Чтение онлайн

Он выглядит иначе сейчас, намного спокойнее, двигается без резких рывков и угрожающих выпадов, хотя во взгляде все равно сталь. Я тоже дышу спокойнее рядом с ним, это еще не доверие, но мне не хочется отойти подальше и вжаться в стену, чтобы увеличить дистанцию между нашими телами. Я пока не знаю Дитмара, он загадка и тайна для меня, но замечаю все больше деталей. Он чуть выше Армана, но суше, хотя тоже крупный и массивный, про таких мужчин говорят, что они могут убить голыми руками. На правой руке у него татуировка — черный кинжал и женская обнаженная спина. Он любит оружие и женщин? Таков смысл? Воин и любовник?

— Нравится? — Дитмар замечает, что я смотрю на его предплечье.

Он напрягает руку и жилы под кожей напрягаются так, что лезвие черного кинжала кажется выпуклым.

— Я сделаю кофе, — я киваю и отворачиваюсь. — Только не называй меня малышкой.

Я достаю турку и кофемолку, потом нахожу пачку с зернами. Странно, что здесь всё это есть, но вино Дитмар знал, что кофе найдется не только растворимый и поэтому попросил меня сварить кофе. Или приказал… Вот еще одно сходство с Арманом, они оба разговаривают так, что не поймешь, где просьба, а где приказ. Особенно на первых порах.

Я слышу, как сгущается крепкий табачный запах, и поспешно оборачиваюсь. Дитмар подходит к плите и останавливается рядом, нависая скалой.

— Можно вопрос? — я использую момент, поднимая глаза на его лицо. — Ты бывал в нашей квартире с Яной?

Мужчина хмурится, будто припоминает все места, в которых был с моей сестрой, а по итогу качает головой.

— Ясно, — я снимаю турку с огня. — Арман сказал, что твои наручные часы нашли в нашей квартире.

— Я подарил ей их, а Стас забрал.

— Она рассказала тебе о нем? Я тоже хочу с ней поговорить, у меня столько вопросов, у нас же не было толком времени…

Я знаю так мало и жалкими обрывками, что до сих пор не могу построить цельную историю. Как моя сестра познакомилась со Стасом? Как попала к Дитмару и что происходило между ними? Я уже чувствую, что между ними не все так просто, я ни черта не понимаю, а темный взгляд Дитмара лишь разжигает мое любопытство. Когда оказываешься под ним, ежишься и зачаровываешься одновременно. Я нервно скручиваю полотенце, которое взяла, чтобы не обжечься, и жду, что ответит Дитмар.

— После, Катя, — уверенным и прохладным голосом отрезает он. — Вы поговорите, но сперва я выясню всё, что мне нужно.

— Но она в порядке? — я задираю подбородок и отбрасываю к черту полотенце. — Я не понимаю тебя, Дитмар, я слишком плохо тебя знаю, чтобы улавливать, когда ты угрожаешь, а когда нет.

— Меня не стоит близко узнавать, Катя, — он хищно щурит глаза. — Просто делай, как я говорю, и никто не попадет в беду.

Он сам берется за ручку турки, пренебрегая прихваткой, и наливает напиток в чашку. Я же отступаю в сторону, когда он наклоняется за ней, чтобы не соприкоснуться с Дитмаром телами. От него идет тяжелая мрачная энергетика, которая продавливает тебя, хочешь ты этого или нет. Не представляю, как Яна ходила на встречи с ним, зная, что должна подставить его. Она совсем бесстрашная? Или угрозы были столь ужасные?

— Как я вовремя, — хриплый голос Армана раздается сзади.

Я оборачиваюсь и ловлю его острый взгляд, хотя он оттаивает на минуту, когда Арман замечает, что на мне его рубашка. Ему это нравится, но еще больше ему нравится перспектива получить завтрак.

— Зиновий звонил из Северного, — бросает ему Дитмар, отходя с кофе к столу. — Он даст нам людей при условии, что мы подарим ему клуб и склад Стаса, когда свалим того.

— И много людей он даст? Зиновий жадный мужик, я с ним пару раз уже имел дело.

— С моими может хватить, — с усмешкой кивает Дитмар. — Только я тут прикинул — одной силы мало. Нужна хитрость.

Я почему-то напрягаюсь при этих словах. Срабатывает интуиция.

— Чтобы нам хватило людей, — продолжает Дитмар, — нужно выманить Стаса из его укрытия. Штурмовать его клубы или резиденцию — херовая затея, а вот поманить его чем-нибудь в другое место…

Я оборачиваюсь и смотрю на Дитмара, ожидая, когда он договорит.

— Вернее, кем-нибудь, — заключает он.

— Предлагаешь выманить Стаса кем-то из них? — сухо говорит Арман. — И кем же?

В его голосе сквозит насмешка над братом, потому что он не готов отдать меня, но ему жутко интересно, сможет ли его брат пожертвовать Яной. Готов ли он использовать ее как приманку. По идее должен быть готов, потому что ненавидит ее и ему плевать на жизнь моей сестры. На деле же я едва улавливаю то, как Дитмар сжимает челюсти, а его взгляд чернеет, правда, всего на мгновение. После он совершенно собран и спокоен, точно такой же, каким был секунды назад.

— А разве есть варианты? — он отпивает кофе с чашки и ставит ту на подоконник, рядом с пистолетом.

Смотрит на Армана из-под густых ресниц и ждет его ответа. Я же молча стою и изучаю этого мужчину. Он не такой прямой, как Арман, больше скрывает, но оно и понятно: он видит меня второй раз в жизни, а ему предстоит выкладывать все карты только потому, что я с его братом. Еще он четко контролирует эмоции. Я помню, как они предавали Армана, как он делал больше, чем должен был, как проявлял эмоции. С Дитмаром это не пройдет, потому что он слишком… другой. Скрытный, спокойный, уверенный в себе, он знает, что сказать и как поступить, он уверен в своем превосходстве над другими, хотя и с Арманом ведет себя на равных. В нем чувствуется стальная сила, но она и больше всего пугает.

— Яна, — расслабленно говорит Арман. — Она работает со Стасом, он наверняка захочет ее себе.

— Да, — подтверждает Дитмар. — Но насколько ей можно доверять? — он усмехается. — Вдруг она сдаст нас при первой же возможности, а? Они ведь спелись там с ним. А вот Катя, — он переводит на меня взгляд.

— Она останется тут, — уверенно говорит Арман.

— Хорошо, брат, я тебя понял, но ты смотри. Их же не отличить почти. Они одинаковые внешне. И твоя, я уверен, не предаст тебя. Мы же не отдаем ее. Поманим только, а?

— Дитмар, — рычит Арман, и я вижу, как его брат поднимает руки вверх в примирительном жесте.

— Я пойду, — вступаю в их диалог, пока они не начали доказывать каждый свою правоту силой.

Да и Яну отпустить я не могу. Стас ведь сломает ее окончательно, надавит на то, на что давил все это время, и Яна поддастся. Тогда пострадаем все мы: я, Дитмар, Арман. Конечно, сестра может договориться о моей безопасности, но Арман. Я смогу жить, зная, что ничего не сделала, чтобы спасти его?