Чтение онлайн

– За деньги... Отступники... Не позорься уж, твоя жизнь закончилась!

– Нет, прошу, нет, я правда только за деньги...

Удар топора прервал его вопли. Остальные тайные стражники умерли молча. Вейкко встал на дымящийся паром окровавленный пень. Собравшись с мыслями он вобрал в лёгкие морозный воздух и выдохнул его горячим паром слов:

– Лесьяр Строгов, наш державный князь, защитник земли и сберегатель границ предал древнюю веру своих предков. Он принял чуждых богов, но это лишь внешняя сторона. На самом деле не молится он никакому Элаю или кому-там ещё. Он молится Мрозу и Килме.

Удивлённый гул прошёлся по толпе воинов и пленников. К своему удовлетворению мудрейший расслышал в нём и нотки ужаса.

– Люди, ратники, услышьте меня! Я не зря обращаюсь к вам всем без различий. Вы все мои дети, мы все сыны Позара и Светлобы. Сегодня была битва. Мои воины должны были победить или умереть. И они победили. Но на этом нет более никаких различий между нами. У нас с нет причин ненавидеть и убивать другу друга. Я обращаюсь к бывшим бойцам Поместной стражи. Вступайте в моё войско. Идите со мной. Мы вместе будем защищать благую веру. Князь-отступник хочет вернуть Эпоху Падения, хочет истребить всё живое в Рустовесской земле. Но все вместе мы не дадим этому случиться! Развяжите пленным руки.

Дружинники Вейкко пошли по толпе пленных, разматывая им пеньковые путы на запястьях. Подождав, пока все стражники освободятся, мудрейший продолжил.

– Мы не враги друг другу. Настоящий враг засел в Древгороде. Мы не мятежники, мы воины благой веры. Вместе с вами мы составим Благую рать. Придут ещё люди, стражники, ополченцы, дружинники. Множество молодых и сильных воинов. К весне в нашей Благой рати будет пятьдесят тысяч воинов и мы заставим Лесьяра Строгова сдаться. Мроз и Килма будут изгнаны из Рустовесской земли. Благая вера или смерть!

Один из немногих уцелевших офицеров Поместной стражи, пристав Егор Михайлов внимательно слушал каждое слово мудрейшего. Он постепенно отходил от горячки внезапного сражения. Всё произошло неожиданно, ужасно и кроваво. Никто не смог бы упрекнуть его, что он не сражался. Он бился до последнего. И если бы не пропустил удар древком в живот, то обязательно зарубил бы того ополченца насмерть. После чего наверняка был бы убит его товарищами. Так же как погибли рядом с Егором двое его сослуживцев, смотритель и младший пристав. Около часа Егор находился в полуобморочном состоянии. Ушибленный живот невыносимо болел. Но постепенно он пришёл в себя. Как выяснилось, эта странная битва закончилась. Их победители вели себя вполне мирно и сдержанно. Ничего подобного Егор не ожидал. Мрачное спокойствие победителей и зимний мороз постепенно успокоили разум. Что всё это значит?

В шестнадцать лет он поступил в Поместную стражу. И вот уже десять лет провёл на службе. Все эти годы он занимался гарнизонными делами, охраной порядка на вверенных землях, поиском и уничтожением разбойных ватаг. Но в этот раз всё было не так как всегда. Ненавидимый всеми пристав Тайной стражи повёл их против храма Юма и Живы. Против тех, кто защищает благую веру и хранит её уже много тысяч лет. С чего бы это? Егор вслушался в смысл слов Вейкко. Мудрейший верно говорит. Только безумец, чьим разумом овладели Мроз и Килма может послать стражу не против каких-нибудь разбойников и головорезов, а против своих же людей, против веры предков. Благая вера или смерть, вот верные слова. Давно никто не говорил так прямо и точно!

Когда-то его Дом имел хороший доход с заливных лугов, располагавшихся недалеко от их родового острога. Те места даже носили название Михайлового луга. Во время нашествия киврийцев и Вечерних королей по специальному распоряжению тогдашнего державного князя Красимира Строгова, трижды собирался срочный налог. Михайловы не смогли выплатить его сразу, поэтому луг был временно отдан в пользование Дворцовой управе, ведавшей хозяйством Великого Дома. Но когда долг был погашен, Михайловы не получили свои доходы обратно.

