Чтение онлайн

Адреналин ударил в кровь, сердце заколотилось как бешеное.

Афина подняла массивную голову и издала низкий, вибрирующий рык, который прокатился по пустырю как раскат грома. Звук был настолько первобытным, что некоторые зрители инстинктивно отступили ещё дальше. В этом рычании слышалось обещание смерти всем, кто посмеет угрожать её стае.

— Невероятно… — прошептал кто-то из толпы, голос дрожал.

— Что это за чудовище?! — выкрикнул другой, не веря своим глазам.

Даже Всеволод приподнял бровь, а его огромный волк заинтересованно принюхался, оценивая новую угрозу.

Ефим на мгновение застыл, лицо исказилось от шока при виде моей кошки. Но он быстро взял себя в руки, глаза сузились до щёлочек.

Четверо против троих. Фурия E-ранга — главная угроза. Волки работают в связке. Действовать быстро!

— Режиссёр! — мысленно зову брата и выпускаю его из потокового ядра.

Вторая вспышка серебристой энергии РАЗРЫВАЕТ воздух рядом с Актрисой. Но если материализация Афины была мощной, то призыв Режиссёра превосходит все мыслимые пределы. Молнии бьют с такой яростной силой, что земля под моими ногами вибрирует, а воздух наполняется металлическим привкусом магии. Энергетические разряды не просто вспыхивают — они РЕВУТ, создавая звук, похожий на рёв разъярённой стихии.

Толпа ахает, люди инстинктивно прикрывают глаза от ослепительного света, который затмевает даже пламя огненного орла Всеволода. Кто-то из зрителей вскрикивает от неожиданности, я слышу шарканье ног — люди отступают от края поля, напуганные мощью происходящего.

Энергетический торнадо закручивается ещё быстрее, серебристые молнии переплетаются в сложную спираль, из которой начинают проступать очертания второго хищника.

Когда последние искры рассеиваются, рядом с Актрисой стоит её брат-близнец.

По толпе прокатывается потрясённый вздох, который быстро нарастает и переходит в гул изумлённых, почти истерических голосов.

— ДВЕ?! — кричит кто-то из зрителей, и голос срывается от шока. — У него ДВЕ Королевские рыси?!

— Это невозможно! — выдыхает женский голос, полный неверия. — Такого не бывает!

— Боже мой, сколько это стоит! — шепчет кто-то ещё.

Возгласы сливаются в хаотичный гул. Люди переглядываются, показывают пальцами, не в силах поверить увиденному. Они качают головами, словно пытаясь прогнать видение.

Всеволод застывает как громом поражённый. Даже его огромный волк замирает и смотрит на поле боя с тем удивлением, которое способны проявить только по-настоящему разумные хищники.

— Парень… — шепчет Мастер, медленно качая головой в полном изумлении. — Сколько это может стоить? Триста золотых? Пятьсот?

Тимофей рядом с толпой стоит с открытым ртом, его лицо выражает смесь восторга и профессионального шока. Как торговец редкими зверями, он лучше других понимает масштаб того, что видит.

Ефим, увидев вторую рысь, буквально шатается на ногах. Весь его торжественный настрой, вся уверенность в победе испаряются в одно мгновение. Кровь стремительно отливает от лица, оставляя мертвенную, пепельную бледность. Копьё начинает заметно дрожать в его руках, а глаза расширяются от ужаса человека, который вдруг понял, что попал в ловушку собственного безумия.

— Не может быть, — хрипло выдавливает староста, и голос предательски срывается на верхней ноте. — ГАД! Откуда у ТЕБЯ… КАК?! КАК ТЫ ИХ ПОЙМАЛ?!

В его вопле слышится не только изумление, но и начинающаяся паника. Весь его расчёт строился на численном превосходстве, а теперь передо мной стоят два хищника стихии, каждый из которых по отдельности представляет смертельную угрозу.

Режиссёр не торопится. Он методично изучает противников, его взгляд скользит от Лесной фурии к волкам, затем поднимается к парящей сове. Я чувствую через нашу связь, как работает его ум — он уже просчитывает варианты, ищет слабые места. Его мускулы напрягаются для предстоящего прыжка, но он ждёт. Стратег не бросается в бой — он выбирает момент.

Актриса рядом с братом принимает боевую стойку, её когти выпускаются, блестя в свете огненного орла. Между рысями проходит едва заметный обмен взглядами — беззвучная координация, которая возможна только между близнецами.

В глазах Режиссёра горит холодная, царственная решимость.

Пульс гремит в ушах. Время замедляется. Каждая секунда растягивается в вечность, заполненную предвкушением кровавой схватки.

Начали…

Я отдаю приказы через ментальную связь, чувствуя, как мои питомцы откликаются мгновенно. Связь между нами — это абсолютное доверие, выкованное в сражениях и охоте.

Мои звери приходят в движение как единый, смертоносный механизм.

Режиссёр взмывает в воздух с лёгкостью, которая противоречит законам физики. Сова замечает угрозу и пытается уйти выше, но рысь быстрее. Два хищника воздуха сходятся в смертельном танце над полем боя, их силуэты чертят узоры смерти на фоне пламенного орла.

Свист рассекаемого воздуха. Щелчок когтей. Крик совы.

РРРР-РРРРР!

Актриса выпускает когти с металлическим звоном и стремительным броском летит на правого волка. Её серебристая шерсть превращается в размытую полосу ртути в воздухе. Звёздный хищник инстинктивно отскакивает влево, но рысь ещё в прыжке разворачивается, её задние лапы отталкиваются от воздуха как от твёрдой поверхности.

ШРАК!

Когти со свистом проходят по боку волка, оставляя три глубокие кровавые борозды на тёмной шерсти. Зверь взвизгивает от боли и ярости, его красные глаза вспыхивают злобным огнём. Капли крови разлетаются по траве.

Афина… Моя огромная кошка несётся на Лесную фурию и левого волка с уверенностью живого танка. Она знает свою мощь. Земля чуть ли не проседает под её тяжёлыми лапами, каждый шаг отдаётся глухим ударом. Фурия расправляет крылья и издаёт пронзительный клёкот вызова.

ВИИИИИЗГ!

Ефим не ждёт — с диким воем несётся на меня, копьё нацелено прямо в грудь. Несмотря на возраст, движется он быстро и уверенно — годы тренировок и ярость дают о себе знать. Его глаза горят безумием загнанного в угол хищника.

Я отшатываюсь назад и активирую «Лёгкий шаг».

Воздушные вихри взрываются под ногами, и я делаю то, что ещё неделю назад казалось невозможным — бегу прямо по воздуху. Один шаг, второй, третий — копьё Ефима проходит там, где секунду назад была моя грудь. Я пробегаю по воздуху метров пять и приземляюсь далеко от старосты, чувствуя, как дрожь от удара о землю проходит по всему телу.