Чтение онлайн

— Мне нужно уехать.

Молчу, ожидая продолжения разговора, но его нет. Чувствую, как воздух вокруг нас плавно меняет температуру, заставляя поежиться. Отворачиваюсь и выбираюсь из плена цепких рук.

— Ничего не скажешь? — Киллиан не двигается с места. Только пониженный тон его голоса выдает в нем толику замешательства.

— А нужно? — разворачиваюсь и надеваю на лифчик свою домашнюю рубашку, сброшенную этим же мужчиной около получаса назад. Сегодня мы не занимались сексом. Все это время Кил просто касался меня — легко, нежно. Даже как-то целомудренно. — Ты не обязан отчитываться передо мной.

— Если тебе интересно, то я могу рассказать.

— Не думаю, что наши отношения подразумевают откровения. Давай все так и оставим.

Сама не понимаю, почему я это сказала. Конечно же, я хотела знать, куда он уезжает. Сколько его не будет. Почему ему нужно покинуть поместье, потому что с дня рождения Ника он не уезжал из дома дольше, чем на день. Но Киллиан услышал именно то, что я озвучила, а не то, о чем думала. Только едва ухмыльнулся, качая головой. Медленно встал с кровати, натянув на обнаженный торс футболку, и направился к выходу под бешенный стук моего собственного пульса в ушах.

— Хорошо, Солнце. Оставим все так, как есть сейчас. Не скучай.

Дверь, закрытая с обратной стороны, захлопнулась бесшумно, чего не скажешь о моем сердце, методично выносящем ребра из груди. Не понимаю, почему сейчас мне так некомфортно. Все, что происходит между нами — исключительная физика. Никаких проявлений больших эмоций мы не согласовывали. Мне это не нужно. Ему тоже. Я все правильно сказала. Тогда какого черта меня так заворачивает?

— Тиф, ты слышишь? — Ник трясет меня за плечо. — Ты уснула что ли?

— Что?

— Говорю, есть пошли, мы уже закончили семейный ликбез по гостеприимству, — Хоггард закатывает глаза, через секунду снова возвращая их ко мне. — Или ты не хочешь?

— Нет-нет, отличная идея. Пойдем.

Николас каким-то странным взглядом рассматривает мое лицо, а затем участливо гладит по волосам, меняя тональность собственного голоса:

— Если не дает о себе знать, значит не может. Но с ним все хорошо. Это же Кил.

— Что?.. Я не… — теряюсь от прямолинейного ответа Ника, чувствуя, как щеки заливает жар.

— Я, может, и шут, но точно не дурак, сестренка, — мужчина улыбается и обнимает за плечи, притягивая к себе. — Пошли уже поедим.

Final Call — Koven

Киллиан

— Я правда ничего не знаю, клянусь! — наблюдаю, как капли густой крови стекают с размазанного лица, и ничего не испытываю. Столько раз видел эти многочисленные показательные порки, где итог бывает и похуже, но внутри, как и с самого начала, только пустота.

Глухой удар в челюсть сотрясает темное и сырое пространство. Меня выцепили буквально час назад, обещая нужную информацию от осведомителя, но это снова оказалось фэйковым дерьмом. Пока Крис откровенно развлекается, разукрашивая и так уничтоженную морду здорового бугая, я расслаблено поднимаюсь с кресла и подхожу ближе, давая своему подопечному знак отойти. Молодой мужчина, который недавно пополнил наши ряды, но, тем не менее, уже активно набирает авторитет среди старых членов команды, послушно оставил в покое многострадальное кровавое лицо и уступил мне место.

— Ты знаешь, кто я? — задаю вопрос максимально ровно, с отвращением рассматривая искалеченное ничтожество. — Я не слышу.

— Да, — не то хрип, не то стон вырывается из горла оппонента, а заплывшие глаза пытаются сфокусироваться на мне.

— Ты что-нибудь знаешь о Тиффани Барлоу?

Новый вопрос, который при каждом своем звучании заставляет что-то далеко внутри моего абсолютно не умеющего сочувствовать сознания содрогаться в страшной конвульсии. Мужчина напротив ожидаемо качает головой в разные стороны, подтверждая мои догадки.

— Кто тебя прислал? — палю его взглядом, но знаю, что не услышу ответа. Его пытали несколько часов, но так и не вытянули ни слова. — Говори!

Мой крик остервенело рассек пространство. Голые стены подвала, отсыревшие из-за стоявших неделями дождей, непереносимый запах гнили и мочи, лужа крови под стулом, на котором сидит всего лишь пешка во всем этом спектакле. И он знает, что его дни сочтены.

Резко прокручиваюсь на сто восемьдесят градусов и киваю Крису, чтобы заканчивал. Один единственный щелчок, скрываемый от внимания нежелательных свидетелей глушителем, и мучения закончены. Не глядя, покидаю подвал, вытирая руки об полотенце, протянутое кем-то из моих людей. Плавно выхожу на воздух, пропитанный свежестью только что прошедшего дождя. Сумеречная темнота обостряет усталость, накопившуюся за все эти дни, проведенные в поисках. Медленно закуриваю сигарету, глубоко затягиваясь никотином, наполняя лёгкие губительной, но на данный момент максимально спасительной отравой.

— Что думаешь? — Карим, моя правая рука и верный соратник, встаёт рядом и тоже закуривает.

— Хуйня все это. Они знают, что мы роем, — шумно тяну носом воздух, закидывая голову, — нам готовят подставу.

— И я так чувствую. Будь осторожен, брат.

— И ты, брат.

Он уходит к парням, чтобы дать новые указания, и оставляет меня одного. Вытаскиваю из кармана телефон, бесконечно прокручивая в голове сегодняшний допрос, как и все предыдущие за эти дни, и пытаюсь найти хоть какую-то зацепку. Но что-то постоянно ускользает. Что-то важное.

На дисплее высвечиваются три пропущенных от мамы. И ничего от Тиф. Ни одного вопроса за все время, что я отсутствовал. Что ж… Тем проще. Набираю знакомый номер и жду, затушивая окурок носком ботинка.

— Кил, дорогой! — в трубке раздается звонки голос, который невольно заставляет меня улыбнуться. Раньше я ездил в поместье только из-за этой женщины. Теперь к ней прибавилась ещё одна. — Я очень тебя прошу приехать к нам сейчас. Я говорила, что приезжает моя подруга с дочерью, я хочу, чтобы мы все были в сборе.

— Мам, я…

— Киллиан Себастиан Хоггард! Чтобы был дома в течение двух часов! Иначе я за себя не ручаюсь!

Короткие гудки на другом конце провода знаменуют конец разговора. Предательский смешок всё-таки вырывается наружу, потому что мама в гневе — то ещё зрелище.

— Карим, — жду, пока друг подойдёт ближе, — на сегодня закончи за меня. Мне нужно отлучиться.

— Без проблем, — мужчина в беспокойстве свёл свои густые темные брови. — Все в порядке?

— Да, семейный сходняк.