Чтение онлайн

— У меня украли ноутбук. Есть свидетель.

Змеи расползаются в стороны, и Томаса Крайта мягко подталкивают вперед.

— Скажи им, — говорит Титус, указывая на Ксандера.

Томас высовывает и вновь прячет язык.

— Я видел, как они выходили из общежития. Ссследовал за их теплом. Видел их… — он смотрит на меня, и я понимаю, что он пытается рассказать им о моей невидимости, но не может подобрать слов. — Я видел их ссс ноутбуком. Украли его и отнесссли в общежитие анимы.

Все смотрят на дракона-правдоруба, затаив дыхание.

— Правда, — невозмутимо заявляет Ксандер. — Кого ты точно видел? Укажи на них.

Томас делает шаг вперед и указывает на меня.

— Аурелию Аквинат, — затем он указывает пальцем на Сабрину, — и эту.

— Меня зовут Сабрина, — отвечает моя анима-леопард, скрещивая руки на груди и свирепо глядя на Томаса.

— Говори, только когда к тебе обращаются, — рявкает на нее Ксандер.

Сабрина делает шаг ко мне, но затем Томас указывает пальцем на Ракель.

— А потом этот волк ударил меня.

Дикарь резко поворачивает голову и смотрит на Ракель, и мой волк-аним, кажется, немного съеживается под этим яростным, испепеляющим взглядом.

— Правда, — заявляет Ксандер.

— Пусть трое обвиняемых выйдут вперед, — заявляет Ксандер, подзывая нас, как детей. Мы выходим втроем и встаем в шеренгу. Я рада, что Стейси спасена от этого.

— Сабрина Пантара, — говорит Ксандер. — Ты первая. Расскажи Суду, что ты делала с ноутбуком Титуса Клосона.

Сабрина открывает рот.

— Не лгите, — предупреждает нас Ракель. — Вы будете наказаны за это.

— Ничего, — ехидно отвечает Сабрина. — На самом деле я ничего не делала с ноутбуком. Я просто взяла его.

— Правда, — медленно произносит Ксандер. — Откуда ты его взяла?

— Из комнаты Титуса.

— Как ты туда попала?

— Взломала замок.

— Правда, — заявляет Ксандер. — Ракель Лоба, ты ударила Томаса Крайта?

— Нет, — спокойно отвечает Ракель. Я стараюсь не смотреть на нее, но она продолжает, тщательно подбирая слова. — Я просто т- толкнула его. Он упал и испугался. Перекинулся и у-уполз.

Позади нас смеется пара волков. Не над заиканием Ракель, а над тем, что произошло. Я так горжусь своим волком-анимом.

— Правда, — говорит Ксандер, и я могу сказать, что он сдерживает ухмылку. — Зачем ты это сделала?

Ракель выдерживает драматическую паузу, прежде чем ответить.

— Он выпустил клыки.

В зале раздается резкий вздох, и все с отвращением смотрят на Томаса.

Ксандер цокает языком и грозит пальцем Крайту, как будто это не федеральное преступление.

— Правда.

Томас по уши в дерьме. Ему ничего не угрожало, и в тот момент он не защищался. Из-за моего собственного преступления я совсем забыла о его преступлении, но гениальная Ракель, очевидно, нет.

И тут Титус, явно потеряв терпение, выплевывает:

— Спроси ее, — он указывает на меня уродливым пальцем, сдвинув густые черные брови.

— Говори, когда к тебе обращаются! — рявкает на него Ксандер. — Или я вышвырну тебя отсюда, Клосон.

— Это мой гребаный суд! — кричит Титус.

— А мне, блядь, плевать! — кричит Ксандер в ответ, и его глаза на мгновение вспыхивают красным.

Этого зрелища достаточно, чтобы заставить всех замолчать.

— Аурелия Аквинат. Наконец-то мы добрались до тебя, — рокочет Ксандер, и его голос сочится презрением. В моей голове он говорит: — Я, блядь, знал, что ты что-то замышляешь. — Но вслух произносит следующие: — Как ты была вовлечена в это гнусное воровство?

— Я была вдохновителем, — уверенно говорю я. — Я заставила Сабрину пойти со мной в общежитие анимусов, украсть ноутбук Титуса и принести к нам.

— Почему я не удивлен? — спрашивает Ксандер, а затем хмуро смотрит на меня. Он не может определить, правду я говорю или ложь сквозь мои щиты, и я позволяю себе слегка ухмыльнуться ему.

— Видите! — рычит Титус. — Она, блядь, улыбается! Никаких угрызений совести. Она бы сделала это снова.

— Это правда? — спрашивает Ксандер. — Ты не испытываешь угрызений совести из-за того, что украла собственность другого зверя?

Я поворачиваюсь и смотрю Титусу прямо в его жуткие темные глаза. Тигр тяжело дышит, зрачки расширены, ярость, исходящая от него — очевидная угроза. Он разорвал бы меня на части, будь у него хоть малейший шанс. Я улыбаюсь этой жестокости и отвечаю на нее собственным тихим доминированием.

— Я не испытываю никаких угрызений совести, и, честно говоря, если бы я могла вернуться в прошлое, то поступила бы точно так же.

Титус рычит и указывает на меня пальцем.

— Ты получишь то, что тебе причитается, Аквинат.

— Лия, прекрати, — умоляет Минни откуда-то позади меня.

— Хорошо, — говорит Ксандер, снова привлекая наше внимание. Я поворачиваюсь, чтобы встать вместе с Сабриной и Ракель.

— Итак, вы двое, — он указывает только на меня и Сабрину, — по вашему собственному признанию, виновны в вашем преступлении. Ракель Лоба?

Дракон поворачивается к Косе.

— Невиновна, — хрипит Коса.

— Кто лидер змей? — спрашивает Ксандер, растягивая слова.

Змеи перешептываются между собой, потому что я уверена, что Наталья была лидером их ордена. Вперед выходит круглолицая девушка. На ее щеке регистрационный номер яда, она одета в рваные черные джинсы и черную майку, под которой видны замысловатые татуировки змей на обеих руках. И у нее та же странная культовая татуировка в виде буквы «Б».

— Ты довольна вердиктом? — нетерпеливо спрашивает Ксандер.

У нее нет выбора, кроме как тихо сказать:

— Да. А Ракель хочет выдвинуть обвинения?

— Оно того не стоит, — рычит Ракель.

В зале раздается тихий смех самцов.

Мне почти жаль Томаса, которого публично объявили слабаком, но именно из-за него мы оказались здесь, так что я не могу испытывать к нему сочувствие.

— В таком случае, Сабрина Пантара и Аурелия Аквинат, вы признаны виновными…

— Нет, — быстро отвечаю я, делая шаг вперед.