Чтение онлайн

Внизу, под таким неустойчивым и старым на вид мостом шумела река Гилюй. Широкая и глубокая, с бурным течением и довольно холодной водой даже летом. В этой, самой узкой ее части она имела каньонообразный рельеф с высокими скалистыми берегами. Видимо, именно по этой причине кто-то и построил мост именно здесь. Длина его была примерно метров сто-сто пятьдесят, но ощущения, что это мало, не возникало, а наоборот, вода словно бы увеличивала расстояние. Казалось, что скалы зажали свободолюбивую реку меж собой, и она пытается вырваться из этих тисков, поэтому течет здесь быстрее обычного и сильно шумит, словно возмущаясь.

– Давайте я первая попробую, как сама легкая, – предложила Катя.

– Мы все вчера слышали про многоэтажку, – возразил ей Толя, – поэтому, думаю, не стоит. Первым должен пойти мужчина, а в принципе мы должны идти парами, в связке.

– Ладно, герои, – ухмыльнулся Федор, – я пойду первым. Что, Кэнти, пойдешь со мной, как раньше? – спросил он Аллу и хитро подмигнул ей. – Или растеряла уже весь свой кураж?

– Главное, чтоб ты не растерял, – ответила она ему грубо, но все же подошла к Феде, который уже стоял у моста.

Ее русые волосы, которые даже здесь, в тайге, были уложены в красивую прическу, развевались на ветру, новый туристический костюм выгодно подчеркивал точеную фигуру, а с лица сошел налет грусти и усталости – амазонка, не иначе. Это заметили все. Федор же вдруг по-доброму, совсем не как до этого, посмотрел на нее, и она ответила ему тем же.

По мосту они пошли медленно, осторожно наступая на деревянные дощечки, совсем не внушающие доверия. Все с замиранием сердца наблюдали за одноклассниками, смотря на них с восхищением, как на первопроходцев. Когда же Алла и Федор дошли до противоположного берега и ступили на землю, то начали хохотать и обниматься, одновременно махая призывно друзьям, призывая не бояться переходить.

– Ну, одно могу сказать однозначно: мост сплачивает, – прокомментировал Толя их танцы, – и наши вечно ругающиеся одноклассники забыли о своих распрях.

– Тогда предлагаю пойти нам с тобой, – сказала Катя, глянув на Галину, словно протянув той трубку мира.

Галя ничего не ответила и, лишь немного поколебавшись, направилась к мосту. О чем они говорили, ребятам не было слышно, шумевшая река проглатывала слова. Одно было понятно – разговор был не из легких, но возможно именно он помог девочкам быстро и без лишнего страха перейти на другой берег. Дойдя, они не обнимались, как предыдущая пара, но уже не прятали друг от друга глаз.

Когда на противоположной стороне оказалась уже половина группы, все приободрились. То, что еще несколько минут назад казалось страшным и непроходимым, сейчас стало лишь приключением.

– Ну что, могём и помним, – пошутил Денис. – Мастерство, как говорится, не пропьешь. Давай, Гоша, теперь мы с тобой.

– Нет, – возразил Анатолий. – Мы пойдем с тобой замыкающими. Пусть сейчас идут Кондрат и Гоша.

– Нет, – так же твердо сказал Денис. – У них нет подготовки, а мы с тобой пусть пятнадцать лет назад, но все же это уже проходили. Ты пойдешь с Кондратом, а я в паре с Гошаном. Вы вперед, мы будем замыкающими.

– Прекрати ерунду нести! – почему-то закричал Анатолий. – Я тебе сказал, что мы пойдем первые.

– Не надо на меня орать, – сквозь зубы процедил Ден и даже побагровел. – Ты тут не у себя на канале, и я, знаешь, тоже не мальчик. Если я попросил у тебя помощи, то я вовсе не раб, и вообще забудь. Ничего мне от тебя не надо, сам справлюсь. А теперь вперед, на мост, – еле сдерживая гнев, сказал Денис.

