Чтение онлайн

Со стороны толпы доносятся возгласы — то ли восхищённые, то ли испуганные — но я уже их не разбираю. Весь мир сузился до поля боя и рычания зверей.

Ефим разворачивается, его лицо искажено яростью от промаха.

Но моё внимание приковано к схватке питомцев.

Над головой разворачивался смертельный балет.

Режиссёр парил в воздухе, используя «Лёгкий шаг» для мгновенных разворотов и атак. Его серебристая шерсть сверкала в свете огненного орла, когда он описывал немыслимые виражи, преследуя ветряную сову. Хищники воздуха кружили друг вокруг друга в трёхмерном танце смерти.

СВИСТ!

Когти рыси прочертили воздух в сантиметрах от совы. Птица ответила резким пике вниз, её бесшумный полёт превращал её в призрачную тень. Но Режиссёр мгновенно среагировал и создал плотный вихрь, который оттолкнул его вниз с удвоенной скоростью.

На земле Актриса использовала связь с братом во всю силу. Она копировала его технику!

Вокруг сестры закрутились небольшие вихри. Не такие мощные, как у брата, но достаточные, чтобы сбить с толку левого Звёздного волка. Зверь метался, пытаясь достать когтями до неуловимой противницы, но воздушные потоки сбивали его с курса раз за разом.

Но два волка Ефима начали действовать как единое целое.

Правый хищник, тот, что сражался с Актрисой, внезапно отскочил назад. Его глаза вспыхнули ярче, красные огоньки в них разгорелись до размеров факелов. Левый волк мгновенно среагировал — его собственная аура засияла, откликаясь на сигнал товарища.

Оба хищника стали двигаться быстрее, их реакция улучшилась. Они перестали быть двумя отдельными зверями — теперь это был единый двуглавый хищник. Один отвлекал Актрису ложными атаками, второй заходил с фланга. Координация была идеальной, отработанной годами.

Актрисе пришлось отступить, её вихри больше не справлялись.

А тем временем Афина сражалась с настоящим чудовищем.

РРРААААРРР!

Лесная фурия взмыла на два метра вверх, расправив свои могучие крылья. Её орлиная голова наклонилась вниз, жёлтые глаза полыхали охотничьей яростью. Затем она сложила крылья и рухнула прямо на мою кошку всей своей массой.

Афина не стала уворачиваться — она встретила удар в лоб. Её невероятная мускулатура напряглась, как стальные пружины. Когда массивная туша фурии обрушилась на неё, моя кошка даже не сдвинулась с места. Земля под её лапами треснула от удара, но сама Афина выстояла.

Но фурия была не так проста.

Её клюв-кинжал нырнул к горлу кошки, а львиные когти попытались разорвать бока. И тут я увидел, почему Ефим так уверен в своём питомце — панцирная шкура фурии работала как настоящая броня. Когти Афины скользили по ней, оставляя лишь неглубокие царапины на роговых чешуйках.

Кошка взревела от ярости и боли — клюв фурии прорезал кожу на её плече, оставив кровавую борозду.

В это время сова нанесла удар.

Птица взмыла высоко над схваткой и расправила крылья. Воздух вокруг неё закрутился, образуя невидимые воронки.

Мощные нисходящие потоки обрушились на Режиссёра как гигантская невидимая рука. Рысь, находившаяся в прыжке, внезапно потеряла контроль. Вихри под его лапами рассеялись, не выдержав давления сверху.

Режиссёр камнем рухнул вниз!

Сова тут же пошла в пике, её когти нацелились на незащищённую спину падающей рыси.

Моё сердце сжалось.

Но в этот момент я почувствовал, как напрягается наша ментальная связь. Брат, падая, сконцентрировался и выпустил два воздушных лезвия наугад вверх. Серповидные клинки из сжатого воздуха просвистели мимо совы, но заставили её отклониться от атаки.

Режиссёр грохнулся о землю.

На земле ситуация становилась критической. Два волка, усиленные взаимной поддержкой, теснили Актрису. Множественные царапины Афины кровоточили — фурия оказалась опытным и жестоким бойцом.

А сова уже разворачивалась для новой атаки, готовясь снова сбить моих воздушных питомцев на землю.

Ефим не давал мне передышки. Копьё свистело в воздухе, оставляя серебристые полосы в свете огненного орла. Старик оказался опытным бойцом — его техника была отточена годами, но я замечал, что движения чуть медленнее, чем могли бы быть в молодости.

ВЖИХ!

Стальной наконечник вновь метит в меня. Время словно замедлилось — я видел траекторию удара, успевал просчитать, куда отклониться. После эволюции до F-ранга моя реакция стала намного быстрее. Я отшатнулся назад, чувствуя, как металл рассёк воздух перед лицом.

— Стой, падаль! — прорычал Ефим, разворачивая древко для нового удара.

Но моё тело уже двигалось быстрее, чем он мог предположить.

Изучай противника, ищи слабые места, береги силы! У меня нож против копья — преимущество длины на стороне старосты. Но у меня лучше скорость и реакция.

СВИСТ!

Очередной выпад — я успеваю увернуться, даже не используя «Лёгкий шаг». Ефим хмурится, его удары не достигают цели. Я двигаюсь быстрее, чем он рассчитывал.

Ага. Вот слабость. После мощного выпада всегда есть секунда, когда он уязвим, а я успеваю это заметить и использовать.

Старик снова пошёл в атаку, но уже с большей осторожностью.

Выпад в корпус — уклон. Подсечка древком по ногам — прыжок. Новый выпад — отшаг влево, успеваю без магии.

Я экономил силы, используя «Лёгкий шаг» только в критических моментах. А вот Ефим всё больше злился.

— СТОЙ НА МЕСТЕ! — взревел он, нанося особенно мощный удар сверху.

Я активировал «Лёгкий шаг» и скользнул по воздуху вправо. Копьё с треском вонзилось в землю там, где секунду назад была моя голова.

Вот он — момент!

Воздушные вихри под ногами позволили мне мгновенно развернуться и броситься вперёд. Лезвие отцовского ножа глубоко вошло в плечо старосты, прорезая мышцы.

— ААААА! — Ефим взвыл от ярости и боли, кровь хлынула по его руке.

Кажется, я услышал полный ужаса девчачий визг.

Сверху на меня пикировала сова. Я инстинктивно пригнулся — реакция сработала быстрее мысли, её когти прошли над головой, задев волосы. Проклятье! Теперь мне нужно было следить ещё и за воздухом.

Ефим воспользовался моим отвлечением. Его рука метнулась к поясу, откуда он выхватил маленькую склянку с мутной жидкостью. Одним движением сорвал пробку зубами и залпом выпил содержимое.

Эффект был мгновенным.

Движения старосты ускорились раза в полтора. Он обрушил на меня серию выпадов с такой скоростью, что мои рефлексы заработали на пределе — я еле успевал просчитывать траектории ударов. «Лёгкий шаг» пришлось использовать дважды подряд, уходя в воздух от особенно опасных выпадов. Энергии оставалось всё меньше.