Егерь. Черная Луна. Часть 2
Шрифт:
Раннер был мне нужен, мы не могли разбрасываться потенциальными союзниками. Так что я смотрел на огонь и думал вслух. Наглядно показывал позёру логику цепочки решений.
— Я не смог бы действовать от лица Алариха, — начал медленно. — Рейнджер Железного Королевства связан турниром и не может делать то, что нужно. Или, например, не сможет залезть в покои иностранного монарха — это уже прямой повод для войны. Любой мой шаг под короной тянул бы за собой политические последствия, которые парализовали бы все остальное.
Раннер внимательно слушал, не перебивая. В свете костра его лицо казалось изваянным из камня.
— Сейчас я просто отступник, — продолжал я, чувствуя странное облегчение от этих слов. — Беглец. Все, что я делаю — делает безымянный человек, которого никто не посылал и за которого никто не отвечает.
— Не может быть, чтобы ты заранее это просчитал! — сказал Раннер. — Я бы поставил сто золотых, что так просто удачно сложилось.
— И проиграл бы. Впрочем, всё сработало частично, — ответил я честно, вспоминая те секунды на арене, когда увидел червя в глазу короля. — Когда увидел паразита — понял, что дисквалификация была не его собственным решением. Значит, меня убирают именно потому, что я серьезно мешаю их планам. Зачем они это сделали? Может монах тоже был заражён паразитом? И они снова попытаются убрать меня? Тогда мне нужно исчезнуть. Попытались убить мою тигрицу — не вышло.
— Знаешь что, — улыбнулся Раннер. — Звучит так, будто ты до конца сам не знаешь, что правильно, а что нет.
— Так и есть. Если бы знал — правил бы миром. Мы не знаем, что затевают друиды — и не узнаем. Поэтому всё, что можем сейчас сделать — обеспечить максимальную защиту.
Я потянулся за валявшейся рядом сухой веткой и подбросил ее в огонь. Пламя жадно ухватилось за новое топливо, взметнулось выше.
— Они хотели меня убрать с доски, — заключил я. — Но я ушел сам. Теперь они не знают, где я нахожусь и когда появлюсь в следующий раз. Не знают, что буду делать.
— И сколько таких Валькирий ещё ходит по городу? — задумчиво спросил Раннер. — Сколько людей сейчас смотрит на нас чужими глазами и не знает об этом?
— Хороший вопрос. Поэтому действовать будем ночью.
Иван смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом в уголке его рта появилось что-то похожее на усмешку.
— Вам бы тоже поберечься, Драконоборец, — предупредила Лана.
— За нас не тревожьтесь.
Вальнор поднялся с бревна и отряхнул золу с потертой куртки.
— Завтра в полночь, — сказал Иван, тоже вставая. — Будьте готовы к выходу.
— Погодите-погодите, — сказал Раннер. — Макс, ты ведь мне должен.
— Знаю, — сказал я.
— Спас тебя в том бою с монахом. Это чего-то стоило.
— Стоило, — согласился я. — Поэтому расскажу тебе всё. Ты рисковал, не зная за что. Теперь будешь знать.
Раннер улыбнулся.
— Интересное понимание долга, — сказал он. — Ну хорошо. Слушаю.
Я говорил без предисловий. Друиды, Семёрка, Тадиус. Псевдо-Альфы. Чёрная Луна. Паразиты.
Раннер слушал не перебивая. Лицо ровное — но я видел, как что-то менялось в глазах по мере того, как детали складывались в картину.
— Есть ещё кое-что, — сказала Лана. — Ника. Девочка с чёрными венами. Ты видел её на рынке вместе со мной.
Что-то в его лице едва заметно изменилось.
— Видел, — сказал он ровно.
— Мы не спрашиваем почему ты так сделал, — сказал я. — Это твоё дело. Но вот, что важно — есть способ вылечить её. Высшее очищение солнечной саламандры. Я вновь хочу стать твоим должником, Раннер. Хочу, чтобы ты её выиграл и помог девочке.
Раннер встал и отошёл на шаг от костра. Стоял спиной к огню, лицом к темноте леса.
Лана смотрела на него.
— Эта Эрика, о которой вы рассказали, — сказал он наконец, не оборачиваясь. — Она действительно занимается такими вещами?
— Занимается, — сказал я осторожно.
Раннер обернулся.
На долю секунды улыбка исчезла. Глаза стали холодными.
— Никто, — сказал он тихо и отчётливо, — не смеет так обращаться с живым существом.
А потом улыбка вернулась.
— Инферно возьмёт саламандру, — сказал он. — Гарантировано.
Позёр потянулся — без спешки, как человек, который хорошо провёл время.
— Твой долг не уплачен. — заметил он.
— Первый — уплачен, — сказал я.
— Ну ладно. Новый меня тоже устраивает. Нет, ну как ты это делаешь, а? — он усмехнулся. — Похоже умеешь работать с людьми.
— Я ведь не за себя прошу.
Раннер посмотрел на Лану секунду. Потом на меня.
— То, что ты сделал на арене… Я так не умею.
— Зато умеешь много других вещей, но… Как-то ты легко согласился. Не страшно?
Позёр ничего не ответил. Просто зашагал в темноту, махнув рукой на прощание.
Красавчик встрепенулся, почувствовав, что Драконоборец собирается уходить, и легко перебрался с его плеча обратно ко мне.
— Завтра, — Иван шагнул в темноту между деревьями.
Вальнор задержался у края освещенного круга.
Он неподвижно стоял и смотрел на Лану.
В глазах Вальнора было то, что я категорически не хотел видеть. Взгляд отца, который уже принял окончательное решение и прекрасно знает, чем оно закончится.
— Дочка… Увидимся позже.
Лана кивнула и поджала губы, а старый оборотень тихо развернулся, растворяясь в ночной чаще следом за Драконоборцем.
Я проводил взглядом то место, где секунду назад мелькнула его тень между стволами.
— Он же не соврал? — тихо спросила она.
— Вы ещё обязательно увидитесь, так что нет — не соврал, — кивнул я.
Язычки пламени плясали в углях, отбрасывая движущиеся тени на стволы деревьев.
— Друиды нанесут удар на финале. Тысячи зрителей, все правители в одном месте, хаос, который они готовили месяцами. — Я сделал паузу, позволяя ей осознать масштаб того, что надвигается. — Мы войдём туда раньше, чем они ждут.
Лана кивнула. Ей не нужно было объяснять, зачем и почему.
— Мы наконец перестанем играть в их игры, — сказала девушка со злостью в голосе. — Больше никаких правил. Только охота.
— Да, — согласился я, и Лана легла обратно, повернувшись ко мне спиной.
— Добрых снов, Макс.
Я остался сидеть у костра и слушал её дыхание. Сначала неровное, прерывистое — она не спала, просто лежала и смотрела в темноту леса. Потом постепенно выровнялось и замедлилось. Усталость брала своё.