Эфирия Конец Эпохи
Шрифт:
— Ничего себе? Не так плохо? — возмутился Зулур. — У него пол тела в ожоговых крапинках, а вся левая сторона головы — от лба — превращена в опухший кровавый фарш. И заметь, это видно из-под повязки.
Матис, продолжал крутить зеркало вокруг головы, не обращая внимания на слова своих спутников.
— Настоящий воин, — сказал гордо Матис.
— О чем это ты, парень? — спросил Тарард.
— С этими шрамами я похож на настоящего воина, — ответил Матис. — Когда вернусь, все увидят эти шрамы и то, что получил их в боях с драконом и дикарями!
Никто ничего не сказал, только ухмылки появились на лицах Тарарда и Нергала.
Прошли дни, на светло-фиолетовом небе не было ни облачка. Легкий ветерок гулял по степям. По грубой почве, приминая высокую золотистую траву, двигались две длинные повозки. В каждую повозку были впряжены по два быка. Они двигались медленно в восточном направлении Бескрайних степей.
В первой повозке лежал переложенный шкурами, чтобы отбить хоть часть запаха, весьма странный груз. Правил повозкой громадный орк, а с ним рядом сидели некромант и гоблин. Во второй, что ехала за следом, было много припасов, в конце повозки — на краю — сидело шесть оживленных орков, которые молчали и практический не шевелились. Правили этой повозкой два человека, ведя себя так же молчаливо, как и их пассажиры.
— И почему эти мертвяки поехали с нами? — возмущенно спросил Тарард.
На слова охотника повернулся один из нежити, посмотрев своим бледным лицом с засохшими кровоподтеками и безжизненными глазами, внутри которых, по радужке пульсировала энергия голубого цвета.
— Ну, что уставился? — спросил Тарард.
Мертвец медленно отвернул голову назад.
— Ты же не боишься их? — спросил с усмешкой Матис.
— Нет, но лучше бы они ехали с Нергалом. У нас все же здесь припасы.
— У них и так перегружена телега.
— Медленно, слишком медленно тащимся, некромант, — сказал Зулур. — А эти звери еще и жрут подолгу, а воды им сколько надо…
— А я что могу сделать? — спросил Нергал. — Хорошо, что наш зеленый друг знает эти места и местоположение колодцев и водопоев.
— Мог бы сделать из них мертвецов? — спросил Зулур. — Те костяные лошади были весьма резвыми. И их не надо было кормить и поить. Если быков убить и оживить, они будут идти быстрее?
— Если больше потратить на них своей энергии, то да, — ответил Нергал.
— Ну так что?
— Я тебе уже рассказывал, энергия у мага не безгранична. Нас впереди ждут большие дела, и она мне еще понадобится.
Гоблин буркнул что-то непонятное в ответ.
— Ты мне лучше скажи, — продолжил некромант, — почему поснимал свои безделушки и одеяния, перевязанные из шкур, позаимствованные у дикарей. Не из-за нас?
— Плевал я, некромант, на то, что вы думаете и говорите, — рявкнул Зулур. — В нашем походе в этом не так удобно.
— А с собой взять?
— Я лучше возьму побольше камешков и побрякушек, желательно, золотых, а одёжу какую захочу потом приобрету. Я надеюсь, то, что мы нашли, — это было только начало?
— Надейся, — ехидно сказал некромант. — Теперь бы я хотел поговорить с нашим новым другом.
— Эх, ну давай. Поперевожу для тебя, — ответил Зулур.
— Чагат, я хочу, чтобы ты мне разъяснил более подробно некоторые ваши обычаи и ответил на некоторые вопросы, — сказал Нергал орку через гоблина.
— Хорошо, шаман мертвецов, — сказал Чагат, — спрашивай, что хочешь, все, что знаю, я тебе расскажу. Только поклянись своими предками, что ты поможешь моему роду и он не сгинет в степях.
— Предками? Пусть будет так — ответил Нергал. — Выполни свою часть уговора, и вопрос о выживании твоего племени тебя не будет беспокоить.
— Вернее остатков от племени? — добавил гоблин. — И чего ты о них так переживаешь? Ты у них ведь был, мягко говоря, не в почете.
— Я оргаш, значит, изгнанный, чужой, — ответил Чагат. — И это не племя, а Род, там все родня.
— И что же вы, имеете потомство от родственников? — поинтересовался Зулур. — Если вы не знаете, это может плохо кончится.
— Воины приводят норгу из других родов, — пояснил Чагат. — Когда несколько Родов готовы объединиться и принять общие традиции, этот Род становится кланом. Кланы тоже могут соединиться в одно племя, но при этом каждый клан племени живет отдельно по своим обычаям.
— Зачем делать племя, если все остаются при своем и живут врозь? — спросил Нергал.
— Когда много орков вместе, тяжело прокормиться, много охотников в одном месте, — ответил Чагат. — Но если нападет враг, племя объединяется. Вместе защищаться легче.
— Пожалуй, — согласился некромант. — Теперь давай по порядку. Ну, во-первых, за свое племя, — Нергал осекся, — за свой Род можешь не переживать. Мы поможем им, когда я получу, что мне надо, на их малое количество в вашем лагере достаточно припасов, чтобы им прожить. Во-вторых, как я понял, изгнанных из племени называют оргашами?
Чагат кивнул, подтверждая слова Нергала, переведенные гоблином.
— Теперь расскажи мне, — продолжил Нергал, — за что тебя изгнали? И почему все изгнанные держались вокруг лагеря?
— Оно тебе надо, некромант? — спросил недовольный гоблин.
— Я хочу побольше узнать об орках и их традициях. А ты что, устал переводить? — спросил Нергал с напущенной чернотой на глазах и образуя кольцо черного тумана вокруг шеи гоблина.
— Не устал, — сказал Зулур, пытаясь отмахнуться от кольца тумана.
— Ну и прекрасно, — сказал Нергал, — тогда продолжим.
Некромант смахнул рукой, его глаза стали обычными, а черная магия вокруг шеи гоблина рассеялась. После чего Зулур потер шею рукой, поворачивая голову в разные стороны, продолжив переводить.
— Быть оргашем страшный позор, — сказал Чагат, отвечая на вопросы некроманта. — Изгнать из Рода могут за нарушения заветов предков, традиций или из-за бесполезности для Рода. Часто это бывают безродные орки, которые не смогли найти себе пару или дать потомство, а когда они больше не могут приносить пользу, охотится или воевать, их изгоняют из Рода. Они опозорили себя и своих предков, что не смогли получить не в одном роде права на женщину, а значит — у них не будет потомства, что будет почитать его, а у такого орка нет уважения.