Чтение онлайн

Ее взгляд остановился на его губах. Теодора ничего не говорила, он тоже молчал. Он знал, что будет дальше, поэтому повернул голову, не позволив ей коснуться его губ. Поцелуй в щеку получился почти невинным. Тео замерла, касаясь его, а потом медленно отстранилась. К бледным щекам прилила кровь.

– Это не то, что вам нужно, – наклонившись к ее уху, проговорил он, почему-то чувствуя себя последней скотиной. – Что угодно. Кто угодно. Но только не я.

Она не ответила. А он почему-то не выпустил ее из объятий. Пусть поплачет. Отоспится. А завтра начнет жить эту жизнь заново. Без сталкера. Без несостоявшегося мужа, пьяницы, наркомана и гуляки. Без трупов и без него. Где бы он ни проходил, там поселяется смерть. Только вот ее отчаянная хватка, то, как она прижималась к его груди, то, как медленно и размеренно начинало биться ее сердце, говорило об обратном. Не смерть. Что-то другое. То, чему еще не дали названия, то, о чем не стоит думать, что не стоит обозначать.

Но все это будет потом.

Ему предстояло новое дело.

А ей – новая жизнь.

Конец апреля 2003 года

Париж

Ее пальцы замерли над черно-белыми клавишами фортепиано. Патетическую сонату Жаклин разучила год назад, но почему-то именно сейчас, вернувшись домой, решила вспомнить все, что когда-то умела. Играла как безумная. Пела. Плакала. Писала стихи и снова играла.

Жаклин почти не общалась с отцом, погруженная в мысли, думая о матери, о Треверберге, о своем решении стать профайлером – или кто там может расследовать самые громкие дела? И как с этим сочетается музыка? Она опустила руки, выгнула пальцы. Нет. Классику в сторону. Можно сыграть что-нибудь из любимого. Такое, чтобы за душу брало. Show Must Go On. Да, идеально. Знакомые звуки заструились по комнате, девушка блаженно закрыла глаза. Что бы ни происходило, шоу должно продолжаться. И жизнь должна продолжаться.

Открыв глаза, она вздрогнула. Отец стоял перед ней с каким-то пакетом в руках. Кристиан был бледен, но сосредоточен, характерно поджал губы. Жаклин убрала руки с клавиатуры и прерывисто вздохнула.

– Ну, давай, скажи мне что-нибудь еще. Тебе нужно уехать? И в конверте взятка?

Бальмон улыбнулся вымученной улыбкой человека, который до смерти устал.

– Нет. Выполняю волю твоей матери.

Желание шутить улетучилось.

– Волю?.. О чем ты?

– Она завещала передать тебе это. Когда ее не станет.

– Я боюсь смотреть, – честно призналась Жаклин.

По лицу Кристиана пробежала тень.

– Я тоже боюсь, – признался он. – Ты можешь бросить это в огонь. Или узнать то, что она должна была тебе рассказать, но так и не рассказала.

Жаклин поднялась с места, подошла к отцу, взяла у него пакет и опустилась на диван. Кристиан сел рядом. Пакет был объемным, казалось, что внутри лежит несколько тетрадей или конвертов. Сорвав сургучную печать, Жаклин вывалила себе на колени письмо и с десяток блокнотов. Удивленно осмотрела их, отложила в сторону и развернула письмо.

Здравствуй, Жаклин.

Когда ты получишь это письмо, меня уже не будет в живых. Оно – часть твоего наследства, наследства и проклятия. Часть жизни. Часть тебя. У тебя и так было достаточно поводов ненавидеть меня. Я и так была отвратительной матерью – и теперь это понимаю. Но не могу исправить, потому что прошлое не поддается корректировке.

Скорректировать можно память. Восприятие. Но не факты. Факты моей жизни нелицеприятны.

Но теперь ты узнаешь все. О себе. Обо мне. Это знание разрушит тебя, и ты заново соберешься. Надеюсь, твой настоящий отец будет рядом. Надеюсь, он подскажет, как нащупать только свою дорогу в этом сложном мире. Он мудрый человек.

К этому письму прилагаются копии части моих дневников. К сожалению, по молодости я была импульсивна и многое уничтожила, но то, что осталось, поможет тебе сформировать мнение обо мне, о себе и об этой реальности.

Прости меня за то, что лгала. Прости за то, что ни разу не нашла в себе сил для обычного разговора. Воспринимай это как мой последний подарок. Когда-нибудь ты поймешь, что правда – это лучший дар. Лучше сотен тысяч слов сладкой лжи. Одно горькое предложение правды. Никому и никогда не позволяй себе лгать. И не ври.

А теперь я напишу то, что должна была повторять тебе каждый день: я тебя люблю, дочка.

Прощай.

Анна

2 ноября 2024 – 22 апреля 2024

Москва

Эта книга была бы невозможна без того уникального стечения обстоятельств, которое зачастую определяет нашу жизнь.

Спасибо любимому редактору Екатерине Неволиной за мудрость, терпение и готовность выслушивать мои самые дикие идеи. Ты помогла найти мне свой путь, поймать, кто такая Анна Блейк и что она пишет. Спасибо за бережность и любовь к этой серии, спасибо за возможность и постоянство.

Спасибо Галине, тому удивительному человеку, который появляется всегда невероятно вовремя. Моя Питерская муза, мой самый строгий критик и самый верный друг. Благодаря тебе в этих историях все меньше сюжетных дыр.

Спасибо Анне Клирик за неизменную поддержку с первой строчки до последнего вздоха и за великолепные арты по миру Акселя Грина.

Спасибо Юлечке и Оле, двум девушкам – бета-ридерам, которые ждали главы даже глубокой ночью и читали, сопровождая процесс создания этой истории с первого слова и до эпилога. Благодаря вашей поддержке я смогла пройти этот путь до конца без серьезных потерь.

Спасибо любимому мужу за тот бизнес и жизненный опыт, который каждый раз позволяет мне заглядывать глубже в любые процессы и выводить необходимые вещи в книгах. Все, чем мы живем, нас обогащает. А книги – это результат переработки внешних потрясений, опыта.

Спасибо маме. Всегда.

И спасибо вам, мои любимые читатели. Ваши отзывы, ваши комментарии, ваше участие, фотографии, впечатления и просто то, что вы рядом, делает меня счастливее. И заставляет идти вперед, несмотря ни на что.

До встречи в новых расследованиях!

С любовью и теплом,

Анна Блейк