Чтение онлайн

У Макиавелли — автора пограничного между собственно Ренессансом и Новым временем — появляются новые нотки. У него есть одержимость и вера в собственные силы, присущие Ренессансу, но они проявляются не в реализации разносторонней человеческой личности, не в поиске гармонии, а в мрачном утверждении абстрактной, атомарной субъективности. В Государе, изнутри Ренессанса, звучит ему похоронная песнь.

С точки зрения лейтмотива нашей книги — единства и одиночества — цинизм и отчаянность Макиавелли предстают как первые формулировки политического одиночества (кстати, книга современного французского философа Л. Альтюссера о Макиавелли так и называется — «Одиночество Макиавелли» [1] ). Действительно, «государь», этот «новый князь», борется за власть, выпадая из всех привычных структур. «Новый» и значит, по Макиавелли, «одинокий». Только ценой одиночества князь и мог бы, как надеется Макиавелли, консолидировать Италию в политическое единство. Но он не может при этом никому доверять и сам должен постоянно проявлять вероломство. Таким образом, власть определяется по ту сторону признания, и ценой национальной солидарности итальянцев становится полная аномия и одиночество индивида — пока что только одного индивида, князя — властолюбца, но угадывается здесь и одиночество политического индивида Нового времени вообще.

Резонанс книги Макиавелли, как ни странно, связан с историческими событиями, иными, чем те, о которых он непосредственно писал. Писал он о маленьких итальянских городах — государствах. Но в XVI веке большие европейские королевства (Франция, Испания) секуляризуются, становятся территориальными и «суверенными». В результате реформации XVI века некоторые государства вообще порывают с Папой. А значит, они уже не держатся просто на традиции, а являются в каком — то смысле «новыми», даже если трон передается по наследству (в Англии, например, конфликт католиков с протестантами). На понимание политики влияет и открытие нового мира в Америке. Все эти процессы делают книгу, посвященную новому, строящему свою власть заново государю, особенно актуальной.

Но мы будем прежде всего говорить о самой книге Макиавелли и о ее авторе, личности в высшей степени замечательной.

Никколо Макиавелли родился во Флоренции 3 мая 1469 года. Флоренция, как и многие итальянские города позднего Средневековья, совмещала в себе элементы средневекового сословного города («коммуны») и античного города — государства. Флоренция была республикой, со сложной системой коллегиальных институтов сословного «представительства». Политические права в этой республике были максимум у 3000 человек. Но с середины 1434 года во Флоренции стало почти монопольно править буржуазное семейство Медичи — вначале республиканские институты сохранялись, но постепенно теряли значение. В 1494 году очередной Медичи, Пьеро, был изгнан из города, и с 1494 до 1512 года Флоренция вновь стала республикой. Вначале ведущую роль в ней играл монах Джироламо Савонарола. Это был протореформатор (предвосхищающий в чем — то Кальвина), талантливый проповедник настоящей религиозности (против ренессансного гуманизма) и теократической республики, который достиг ведущего положения во Флоренции благодаря своей харизме. Савонарола жег на кострах картины Боттичелли — его республиканизм и демократизм носили выраженный антиренессансный характер. Римский папа, разумеется, был в ужасе от этого деятеля, и ему удалось склонить на свою сторону влиятельных флорентийцев. В 1498 году Савонарола был сожжен на костре [2] . После падения Савонаролы главой («гонфалоньером») республики становится Пьетро Содерини, друг Макиавелли, и последний вскоре получает пост секретаря Десяти — совета, ведающего военными и иностранными делами (отсюда известное посмертное прозвище Макиавелли — «флорентийский канцлер»). Это высокий бюрократический пост. В течение четырнадцати лет пребывания на этом посту Макиавелли развивает бурную дипломатическую деятельность, ездит по всей Италии, встречается с важнейшими деятелями политики и культуры (ведет дела с Чезаре Борджиа, приятельствует с Леонардо да Винчи, дружит с выдающимся политическим деятелем и мыслителем Франческо Гвиччардини). В 1512 году республиканский режим свергают, и к власти снова приходят Медичи. Макиавелли арестовывают по подозрению в заговоре против Медичи, пытают и затем ссылают «в деревню» (то есть в небольшое поместье под Флоренцией).

