Чтение онлайн

– Понимаю, – кивнула бизнес-вумен. Ее взгляд снова следил за партнером, и Грин невольно присмотрелся к этому мужчине.

Темные глаза и волосы, модная стрижка, лицо холеное, как и положено человеку, у которого водится достаточное количество денег, чтобы прекрасно жить и со вкусом отдыхать. Одежда дорогая: костюм-тройка из английской шерсти, судя по всему, сшит на заказ либо подогнан по фигуре. Подтянут.

Аксель мысленно выругался. Зачем он анализирует этого мужика? Потому что мисс Рихтер за ним наблюдает? Мало ли какой у нее мотив следить за своим партнером… Оценивает его в работе? Любуется?

– Что-то необычное заметили?

Теодора слегка повела плечом, и внимание детектива мгновенно переключилось. Его взгляд замер на тонких ключицах и иссиня-черных локонах, которые рассыпались по плечам, выпадая из прически. В очередной раз, оказываясь с этой женщиной практически наедине, он выпадал из знакомого мира.

– Нет, – без паузы ответила мисс Рихтер. – Если только чуть больше суеты, чем обычно.

– С чего бы?

– Мемориальное мероприятие отличается от обычного открытия бизнеса в Треверберге. Пришлось перекраивать программу. Но Мейсон справляется, насколько я могу судить.

– А какова ваша функция в этом процессе?

– Наблюдать. – Ее безупречная улыбка могла бы заморозить оазис в пустыне.

– Вы хотите мне что-то сказать?

Аксель замер, не вполне отдавая себе отчет, зачем он это только что спросил, а Теодора медленно оторвала взгляд от залы и посмотрела ему в глаза. Несмотря на астрономической высоты шпильки, она была ниже на голову и казалась хрупкой и одинокой. Обманчиво. Эта женщина сильнее всех, кого он когда-либо знал. Ее внутренним стержнем можно перевернуть землю, если найти правильную точку опоры. Так ведь? Или это обманчивая жесткость?

Грин настолько привык, что все вокруг не те, кем кажутся, что опасался делать выводы раньше времени. Но он бы слукавил, если бы заявил, что ему неприятна компания синеглазой женщины.

– Я бы много что хотела вам рассказать, детектив Грин, – с неожиданным теплом отозвалась мисс Рихтер, – и о многом спросить. Но не здесь и не сейчас.

– То есть к делу это не относится.

В ее глазах мелькнула усмешка.

– Я не знаю подробностей дела. Как вы там говорите обычно? «Даже несущественные детали»… – Она оборвала фразу и негромко рассмеялась.

Грин улыбнулся. Краем глаза он заметил, что Кеппел наконец остался в одиночестве и потянулся за шампанским. Отличный момент, чтобы действовать.

– О, узнаю этот взгляд, – снова вернула его внимание себе Теодора. – Вам, конечно же, нужно идти.

Он сдержанно кивнул.

– Хорошо, – сдалась она. – Я буду здесь.

Аксель снова посмотрел на нее:

– Так и будете на протяжении всего мероприятия… наблюдать?

– Пока дают такую возможность – да, – с прохладной вежливостью отреагировала Рихтер. – Это редкая удача. Если бы вы знали, как важно иногда оставаться в толпе наедине со своими мыслями. И как важно просто смотреть на происходящее со стороны.

На это возразить было нечего. Грин попрощался и направился к Кеппелу-младшему, который заметил детектива на подходе и, кажется, побледнел. Впрочем, черт их, аристократов, разберет: они почти всегда бледные.

– Добрый вечер, – поздоровался Грин, приближаясь.

– О, детектив. – Бастиан изобразил улыбку. – Пришли сказать, что вы закончили в доме и я могу наконец сделать там ремонт?

– Пришел сказать, что мне необходимо ваше сотрудничество с полицией.

По лощеному лицу британца скользнула тень, глаза вспыхнули, но он сохранил самообладание. Конечно, все они сохраняют лицо, независимо от того, что происходит внутри и снаружи. Этому стоит поучиться, но не у каждого получается. Ты можешь день за днем забивать свою психику аффирмациями на тему самого себя и мира, но не изменишь основу.

Грина держать лицо научили в армии. И это была жестокая – а потому незабываемая – школа жизни. Или, может, он получил эти навыки раньше? Еще в приюте? Кого волновали чьи-то чувства? Там ты либо возвышался над страданиями других, либо страдал сам. Аксель предпочитал сохранять путь одиночки, не касаясь местных разборок, но это не значит, что не был туда вовлечен. Особенно тогда, когда в приюте узнали о грядущем усыновлении. Невиданно! Чтобы пацана в четырнадцать лет забрала одинокая женщина. Что он только не выслушивал. И не вспомнить, какое количество слишком едких и пошлых носов было разбито в те полгода. Страшно представить.

– Я весь ваш, – фальшиво улыбнулся Бастиан.

Конечно, фальшиво. Вот в чем разница между военной выправкой и муштрой дворянина в двадцать первом веке. Бастиан Кеппел, младший лорд, которому никогда не отойдет наследство в полном объеме и который вынужден существовать на то, чем поделится брат, должен фальшиво улыбаться, чтобы сохранить крохи благосостояния и надежды. Да, сейчас он не ребенок и его бизнес вполне законный, достаточно крупный, чтобы удовлетворить потребность в роскошной жизни. Но, глядя на него, Грин видел другого человека: не такого сильного и притягательного для окружающих, того, кому приходилось выживать, осторожно выбирая собственный путь, и идти на мягких лапах.

– Мне нужен образец вашей ДНК.

С аристократа слетела маска. Он посмотрел на детектива с таким ужасом и удивлением, что тот на мгновение решил, что попал в цель. Кеппел боялся этого анализа. Почему?

Неужели все так просто?

– Да пожалуйста, – собравшись с духом, сказал Бастиан. – И у вас, конечно же, есть все документы?

– Получите их, когда явитесь в управление. Сегодня сможете?

Кеппел, обхватив тонкую ножку салфеткой, взял со стола одноразовую деревянную ложку, демонстративно ее облизнул и молча протянул Грину.

Однако.

Детектив вытащил из кармана пакетик для вещдоков, немало удивив аристократа, сунул ее туда и кивнул.

– Так даже проще.

– Вы всегда носите с собой… это?

Аксель холодно улыбнулся.

– Я же на работе.

– И явно знали, что заведете со мной разговор об этом унизительном тесте? Что у вас на уме, детектив? Решили подозревать меня?

Грин слегка наклонился к нему.

– Я был бы рад ответить на ваш вопрос однозначно «нет» или «да», мистер Кеппел, но не могу. Моя работа – проверять гипотезы и их отсутствие. К счастью, в этом деле достаточно вещественных доказательств.

– Ах, я понял. – Британец всплеснул руками. – Вы решили идти методом перебора. Какой у меня мотив?

– Это вы мне скажите. Какой у вас мотив лгать следствию?

На этот раз бледность была не аристократической. Кеппел уставился на детектива так, как лягушонок смотрит на удава.

– Лгать?..

– Мы видели фото. Вы и Анна Перо на различных мероприятиях в Треверберге. В клубах.

– Какие фото?..

– Вы забываете, что журналисты следуют за Анной по пятам. И не только за ней. Если хотите взглянуть, я с удовольствием распоряжусь, чтобы вам их показали. Вы лгали нам о степени близости контакта с жертвой. Это достаточное основание, чтобы занести вашу кандидатуру в предварительный список подозреваемых.