Чтение онлайн

Мир вокруг меня взорвался криками. Чего он там тебе рассказал, твою…

В голову будто налили свинца, а потом шандарахнули молотком.

— Такие случаи уже были описаны в медицинских трактатах столицы! — продолжал лекарь, его голос дрожал от возбуждения. — Человек может годами носить в себе заразу, не подозревая об этом, но заражая всех вокруг! Если не предпринять меры немедленно, вся деревня может погибнуть! Это долгая хворь, которая пробирается со временем, хорошо, что успели выявить!

Я резко сел на помосте, сердце колотилось как бешеное. Чистой воды подстава!

— Да о чём вы говорите, — зарычал в ответ.

Светлокрыл съёжился ещё сильнее, его золотистые глаза метались между мной и лекарем.

Но кто сейчас не поверит в силу питомца против моего слова?

Я медленно поднялся на ноги, в груди поднималось знакомое упрямство.

Ефим поднял трость, требуя тишины. Его лицо изображало глубокую скорбь, но глаза блестели торжеством.

— Послушайте! — воскликнул он. — Максим — сын уважаемого Зверолова, внук нашей дорогой Ирмы…

Он сделал паузу, оглядывая толпу.

— Но безопасность деревни превыше всего! — Ефим ударил тростью о доски помоста. — Лекарь Больд ясно сказал — молодой человек является смертельной угрозой для всех нас!

Толпа загудела одобрительно. Кто-то крикнул:

— Правильно! Изгнать заразу!

— Пусть идёт в лес к своим зверям!

— Не место ему среди людей!

Я стоял на помосте, чувствуя себя как на эшафоте. Сотни глаз смотрели на меня с отвращением и страхом. Люди, которые знали парнишку с детства, теперь шарахались, словно я был ожившим мертвецом. И что делать? Не расстреливать же их… Наверное, даже понять можно. Вон, некоторые смотрят с искренней грустью.

— НЕТ! — закричала мама, пытаясь прорваться сквозь кольцо стражников. — ОТДАЙТЕ МНЕ СЫНА! ОН НЕ БУДЕТ ПОКИДАТЬ ДОМ, Я ОБЕЩАЮ!

Она царапала руки стражников, пытаясь добраться до помоста. Но её крепко держали, не давая приблизиться.

— Ольга, дорогая, — с притворным состраданием произнёс староста, — я всё понимаю. Но мы не можем рисковать всей деревней ради одного человека! Я помогу Максиму, дам ему кров в лесу!

Ирма стояла неподвижно, как каменная статуя. Её маленькие глазки буравили старосту взглядом, полным такой ярости, что я удивился, как тот не сгорает на месте. Губы бабки были плотно сжаты — похоже она разделяла мою позицию, но ничего не могла доказать.

Стёпа метался в толпе, растерянно хватаясь за голову. То приближался ко мне, то отступал, борясь между желанием помочь другу и инстинктом самосохранения.

— Макс! — наконец крикнул он. — Я не верю!

Но его голос потонул в общем гуле, а соседи тут же оттащили парня подальше от «источника заразы».

Виола наблюдала за происходящим с холодным интересом. Её лицо не выражало ни торжества, ни сочувствия — только любопытство, словно она изучала реакции людей для каких-то своих целей. Время от времени её взгляд скользил к зажиточной паре в первых рядах.

Мужчина с седой бородой и женщина в дорогом платье переглядывались, явно обсуждая что-то между собой. Женщина наклонилась к мужу и что-то прошептала ему на ухо. Тот нахмурился и кивнул. Они выглядели обеспокоенными, но не паникой толпы — чем-то другим.

— Больд! — обратился староста к лекарю. — Скажи нам — есть ли способ излечить молодого человека?

Лекарь покачал головой с выражением глубокого сожаления.

— К сожалению, нет. Это древняя хворь, против которой медицина бессильна. Единственное, что мы можем сделать — изолировать носителя, чтобы предотвратить распространение заразы.

Светлокрыл всё ещё ёжился у ног хозяина.

— НАРОД! — снова загремел голос старосты. — Тяжело мне это говорить, но мы должны принять решение! Ради безопасности наших детей, наших семей!

Он поднял руку, указывая на меня.

— Максим должен покинуть деревню. Сегодня!

— ИЗГНАТЬ! — грубо рявкнул кто-то из толпы.

Голоса сливались в единый рёв. Кулаки взметались в воздух, лица искажались гневом.

Я медленно спустился с помоста, чувствуя, как люди расступаются передо мной, образуя живой коридор. Никто не хотел оказаться рядом с «заражённым».

Мой разум лихорадочно анализировал ситуацию. И что это такое? Лекарь явно подкуплен, его питомец принуждён лгать. Верно ведь?

Стоп.

Или…

Мог ли я быть настолько самоуверен, настолько твердолоб, что просто обманывал себя?

Нет, и всё-таки, себе я верил больше. Верил ощущениям. Верил тому, что видел во взгляде старосты. Так что нет никакой болезни. А с этой старой лисой с палкой разберёмся.

Но вдруг пришло спокойствие. Ведь меня отправляли в лес…

В ЛЕС!

— СЫНОК! — Ольга вырвалась из рук стражников и бросилась ко мне.

Она обхватила меня руками, прижала к груди.

— Мы разберёмся! — прошептала она дрожащим от ярости голосом. — Мы уйдём вместе!

— Нет, — тихо сказал я, обнимая её. — Ты останешься. Я не могу подвергать тебя риску. Всё будет в порядке, не переживай. Лес — это не так уж плохо.

— Да о чём ты говоришь?! — воскликнула она.

— Я справлюсь, не переживай, — прошептал ей на ухо. — Обещаю. Когда стану сильнее, когда смогу доказать правду — вернусь.

Только её в лесу мне и не хватало

Ирма подошла к нам, её лицо было мрачным как грозовая туча.

— Слушай сюда внимательно, парень, — сказала она тихо, так, чтобы слышали только мы. — Не знаю про какой кров говорит староста, но в лесу есть изба, надеюсь он о ней. Если найдёшь её…

Она не договорила, но кивнула, давая понять, что там есть всё необходимое. Я удивился и хотел задать кучу вопросов, но Ефим вновь обратился к толпе, а потом Ирма просто испарилась.

— Всё! — снова возвысил голос староста. — К закату солнца Максим должен уйти!

Мама не плакала, те секундные слёзы — момент слабости. Сейчас она угрюмо смотрела на Ефима. Сильная женщина, это хорошо. Она ещё не знает, что в текущей ситуации я видел огромные возможности и переживать не о чём. Меня ведь не в «Хребет Раскола» отправляют.

Всему своё время.

Ну Ефим, вот это ход… Который я ждал. Подозревал, конечно, что такое может произойти, но до конца не верил… Не верил, что я настолько важная фигура на шахматной доске. Вот только он не учёл, что настоящему егерю только это и надо — уйти в лес. Он ведь думает, что я там сгину, хех. Ты всё ещё думаешь, что я мелкий слабый парнишка, да, Ефим? Это мне на руку. Пока ты при власти, придётся быть чуть хитрее, уж знаю уровень твоего влияния.