Много лет глава Дома безуспешно пытался попасть на аудиенцию к державному князю. Шесть лет назад это удалось Егору. Поездка в Древгород оставила неприятные впечатления. Город, забитый отъевшимися купцами, писарями управ, обнаглевшими высокомерными ратниками и бойцами Дворцовой стражи, свысока поглядывающими на вылезшего из глухих мест урядника Поместной стражи. Возвышавшийся на державном троне Лесьяр Строгов со скукой выслушивал молодого просителя, затем подвёл итог: вернуть Дому Михайловых половину дохода с лугов и произвести урядника Егора в приставы. Последнее радовало. Но это была кость, брошенная хозяином со стола своей собаке. Половина дохода с лугов, ранее полностью принадлежавших его Дому!

Никто в их семье не забыл такого оскорбления. Сначала потребовать срочные незапланированные сборы, потом в их уплату отнять такое благодатное владение, а затем вернуть лишь половину! Слова мудрейшего Вейкко всё более становились близки пленному приставу. Державный князь из своего зажравшегося Древгорода не только обирает верных своих слуг, он ещё и заставляет их сражаться друг с другом, ради того, чтобы на крови убитых возвести храм Мроза и Килмы. Можно терпеть поборы со стороны князя, защищающего страну. Но как служить правителю, душу которого пожрал Хлад? Который ради врагов живого развязал братоубийственную войну? Этого быть не должно!

Егор Михайлов сделал несколько шагов в сторону мудрейшего. Ушибленный в бою живот сильно болел. Он думал, что сейчас его схватят храмовые дружинники, но никто не стал его трогать. Тогда он более уверенно подошёл к пню, на котором стоял Вейкко. Мудрейший посмотрел на Егора сверху вниз.

– Благословите меня, - попросил пристав.

– Ты офицер?
– спросил Вейкко, чертя в воздухе круговое благоосенение.

– Да, мудрейший. Я хочу вступить в ваше войско, в Благую рать.

– Это очень хорошо, - Вейкко обратился ко всем.
– Мне очень нужны опытные воины и опытные офицеры. Вот первый кого я принимаю в Благую рать. Как зовут тебя?

– Егор, сын Андрея из Малого Дома Михайловых.

– Отныне ты воин благой веры, Егор!

– Если теперь я воин, разрешите мне сказать Вам?

– Конечно же.

– Я предлагаю повести рать на юг, на берег реки Хили. Там, на стыке границ Суломатья, Гужвоземья и Крайнесточья есть острог, которым владеет мой Дом. У Михайлова луга отличное место для того, чтобы построить лагерь, где мы сможем собрать ещё людей.

– Да, отлично. Проведём военный совет. Если другие офицеры одобрят, то поведём нашу Благую рать именно туда.

Увидев, как приняли в войско офицера, другие стражники тоже потянулись к мудрейшему. Прошло совсем мало времени и все семь сотен пленных влились в состав Благой рати. Воевода Дарён, громогласно обратился к Вейкко.

– Мудрейший, Благой рати нужен полководец. И по праву этим полководцем являетесь Вы. Ведите нас к победе! Ведите нас!

"Ведите, ведите!" - поддержали воеводу окружавшие. "Победа! Вейкко!" Открывавшаяся взору картина поражала воображение. Люди, которые всего несколько часов назад бились друг с другом не на жизнь, а на смерть, стояли рядом и выкрикивали имя мудрейшего. Ничего подобного главный хранитель храма Юма и Живы не мог себе даже представить. Вот он, ещё один знак от богов. Знак грядущей победы в великой войне за веру. Только что он создал Благую рать. Войско, в которое вступят новые люди, новые воины. Точно так же как только что вошли в него семь сотен пленных стражников. Сомнений быть не могло. Скоро он соберёт пятьдесят тысяч воинов. Все же остальные князья и храмы будут вынуждены вступить в его войско. И он, Вейкко, будет полководцем Благой рати. Пленным стражникам вернули оружие. Трудно было определить сейчас где его дружинники, а где новые ополченцы. Небывалое воодушевление охватило эти несколько тысяч мужчин и передалось возвышавшемуся над ними мудрейшему. Победа была неизбежна. Ратники махали над головами копьями, мечами, саблями и топорами, скандируя: "Вейкко! Вейкко, Вейкко!"