Чтение онлайн

– Марина с девочкой - мои гости. Вы не входите в их число.

– Борзый, да?

Он отступил и сжал кулаки. Несколько мгновений мы разглядывали друг друга. Передо мной стоял высокий и некогда красивый мужчина. Но теперь его лицо изуродовал алкоголь. Темная кожа, мешки под глазами, давняя щетина на щеках... А еще мятая, несвежая одежда, разбитые ботинки. И запах перегара изо рта.

Я сделал легкий посыл. Он разжал кулаки.

– Все равно приду, - сказал зло.
– Имею право. Девочка моя дочь.

– Раньше вас это не волновало.

– Не твое дело!

– Мое. Марина работает на меня. Я обязан оградить ее от приставаний. Увижу вас у ее квартиры, спущу с лестницы.

– Вызову милицию!

– Вызывайте!
– согласился я.
– Прямо сейчас. Ну?

Он насупился.

– Все равно суд признает меня отцом!
– сказал, помедлив.

– Возможно, - кивнул я.
– И назначит алименты.

– Это с чего? Я буду жить с дочкой.

– Давно видели себя в зеркале?
– спросил я.
– Считаете, что суд отдаст такому, - я выделил последнее слово интонацией, - ребенка? У вас пять приводов в милицию - два по жалобе соседей, три за появление в общественном месте в нетрезвом виде. Штрафы за которые вы, кстати, не заплатили.

– Откуда знаешь?
– насторожился он.

– Сорока на хвосте принесла. Я всё о вас знаю. Вы Гриц Максим Николаевич, 1987 года рождения. Временно безработный, что и понятно. Кому нужен пьяница? Не вы, а Марина подаст на вас в суд - как опекун девочки. Установит отцовство, истребует алименты. Не заплатите, обратится к судебному исполнителю. Вас сделают обязанным лицом, заставят работать принудительно.

– Это мы посмотрим!
– буркнул он, впрочем, без уверенности в голосе.

– В общем, так, Максим Николаевич, - сказал я.
– У меня к вам предложение. Вы уходите и более не появляетесь - никогда. В таком случае все останется по-прежнему. В противном... У меня хватит денег нанять хорошего адвоката. И он сделает так, что вы тысячу раз проклянете день, когда вздумали угрожать Марине.

Он засопел и посмотрел исподлобья.

– Дай на бутылку!

– Это с чего?

– Трубы горят. Тогда уйду.

Жанна за моей спиной зашипела.

– Могу дать, - согласился я.
– Но это будет последней выпивкой в вашей жизни. Согласны?

– Ха!
– усмехнулся он.
– Давай!

Я достал из бумажника купюру. Он выхватил ее из моих пальцев и побежал прочь. Я проводил его взглядом.

– Зря дал, - укорила Жанна.
– Теперь повадится.

Я покрутил головой. Мы вернулись в подъезд и поднялись на лифте. Марина с девочкой ждали нас на креслах в прихожей. Даже не разделись. Аля вскочила и подбежала ко мне.

– Плохой дядя ушел?

– Да, солнышко!
– улыбнулся я.
– Даже убежал.

– Больше не придет?

– Никогда!

Она протянула мне ручки. Я подхватил ее и прижал к себе. Меня окатило волной радости. Мозг в рюкзаке заурчал.

– Так, - сказал я.
– Раздеваемся и за стол. Я приготовил замечательный суп. И картошку с мясом.

– А конфеты?
– поинтересовалась девочка.

– Аля!
– возмутилась Марина.

– Конфеты тем, кто хорошо себя вел, - сообщил я.

– Я не баловалась, - поспешила Алиса.
– Ваську ударила, потому что сам лез. Я дом из кубиков складывала, а он бурит. Я говорю: "Не бури!", а он все равно бурит. Я и стукнула.

– В углу стояла, - сообщила Марина.

– Значит, отбыла наказание, - заключил я.
– А два раза за один поступок не наказывают. Конфету получит.

Аля клюнула меня в щеку.

– Балуете вы ее, Николай!
– вздохнула Марина.

– Будет тебе!
– вмешалась Жанна.
– Кого баловать, если не такую девочку. Хоросенькая моя!
– засюсюкала она и забрала у меня Алю.
– Давай помогу тебе раздеться...

