Чтение онлайн

— Дедушка, не слушай их! — внезапно выкрикнула Виола, пробиваясь вперёд через толпу. — Они всё врут! Дедушка не мог такого сделать!

Она остановилась рядом с Ефимом, её лицо пылало.

— Максим всех обманывает! — продолжала она. — Он же был болен! Все видели!

Но толпа лишь зашумела громче, и некоторые покачали головами с осуждением.

Тимофей поднял руку, призывая к тишине. Толпа постепенно стихла.

— Люди, — сказал он громко, чтобы все слышали. — Я торговец, двадцать лет имею дело со зверями. Кто-то из вас меня может ещё помнит. Рядом с Максимом — Королевская ветряная рысь. Одна из редчайших разновидностей. И да, я готов заплатить за неё сто золотых монет.

Толпа ахнула. Кто-то присвистнул.

— Сто золотых! — повторил торговец. — А ваш староста пытался купить её через подельников за один золотой. Ровно столько, сколько составляет долг семьи.

— Мерзавец! — выкрикнул кто-то из толпы.

— Вор! — добавил другой голос.

— Лжец и обманщик!

— Нет! — крикнула Виола, её нижняя губа предательски затряслась. — Дед, скажи им, что это неправда!

Всеволод невозмутимо наблюдал за происходящим, а его огромный волк рычал всё громче, чувствуя напряжение в толпе. Зверь явно был готов защитить своего хозяина от любой угрозы.

Представитель барона шагнул вперёд.

— Граждане, — обратился он к толпе, — то, что мы здесь видим, это серьёзное нарушение закона. Попытка мошенничества с использованием своего положения. Но важнее здесь то, что староста специально умалчивал о невероятных возможностях Максима. Поскольку ТАКИЕ Звероловы в королевстве ценятся — это серьёзное нарушение. Мы впервые сталкиваемся с подобным. Барон будет проинформирован обо всём, что здесь происходило.

— И что с ним будет? — крикнул Барут.

— Это решит его светлость, — ответил представитель.

Лицо Ефима стало цвета пепла.

— Всё это ложь! — попытался он в последний раз. — Максим болен! Он опасен для деревни!

— Тогда почему твои люди хотели его зверя купить, если он заразный? — спросил кузнец.

Толпа зашумела ещё громче. Люди требовали ответов, которых у Ефима не было.

Я стоял в центре этого хаоса, чувствуя, как изменилось отношение деревни. Ещё несколько часов назад люди шарахались от меня, как от чумного. Похоже Ефим всем порядком надоел. Я вспомнил своё изгнание и… улыбнулся. Как же непостоянна толпа.

Барут подошёл ко мне ближе.

— Теперь всё будет в порядке, Макс, — тихо сказал он. — Вся деревня видит правду.

Я кивнул, наблюдая, как Ефим всё больше съёживается под натиском обвинений. Его власть рушилась на глазах, а вместе с ней — и вся система, которую он построил для контроля надо мной.

Мастер Всеволод направился прямо к Ефиму. Его лицо было каменным, а в глазах пылал холодный гнев. Представитель барона последовал за ним, и их совместное приближение заставило старосту ещё больше сжаться.

— Ефим, — голос Всеволода был тих, но в нём звучала угроза, — объясни мне, как Зверолов третьей ступени мог не узнать Королевскую ветряную рысь?

Староста нервно облизнул губы, его руки дрожали на трости.

— Я… возможно, ошибся в определении. В сумерках, знаете ли, трудно разглядеть…

— В сумерках? — переспросил представитель барона с недоверием. — Но ведь ты утром видел этого зверя при ярком дневном свете. И тогда утверждал, что он стоит один-два золотых максимум. Ты что… Обманывал даже нас?

Ефим открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Он совсем запутался.

— Господа, прошу понять… Я действовал в интересах…

— В чьих интересах? — Всеволод сделал ещё шаг вперёд, нависая над стариком. — В интересах барона, которого ты собирался лишить ценного Зверолова? Лишить такой рыси?

Я почувствовал, как напряжение во дворе достигло предела. Толпа жителей притихла, понимая, что присутствует при чём-то важном.

— Максим, — обратился ко мне представитель барона, — скажи честно, а ты знал, что поймал именно этого зверя?

— Конечно нет, — ответил я без колебаний. — Мне не хватает опыта. А люди старосты пытались купить её именно потому, что он им приказал. Я их узнал. Видел в ночь, когда сборщик налогов впервые дал недельный срок. Они работают сообща.

— Понятно, — Всеволод повернулся к Ефиму, и в его голосе зазвучала сталь. — Ты опытный приручитель. Ты не мог не знать, что перед тобой зверь стоимостью в сто золотых. А значит, ты сознательно пытался его украсть. Решил, что можешь распоряжаться Звероловами королевства, а ещё и их питомцами, старый ты дурак?!

— Но я… я не думал… — лепетал староста.

— Ты не думал? — представитель барона покачал головой. — Парень в восемнадцать лет поймал зверя, которого ты за всю свою жизнь изловить не смог!

— Завтра прибудет лекарь, — широко улыбнулся Барут. — Я уверен, он скажет, что никакой хвори на Максе не было. Уважаемые господа, Ефим подкупил лекаря, чтобы тот выдумал несуществующую болезнь.

Эти слова прозвучали как приговор.

— Знаешь, что скажет барон, — продолжил представитель, — когда узнает, что его староста пытался загубить такой талант? Что вместо того, чтобы поддержать молодого Зверолова, ты клеветал на него, называя больным? Сколько ты всего тут натворил, Ефим? Похоже не просто так поставлял мало питомцев! Да тут нужно как следует разобраться!

Всеволод усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья.

— Господа, умоляю, — Ефим упал на колени, роняя трость. — Дайте мне шанс всё исправить! Я готов…

— Ты готов? — перебил его Всеволод. — А что ты можешь предложить? Свои редкие поставки? Теперь всё выглядит совсем по-другому.

Старика било мелкой дрожью.

— А этот мальчик, — представитель барона указал на меня, — поймал Королевскую рысь. Как я понял, без помощи, без наставника, практически без опыта. И всё это без затрат на эликсиры и всякую охрану, я так полагаю. Очень-очень серьёзные вопросы к тебе.

Тимофей презрительно рассмеялся, глядя на Ефима. Его смех был холодным, полным того особого презрения, которое успешные люди испытывают к мелким мошенникам.

— Жалкое зрелище, — сказал он, качая головой. — Зверолов третьей ступени на коленях. Ты позоришь само звание приручителя. Да ты в этой деревне как лиса, которая охраняет курятник, не правда ли?

Он развернулся к сборщику налогов, который всё ещё сжимал в руках свиток, и спокойно достал кошелёк.

— Один золотой за долг семьи Ольги. Получай.