Там, уже в 1512–1513 годах, он пишет своего «Государя», эту инструкцию для единоличных правителей — возможно, чтобы показать, что он может быть полезен не только республике, но и монарху. Макиавелли посвящает «Государя» одному из Медичи, Лоренцо (который как раз тогда становится правителем Флоренции), и посылает его ему. Но ответа не получает. Потом, в той же деревне, Макиавелли пишет гораздо более объемные «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия», где дает политические инструкции республикам. Затем он создает сучубо исторический труд — «Историю Флоренции». При этом в деревне он скучает и спасается от меланхолии только чтением и написанием книг. В 1526 году разражается международный кризис — большие европейские королевства (Франция и Испания) хотят подмять под себя Италию (то есть раздробленные итальянские города). Сначала Франция и Испания конкурируют между собой, но к 1526 году Франция проигрывает, и Италия рискует оказаться под властью Испании. Макиавелли наконец вызывают во Флоренцию и дают официальное поручение организовать союз итальянских коммун против врага. Он развивает бешеную активность и организует народное ополчение, собирает средства на строительство укреплений. У него ничего не получается. Надо сказать, что когда в Государе и в некоторых письмах Макиавелли говорил о последнем шансе спасти республику, то он оказался прав: неудавшийся ему в 1526 году союз, возможно, был действительно последним шансом объединить Италию в «национальное» государство по типу Франции и Испании. Следующий представится только в XIX веке. Правда, в результате побед испанцев режим Медичи снова слетает, и вновь воцаряется республика. Но Макиавелли на этот раз не берут в правительство. Он очень расстраивается и, не в последнюю очередь из — за этого разочарования, умирает в 1527 году. Только в 1532 году выходит из печати «Государь». А уже в 1552-м книга Макиавелли входит в издаваемый папой

«Индекс запрещенных книг». Как видим, у этого учителя искусства политики не все, мягко говоря, получалось, как он хотел. Что ж, как минимум половину в людских делах, по его собственному учению, решает фортуна… Но возможно, главное — не в результате, а в самой практике, тренировке «доблести».

Перейдем теперь к содержанию книги. Что в ней самое важное? На что нужно в первую очередь обращать внимание?

А. Начнем с ее структуры-. Макиавелли никак ее не обозначает, но при внимательном чтении она бросается в глаза.

Первая часть, главы 1 — 11, посвящена типам государств, и особенно новым государствам. Вторая (главы 12–14) посвящена военному делу, тому, что Макиавелли называет «оружием» (агта). В третьей части речь идет о качествах правителя и даются соответствующие практические рекомендации. Наконец, четвертая часть (главы 25–26) подводит мировоззренческий и практический итог книги, возвращаясь при этом к ее первым, вводным главам.

Б. Теперь поговорим более подробно о революционности «Государя».

Что отбрасывает и переворачивает ее автор?

Во — первых, сам жанр «Государя» — это ироническая инверсия популярного ренессансного жанра «Зерцало Принца» (инструкция наследнику престола, в которой ему предписывается быть скромным, справедливым, великодушным, благочестивым и так далее, а также даются соответствующие образцы). Макиавелли дает совсем другие инструкции: о том, что государь «должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности» [3] ; «по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться и зла» [4] .

Макиавелли активно пользуется понятием virtu, которое в Средние века обозначало «добродетель», в частности христианскую добродетель, основанную на самоумалении. Но наш автор понимает его совсем по — другому — способности к жестокой, целеустремленной политике, не заботящейся о спасении души. И здесь имеет место переворачивание. Поэтому по — русски лучше переводить virtu, как «доблесть» — к «добру» (Вопит.) она имеет мало отношения.

Чтобы понять революционность книги, важно понять, чего Макиавелли в ней не делает.

Так, он отказывается от употребления юридического языка (который в его время был обязателен для политической науки). Одновременно в этике Макиавелли отказывается от понятия справедливости (обязательного в схоластическом учении об обществе). В начале главы 12 Макиавелли дает чеканную формулировку:

Основой же власти во всех государствах — как унаследованных, так и смешанных и новых — служат хорошие законы и хорошее войско. Но хороших законов не бывает там, где нет хорошего войска, и наоборот, где есть хорошее войско, там хороши и законы, поэтому, минуя законы, я перехожу прямо к войску [5] .

Макиавелли отказывается и от подробного обсуждения типов режимов, в их аристотелевской классификации (монархия — аристократия — демократия). Он делит государства на республики и княжества (принципаты), но главное значение придает другому делению: на новые и старые государства. По сравнению со Средневековьем, мир очень упрощается. Но в то же время он становится непредсказуемым.

В. Основная мысль трактата Макиавелли — это новизна. (Мы помним, что на заре Нового времени, когда Макиавелли пишет свою книгу, идет открытие гигантских пространств в окружающем Европу Океане, в искусстве и в политике идет активное освоение пространства, дали.)

Автор «Государя» уделяет особое внимание — новым или «смешанным» княжествам. Его книга — своеобразная инструкция по ситуациям разрыва традиций. Заметьте, что новизна имеет и временной, и пространственный моменты: открываются новые земли, и в то же время в прошлое уходит эпоха, а начинается нечто беспрецедентное.

Макиавелли мало цитирует в своем трактате стихов, и каждый раз они выражают основные мысли книги. Так, в главе 17 цитируются слова Дидоны из «Энеиды» Вергилия:

Res dura et regni novitas me talia cogunt Moliri, et late fines custode tueri.