***

К магазину Максим домчался в один миг. В торговом зале направился к винным полкам, где положил в корзину две бутылки коньяка местного разлива. Он интеллигентный человек, а не какой-то алкаш. Напитки будет пить благородные. К тому же этот богатенький дал ему сто рублей. Потому Максим от него и рванул - чтоб не передумал. Две бутылки обойдутся в тридцать рублей, еще семьдесят останется. Живем!

Проходя мимо полок со сладостями, он бросил в корзину шоколадку. Зажевать хватит, остальное купит у дома. Зачем тащить?

В этот вечерний час к кассам стояли очереди. Максим пристроился в хвост и затоптался от нетерпения. Хотелось немедленно скрутить пробку с бутылки и влить в рот ароматную жидкость. В магазине нельзя. Вызовут милицию, выпишут штраф, отберут деньги... Надо потерпеть.

На него поглядывали - удивленно и брезгливо, но он не обращал на это внимания - плевать. Очередь двигалась медленно - люди покупали помногу, на Максима вдруг накатили воспоминания. Знакомство с Полей... Он увидел в троллейбусе симпатичную девушку и сделал ей комплемент. Та смутилась, но быстро оправилась. Они разговорились. Максим знал, что он нравится женщинам. Высокий, красивый, язык подвешен... Он проводил Полю к дому и по пути узнал все. Живет одна, есть собственная квартира. Чтобы ее купить, продали квартиры покойных бабушек - одну в Бобруйске, вторую в Могилеве. Работает Поля экономистом. Платят немного, но жить можно.

Информация Максима устроила. По всему видно, что девушка доверчивая - все о себе выложила. Он такую искал. Снимать в Минске жилье дорого. Зарплата у менеджера по продажам небольшая. Половину отдай, а на что жить?

Спустя неделю Максим переехал к Полине. Жизнь наладилась. По утрам его ждал завтрак, вечером - ужин, в постели - ласковая женщина. За квартиру платить не требовалось. Денег стало хватать на бары, куда Максим заваливался с приятелями. Полине, правда, это не нравилось, но кто ее спрашивает? Все шло хорошо, пока эта дура не залетела. Максим предложил ей сделать аборт, и она взбеленилась. Заявила, что верующая, на убийство не пойдет. Они разругались, Максим заявил, что уйдет. Он ждал, что Поля одумается и сделает, как он предложил. Влюблена ведь. Однако коза уперлась. Пришлось перебираться на квартиру. Денег вновь стало мало, а выпить хотелось.

После этого покатилось. Сидеть в баре было не за что. Максим стал покупать пиво, наливаться им дома. Скоро перешел на водку. На работе пошли неприятности. Кому нужен пьющий сотрудник? Ему с покупателями общаться, а от него перегар... И рожа мятая. Уволили раз, затем второй. Менеджер по продажам - востребованная профессия, но устраиваться стало трудно - дурная слава шла следом. Со съемной квартиры Максим перебрался в комнату, затем - на жилплощадь площадь приятеля. С ним познакомился у магазина, где Костя ждал собутыльника. Тот не пришел, но явился Максим...

Квартира Кости напоминала вертеп. Древние, отстающие от стен обои, ободранный линолеум, старая мебель и вонь. Зато крыша над головой. Спал Максим продавленном диване, часто - не раздеваясь. Плевать. Лишь бы нашлась выпивка. С ней было не просто - оба не работали. Чтобы набрать денег, сдавали макулатуру, бутылки, металлы. Выходило мало - не они одни такие умные. Сшибали деньги у магазина. Просить сожитель посылал Максима - ему с его наколками не подавали. Сначала получалось. Максим в чистой одежде, гладко выбритый подходил к женщинам (как менеджер по продажам он умел выбирать, к кому) и жаловался на трудную ситуацию. Дескать, выгнали из дома. Жена. И все потому, что он потерял работу. Он сутки не ел, поэтому хоть и стыдно, но просит. Подавали щедро, иногда сразу на бутылку. Некоторые женщины приглашали к себе. Обещали накормить и предоставить приют. Максим вежливо отказывался - мол, надеется помириться с женой. Это понимали, даже одобряли. Поначалу Максим стеснялся и ездил побираться в другой район. Но потом стало все равно. Пришла в неприятное состояние одежда, на щеках отросла щетина -подавать стали плохо.