Чтение онлайн

— Я... я не... — пытаюсь выдавить хоть что-то.

— Второе правило: никогда не лги мне, — его голос становится жестче, а взгляд темнее. — Я все равно узнаю.

Я опускаю голову, стараясь скрыть предательский румянец, но давление слишком сильное. Мне нужен выход. Ладно, к черту все.

Я поднимаю глаза и выдыхаю:

— Если бы ты не загнал меня в ад, я бы использовала тот дилдо на себе... и думала бы о тебе.

В его глазах вспыхивает хищный огонек.

— Ну что ж, — говорит он, звуча спокойнее, чем выглядит, — наблюдать, как ты играешь с этой штукой, определенно в моем списке дел.

Я до сих пор не могу понять, как это вообще происходит со мной. Все кажется вырванным из какого-то дешевого романа. Могущественный магнат из Манхэттена, чертовски красивый, настолько, что это должно быть противозаконно, увозит девушку с разбитыми мечтами, которая тайно подрабатывает танцовщицей в ночном клубе. Абсурдная версия Красотки.

Я чувствую, как все сильнее теряю самообладание, зажатая между его мощными бедрами в своей узкой юбке в полоску, легкой шелковой блузке цвета спелой вишни и на каблуках, в которых я, скорее всего, споткнусь, когда выберусь из этой машины. Волосы собраны в аккуратный пучок, причем я старалась сделать образ профессиональным. Но теперь понимаю, что выгляжу скорее как павлин, особенно рядом с безупречной элегантностью Джакса.

Он смотрит на меня еще пару секунд, а потом тянется к мини-бару.

— Шампанского?

— Разве не слишком рано… — начинаю я, но голос предательски дрожит.

Но он уже открыл бутылку, и белая пена вырывается наружу.

— Твое согласие на мое предложение — уже достаточный повод для праздника, разве нет?

Он достает два бокала из отсека рядом со своим сиденьем и разливает игристое, пока я безуспешно пытаюсь придумать подходящий ответ.

— Знаю, ты предпочитаешь белое вино, — говорит он, протягивая мне бокал. — Но, думаю, это тебе понравится, если попробуешь. — Он ждет, пока я сделаю первый глоток, а потом добавляет: — Как, уверен, ты научишься любить и меня.

Он уже флиртует со мной?

— Полегче на поворотах, — я поднимаю свободную руку, бросая контракт на кожаное сиденье рядом. — Я еще ничего не подписала.

— Ты не понимаешь, Адалия, — мурлычет он, его голос глубокий, как загадочная бездна. — Ты моя, с контрактом или без. Ты стала моей с того момента, как я впервые увидел тебя.

Его большая рука обхватывает мою лодыжку, и от этого прикосновения мурашки пробегают по всему телу.

— Ты разбудила во мне что-то, что уже не исчезнет, — говорит он.

Дикая, опасная ярость в его глазах — мне бы бежать отсюда сломя голову, трястись от страха. Но вместо этого я сижу, как завороженная, пока моя кожа покрывается мурашками, а его рука скользит вверх по икре. Юбка собирается выше его запястья, когда он добирается до колена. Это слишком приятно, чтобы сопротивляться. Его пальцы — мягкие, но сдерживающие в себе столько силы — это совершенство.

Я закатываю глаза. Если он продолжит, я не уверена, что смогу себя контролировать.

— Глупо отрицать, что я хочу тебя, — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить. — Особенно когда ты смотришь на меня так, как будто я единственная женщина в мире, достойная твоего внимания. И когда ты трогаешь меня, это просто... — Заткнись, заткнись, заткнись!

— Знаешь что, — говорит он, его низкий, хриплый голос скользит по моей коже, вызывая волну новых мурашек. — Как насчет того, чтобы перед тем, как ты подпишешь этот контракт, я... послужил тебе?

Мои глаза широко распахиваются.

— Послужил?

— Доставил тебе удовольствие.

Не отрывая взгляда, он берет мою туфлю за пятку и аккуратно снимает ее. Когда моя босая нога оказывается у него на колене, сердце начинает бешено колотиться. Кулак врезается в кожаное сиденье рядом, а внутри все кричит: "Свернись в клубок, спрячься!". Я всегда крашу ногти на ногах, но это слабо скрывает следы жестких тренировок.

Он замирает на мгновение, рассматривая мои пальцы, и я уже готовлюсь к его презрительной гримасе. Но ее не следует.

Наоборот.

Его пальцы медленно скользят вверх по икре, пока он берет вторую ногу, снимает туфлю и повторяет тот же ритуал, ставя ее рядом с первой. Если бы я не знала, что он холоден, как лед, то подумала бы, что его это тронуло. Да и меня тоже. Мои глаза прикованы к его покрытым шрамами рукам, держащим мои израненные ноги с такой... нежностью?

— Джаз, — говорит он, и из невидимых динамиков начинает литься музыка. Моя любимая.

Я должна спросить, откуда он это знает, но магия звуков смешивается с его движениями, с тем, как он обращается с моими ногами, будто поклоняется им. Все это затягивает меня в транc.

— Похоже, большой город сломал не только твои крылья, маленький ангел, — пробормотал он, будто вытягивая из меня слова. С ним слишком легко раскрыться.

— Все свои подростковые годы я тренировалась как одержимая ради Джульярда. Некоторые повреждения необратимы. А некоторые — навсегда, — я выгибаю стопу, показывая, как сильно выпирает плюсневая кость. Исправить это можно только операцией, которую я не могу себе позволить. И дело не только в деньгах. Я больше не смогу танцевать так, как раньше.

— Они идиоты, раз отказали тебе, — отвечает он, скользя руками под мою юбку и задирая ее до верхней части бедер. Потом он перемещает мою ногу на свое другое колено и широко раздвигает ноги. Я резко втягиваю воздух, когда он полностью оголяет меня, его взгляд лениво ползет вверх по моим ногам, прожигая каждую линию кожи.

— Ты этого не знаешь, — возражаю я. — Ты ведь не эксперт в танцах. — Мой взгляд падает на его изуродованные костяшки. — Судя по всему, ты совсем из другой оперы.

— Ты заплатила за свое мастерство ногами. Я заплатил своими кулаками.

Его глаза остановились на кружевных трусиках, а мои — на шрамах на его руках, будто он однажды провел ими по битому стеклу.

— Что случилось? — шепчу я.

Но он так и не ответил.

— Я, может, и не разбираюсь в танцах, но видел, как ты танцевала в лофте. Надо быть полным идиотом, чтобы не разглядеть твой талант.

Сердце трепещет, как не трепетало уже много лет.

— Спасибо, — выдыхаю я.

Джакс поднимает взгляд, и его пальцы касаются нежной кожи на внутренней стороне моего бедра, совсем рядом с кружевами. Я замираю, потерянная в вихре эмоций. Его прикосновения словно произведение искусства.

— Я заставлю тебя почувствовать себя хорошо, маленький ангел. Я буду обращаться с тобой так, как с королевой, которую я увидел в том лофте, — шепчет он.

Мои бедра инстинктивно подаются вперед, отвечая на волшебное ощущение. Уголок его рта чуть поднимается, и это заставляет мурашки пробежать по всему телу.

— Сегодня я твой слуга. Сегодня я здесь ради твоего удовольствия, — мурлычет он, зацепляя пальцем кружево трусиков и сдвигая его в сторону.

Я резко втягиваю воздух, когда прохладный воздух касается моей чувствительной кожи. Никогда еще я не была так благодарна своей работе в ночном клубе. Всегда ухоженная, с треугольником из мягких завитков, который остается скрытым, как бы далеко я ни раздвинула ноги.