Всем, кто наблюдал эту картину, казалось, что еще одно брошенное слово Анатолия, и Денис ударит его.

Видимо, понял это и Толя, потому что, сцепившись с Кондратом, он первый выдвинулся на мост. Преодолев путь до середины, Анатолий обернулся на оставшихся Дениса и Гошу и улыбнулся им, возможно, хотел сгладить скандал и помириться. В этот момент одна из досок треснула под ногой Толи, и та провалилась, застряв.

Мост задрожал и закачался, а Кондрат не смог удержать равновесия и перевалился через низкие перила и повис на страховке, связывающей его и Анатолия. Из-за этого подвесной мост еще сильнее закачался и накренился вправо. Застрявшая нога Анатолия еще больше уперлась в доски, и те своими острыми трухлявыми краями стали распарывать кожу. От боли и страха он закричал нечеловеческим голосом: «Помогите!»

Этот призыв услышали с обеих сторон, даже через шум Гилюй-реки.

Денис рванул было вперед и увидел, что с другой стороны, очень осторожно наступая на дощечки, уже идет Катя. Время шло на минуты, Кондрат тянул Анатолия за собой и разрывал его ногу еще больше. От боли Анатолий все сильнее кричал и казалось, что еще мгновение, и они вдвоем полетят в реку. Идти по мосту было сложно, так как он накренился и шатался, потому и Денис и Катя передвигались очень медленно. Когда им обоим оставалось до Толи метров двадцать, Кондрат, понимая всю ситуацию, взглянув на них по очереди, крикнул:

– Встретимся на месте! – и перерезал веревку.

Мост сразу пришел в движение, и Катя с Денисом еле устояли на нем, зато, покачавшись, он вернулся в свое обычное положение. Денис посмотрел в низ, там Кондрат, вынырнув, боролся с течением и пытался грести к берегу, хотя это ему тяжело давалось. Нисколько не мешкая, Ден снял обувь, связал кроссовки шнурками, повесил на пояс и, повторив только что сказанную Кондратом фразу, прыгнул в низ.

Он не видел, но Катя спустя несколько секунд последовала его примеру.

1909 год

Теплоход Каролина

Ольга с детства не переносила качку, поэтому данное путешествие ей давалось тяжело и болезненно во всех смыслах.

Вдалеке уже виднелась земля, чужая земля. Может быть, раньше Ольга бы и обрадовалась этому обстоятельству, но не сейчас.

Сейчас ее сердце осталось там, в России.

– Вот руку могу дать на отсечение, что стоишь и по своему Николеньке Гусару убиваешься, – съязвила подошедшая к Ольге Сонька Золотая ручка. – Плевать мне на тебя, девка, вот честно говорю. Губи свою жизнь, сколько хочешь. Как только доберемся до Нью-Йорка, дорожки наши с тобой разойдутся. Последний совет тебе дам бесплатно, хочешь бери, а не хочешь – здесь на палубе оставь. Вот ты думаешь, зря я себе могилы делаю, все это от глупости бабьей? Не сразу он, тот самый ум-то приходит. Прячусь я, следы путаю, потому что некоторые перестанут меня искать только на том свете. Вот влюбился в меня надзиратель однажды, говорил, давай спасу я тебя, из тюрьмы вытащу. Красивый, здоровый, с такими, знаешь, роскошными усами…

– Вытащил? – спросила Ольга, кутаясь в шаль, накинутую поверх дубленки.

– Вытащил, – подтвердила безрадостно Сонька, – только потом сам чуть не угробил. Усы те мне будут во сне являться до конца жизни.

– Убила его? – хмыкнула она надменно.

– Зачем же своими-то руками, – ответила Сонька. – Я сделала так, что его убили полицейские. Одни беды от тех мужиков, а в которых ты влюблена, бед еще больше. Не сразу, но чутье, что я должна их лишь использовать для своей выгоды и ничего больше, пришло и очень помогло мне в жизни, чего и тебе желаю. Запомни это правило, иначе недолгой будет твоя жизнь.