Чтение онлайн

***

С неба валил густой снег. Полторы тысячи ратников расположились у обочины ведущего на юг тракта и стали обустраивать временный лагерь. Ополченцы валили деревья и разводили костры. Занимавшие более высокое положение храмовые дружинники ставили походные палатки и окружали лагерь частоколом. Один дневной переход от храма Юма и Живы.

В самом центре лагерной суеты горел большой костёр. Около него стоял Вейкко, окружённый офицерами Храмовой дружины и старшинами ополчения. Воины высказывались поочерёдно. Мудрейший внимательно слушал их, взвешивая и обдумывая каждое слово.

– Надо идти в Густошумье.

– Ни в коем случае! Путь слишком длинный, а успех никто не гарантирует.

– В Крайнесточье. За истоком Хили стоит храм Агуна и Кесы. Мудрейший Валентин присоединится к нам. До зелёно-красных отсюда самый близкий путь.

– Нужно устроить долговременный лагерь в каком-нибудь надёжном месте. Собрать там дружины всех храмов, ополченцев. Написать предельным князьям. Организовать большую войну, иначе мы проиграем.

– Пока ты там собираешься с силами, нас раздавят! Нужно действовать решительно.

– Поддерживаю. Возьмём штурмом какой-нибудь острог и призовём оттуда к войне. На деньги храма можно будет даже привлечь наёмников.

Спор офицеров был прерван. Двое подошедших караульных вели под руки человека. Правда, сопротивляться он явно не пытался. Шёл сам.

– Мудрейший, мы схватили лазутчика!

– Никто меня не хватал, я сам вам сдался.

Задержанный почтительно поклонился и попросил Вейкко о благословении. Мудрейший осенил человека круговым знамением. Лицо его показалось смутно знакомым.

– Кто ты?
– спросил Вейкко.

– Моё имя Вам всё равно ни о чём не скажет. Важнее от чьего имени я к вам прибыл.

– Так от чьего имени ты говоришь со мной?

– Меня послал князь Озеров.

Удивлённый шёпот прополз среди офицеров. Лазутчик протянул Вейкко письмо. Замерзшими пальцами мудрейший взломал печать и принялся вчитываться в послание. Перечитав несколько раз, он бросил бумагу в огонь. Листок взмыл над пламенем, пытаясь ускользнуть от него в небо. Но через мгновение ярко вспыхнул и опустился на горящие брёвна.

– Что там, мудрейший?

– Против нас вышла Поместная стража, - ответил Вейкко.
– С ними идёт отряд Тайной стражи. Их цель заключается в захвате храмового держания.

– Нужно немедленно возвращаться и организовать оборону храма!

– Если нас запрут в храмовом держании, то мы передохнем с голоду. Они же не такие дураки, чтобы идти на приступ!

– Надо дать битву на открытом месте.

– У врага больше конницы. И вообще численное превосходство.

– Зато у нас есть тяжёлая пехота и мы лучше подготовлены для битвы. Это ведь обычные стражники!

– Озеровы поддержат нас, если мы победим! Нужно вступить в сражение.

– Мудрейший, какой дорогой идёт стража?

– Прямо по тракту.

– По тракту...
– воевода Храмовой дружины задумался, - Прямо на пути её следования в двух переходах от храма располагается Орешкин овраг.

Воины продолжали совещаться. Метель усиливалась, заставляя языки пламени шипеть и клониться к земле. Над головами ратников трепетала заснеженная хоругвь. Красное солнце грозно пылало на её жёлтом поле.

Платок

Как и было приказано Валентин, мудрейший храма Агуна и Кесы, пришёл в Большой зал один. Несколько сопровождавших его храмовых дружинников остались за дверью. Деян Булатов посмотрел на годящегося ему в отцы хранителя с высоты отцовского престола.

– Предельный князь вызывал меня?
– мудрейший Валентин почтительно наклонил голову.

– Так и есть, - ответил ему Деян.
– Давайте сразу перейдём к сути дела. Много ли в Вашей резиденции важных книг и бумаг?

– Нет, не очень, - ответил немного озадаченный Валентин.
– Все основные архивы и библиотеки находятся в храмовом держании.

– Это очень хорошо. Потому что я даю Вам три дня, чтобы покинуть Вашу резиденцию. Она нужна мне для того, чтобы разместить в ней Тайную стражу.

– По какой причине? Хочу напомнить князю, что резиденция была подарена мудрейшим храма Агуна и Кесы ещё более двухсот лет назад.

– Причиной является военная угроза с востока, - ответил Деян.
– Но вы ошибаетесь. Резиденция не была подарена храму. Её сдали в аренду за символическую плату в одну калисту в год. Кстати, последние сорок шесть лет эта плата не вносилась в предельную казну. Так что когда будете покидать резиденцию, не забудьте оставить в ней сорок шесть калист. Желательно на самом видном месте.

– Но это же смешно!
– почти выкрикнул Валентин.

Голос мудрейшего эхом разнёсся по пустому залу. Юный князь очень хитро придумал. Дневной суд закончился, присутствовавшие на нём писари, князья, офицеры, стражники и члены семьи разошлись кто куда. Остались только молодой предельный князь и его ближайшие сподручные. По левую руку от престола стоял пристав Тайной стражи Пётр Родников, а по правую руку двоюродный дядя Эдуард Булатов, воевода Старшей дружины. Некому заступиться за мудрейшего, некому возмутиться творящимся беззаконием.

– Ха!
– воскликнул Эдуард Булатов - Ничего себе смешно. Сорок шесть калист это очень хорошая пригоршня золота.

– У Вас есть три дня, чтобы покинуть резиденцию и передать её Тайной страже, - повторил Деян.
– Так что выполняйте.

Не ожидавший подобных известий ошеломлённый глава храма Агуна и Кесы зло посмотрел в глаза юному князю, затем Петру Родникову и, наконец, Эдуарду Булатову. Бывалый воин опустил взгляд в пол.

– Эдуард, - обратился к нему мудрейший, - ты не заступишься за меня? Здесь же творится небывалое беззаконие! Ведь ты всегда был истинным защитником благой веры, что же случилось?

Воевода Старшей дружины посмотрел в потолок над головой Валентина, скривил плотно сжатые губы. Густая борода его пошевелилась.

– Валентин, я служу предельному князю, - наконец проговорил он.
– Не моё дело перечить ему в делах политики, ибо я просто воин. Так что выполняй то, что он от тебя требует.

– Хорошо, я покину свою резиденцию!
– вспылил возмущённый мудрейший.
– Вот только имейте в виду...

– Что нам иметь в виду?
– перебил его пристав Тайной стражи.