.

Хаён, ухмыльнувшись, кивнула.

— Угу. Вытаскивайте кошару и держите ее покрепче за лапы.

Поставив свой ранец на землю, Хаён вытащила из него перочинный ножик. Возбужденные мальчишки вытащили кошку из сети и потянулись, чтобы ухватить ее за лапы. Но кошка не была настроена сдаваться так просто. Бешено сопротивлялась и царапалась.

Хаён быстро ухватила ее за загривок и подняла в воздух. Неспособная больше сопротивляться, кошка стала дожидаться своей участи, перебирая лапами в воздухе. Дети изумленно уставились на Хаён.

— Когда ловите кошку или собаку, всегда хватайте ее за шкирку, и ничего она вам не сделает, — со знанием дела объяснила Хаён, и все с удивленным восхищением посмотрели на нее.

Следуя наставлениям Хаён, Сиён перехватил кошку за загривок, а остальные держали ее за лапы.

Кошка висела в воздухе прямо перед Хаён, выставив вперед самую свою уязвимую часть — живот.

Хаён все держала в руке свой перочинный ножик. Поглядев на кошку, медленно воздела острое лезвие вверх.

При виде ножа остальные только разинули рты.

— Что… что ты собираешься делать? — дрожащим голосом спросил Сиён.

— Ты ведь сам говорил, что ее нужно наказать, забыл? — спокойно поинтересовалась Хаён.

— Да, но… Эй! — начал было Кан, но рука Хаён уже мелькнула в воздухе, целясь кошке прямо в живот.

Каюн закрыла глаза руками. Все остальные, скривившись, резко отвернулись.

— Блин! — Кан осел на землю, вцепившись себе в запястье. Кошка, которая в последний момент успела вырваться из рук Сиёна и Кана, теперь стремительно удирала где-то далеко от них.

— Эй, в чем дело? — загалдели все, но Кан с Сиёном просто стояли, зло поглядывая на Хаён и отдуваясь. Она, не моргнув и глазом, обожгла их точно таким же взглядом.

— Кан из-за тебя поранился! — обвиняюще объявил Сиён.

— Не из-за меня. Все было бы нормально, если б он просто держал кошку как следует, — возразила Хаён.

Похоже, Кан порезал руку, когда отпустил кошку и попытался увернуться от ножика Хаён. Каюн вытащила носовой платок, присела рядом с Каном на корточки и взяла его за руку. Подняла ее повыше, чтобы осмотреть рану, и увидела выступающие из нее капельки крови. К счастью, порез оказался неглубоким, больше похожим на обычную царапину.

— И что теперь делать? У него кровь идет, — произнесла Каюн.

Все глаза нацелились на Хаён. Но та лишь сложила ножик и небрежно бросила:

— Трусишка, сам хуже кошки; надо было просто держать ее покрепче.

— Больно, Кан? — участливо спросила Каюн, промакивая кровь носовым платком.

Хаён решительно развернулась и двинулась вниз по склону, словно давая понять, что на сегодня с нее хватит.

Никто не стал звать ее назад. Все только и думали о том, как она спокойно вытащила нож и замахнулась им на несчастную кошку. Одного из ребят, смотревших ей вслед, вдруг пробила дрожь. Никто ничего не сказал, но все думали об одном и том же.

Продолжать игру с поимкой и наказанием кошки желающих больше не нашлось.

Как только Хаён ушла в школу, Сонгён тут же озаботилась всякими домашними делами. Покончив с ними, сварила себе кофе и направилась в кабинет.

Начала она с того, что занялась расшифровкой записи вчерашней беседы с Ли Бёндо. Дело это не столь быстрое, как многие считают; ведь наряду с произнесенными словами требовалось кропотливо отобразить в письменном виде интонацию, паузы и скорость произнесения отдельных фраз, а также вычленить в речи опрашиваемого ключевые слова.

«Жил-был один обезьяний детеныш, который потерял свою мать, едва только появился на свет. Люди, которые выхаживали его, сделали ему сразу двух матерей: одну из проволоки…» — прозвучало из диктофона.

Сонгён нажала на паузу. «Проволочная» мать и «меховая» мать…

Мать, которая принесла Ли Бёндо в этот мир, была сделана из холодной жесткой проволоки, оставившей на его теле глубокие незаживающие шрамы. Мать внешне привлекательная, но холодная и жестокая.

Но была у Ли Бёндо и еще одна мать. Сонгён не знала, кто она, но именно эта таинственная женщина утешала его израненное сердце и держала его в своих теплых объятиях. Вчера он потянулся рукой к этой матери, незримо скрывавшейся где-то за спиной у Сонгён. Расплакался, умоляя эту мать, имя которой так и осталось неизвестным — не ту, что погибла от его рук, — еще раз обнять его. Очень хотелось узнать, кто был для него этой «меховой» матерью.

Сонгён, сначала предположившая, что он видит в ней собственную мать, подумала, что не так уж и сильно ошиблась. Черкнула «меховая мать?» у себя в блокноте и решила, что надо поподробней расспросить о ней в следующий раз.

Потянулась было к диктофону, чтобы вновь поставить его на воспроизведение, но тут запиликал телефон. Звонила классная руководительница Хаён.

Учительница просила Сонгён немедленно прийти в школу. Сонгён сразу заволновалась и первым делом спросила, не поранилась ли Хаён, но ответ был отрицательный. Голос учительницы звучал холодно: мол, это не та тема, которую стоит обсуждать по телефону. Сонгён почувствовала, что ее ожидает что-то страшное.

Пытаясь справиться с беспокойством, она быстро собралась и поспешно выбежала из дома.

На месте Сонгён оказалась меньше чем через десять минут.

Классная руководительница, с которой она познакомилась при переводе Хаён в новую школу, поджидала ее в учительской, сидя за письменным столом, но сразу встала и повела Сонгён на участок для уроков природоведения, сказав, что лучше поговорить там. Огород, за которым ухаживали дети, всего за несколько недель основательно разросся.

Там учительница остановилась, глядя на грядки, отведенные ее классу. Похоже, теперь, когда они остались с глазу на глаз, она даже не знала, с чего начать.

— Так что случилось? — спросила Сонгён.

Учительница наконец заговорила, с трудом подбирая слова:

— Даже не знаю, как вы все это воспримете… Я сама не могу поверить, что Хаён сделала нечто подобное, но все дети, которые были с ней, говорят то же самое, так что я уже не знаю, что и думать.

Судя по тому, как она запиналась, дело было серьезное. Сонгён предположила, что у детей возникла какая-то внутренняя проблема.

— Лучше расскажите, что произошло, — попросила она.