Чтение онлайн

— Твой дракон просыпается рядом со мной, — чуть слышно шепнула одними губами. — Я должна остановить его. Ради нашего счастья. Прости меня.

/Ричард Честон/

Моя чистая, первозданная сила вдруг столкнулась с другой — такой же неукротимой огненной стихией, но намного слабее.

И в этом неожиданном магическом поединке двух огненных стихий в первые секунды не было места слабости. Ведь драконы никогда не отступают.

На мгновение воздух наполнился запахом жжёного металла.

— Твой дракон просыпается рядом со мной, — еле слышно шепнула Кимберли. — Я должна остановить его. Ради нашего счастья. Прости меня.

Тут же пришло отрезвление — мое рыжее сокровище, моя хрупкая истинная пара пытается подавить мой жадный и жаждущий ее огонь. Подавляя, она не дает до конца проснуться дракону, вдохнувшему её одуряющий аромат.

Никогда ещё я не испытывал подобной растерянности. Поэтому два огненных потока разной природы снова и снова сплетались, и расплетались, создавали причудливую симфонию схватки, где каждый последующий аккорд вел к победе… более слабого противника.

Потому что дракон уступал истинной паре. Позволял очищать бурлящую в жилах лаву от того, что заставляло его и меня сходить с ума по паре.

Наша магическая схватка продлилась не больше минуты, но и та показалась вечностью.

Резкая боль в районе солнечного сплетения дала понять, что все завершилось.

Та, что стала сокровищем, подумала на несколько шагов вперед. Она все правильно сделала. Я же вновь чуть не выдал нас.

Но все равно в голове не укладывалось, как хрупкая и нежная носительница пусть и огненной стихии смогла усыпить моего дракона, пусть и с его согласия?

Я тонул в глубоких изумрудных глазах, гадая о природе огня Кимберли, и старался не думать о том, захочет ли мой дракон снова проснуться…

Аласдэр не заявлял пока о родстве Кимберли и князя Норэта. Последний же весь вечер наблюдал за моей невестой холодным внимательным взглядом.

Каждый раз, когда замечал этот изучающий взгляд, хотелось закрыть Ким. Но я держался. Даже позволил рыжуле потанцевать с князем. После с Роджером и еще несколькими представителей бирнайской знати. Все это стало возможно после победы Ким в нашей схватке.

Когда вечер подходил к концу, князь Норэт неожиданно во всеуслышание заявил, что желает сделать подарок жениху и невесте. И не дожидаясь позволения короля и королевы, велел внести его в зал.

Слуга в ливрее дома Норэта — черно-красной — занес в зал небольшую шкатулку из красного дерева.

— Слышал, что в Бирнайском королевстве нет традиции помолвочных и брачных колец, — хорошо поставленным сдержанным голосом проговорил министр финансов Кэрнии. — Знаю, что в вашей стране до замужества невеста носит на запястье половину помолвочной ленты, жених прикрепляет другую половину к груди, с левой стороны.

Именно так сейчас и было у нас с Ким. Ее часть — на левом запястье, моя — приколота к груди.

— Но в Кэрнийской империи, — продолжил князь, и в его спокойном жестком голосе мне почудились нотки снисходительности, — издавна существует традиция, согласно которой жених и невеста в день помолвки и в день бракосочетания обмениваются кольцами.

Естественно, я знал об этой кэрнийской традиции. О том, что невесте из самых знатных семейств кольцо надевалось на мизинец правой руки. Другим девушкам, из менее знатных семей, — на безымянный палец. Невесте, не принадлежащей аристократическому роду, — на средний. Жениху же всегда — на безымянный палец левой руки.

Драконам не нужны кольца. Их символами всегда являлись брачные метки. Традиции не менялись, хотя уже больше века метки не появлялись…

— Позвольте преподнести в качестве подарка помолвочные кольца из магического золота, которое можно обнаружить лишь в одном районе нашей империи.

В принесенной шкатулке на черно-красной бархатной плоской подушечке лежало два кольца. Большое и маленькое. Мужское и женское. Из красно-желтого золота. Со вставкой белого посередине.

— Спасибо, ваша светлость, за прекрасный подарок, — ответил вежливо и слегка поклонился.

Кимберли присела в реверансе и пробормотала:

— Благодарю, ваша светлость.

Я надел на тонкий пальчик Ким золотое колечко. Рыжуля надела на мой палец второе кольцо.

В следующее мгновение на вставке из белого золота кольца Кимберли вспыхнули несколько тонких огненных всполохов. Они переплелись в воздухе и из языков пламени создали причудливый узор, в котором ясно угадывались очертания… саламандры.

Духа огня в алхимии. Саламандра могла жить в огне.

— «Саламандра» — по-кэрнийски «гвинэрес», — прошептала Кимберли, поднимая на меня одновременно потрясенный и испуганный взгляд, в котором прочитал то, о чем и сам уже догадался: князь Норэт подарил нам помолвочные кольца, принадлежащие роду Гвинэра. Возможно, это были кольца княжны Анаид Норэт и её жениха — князя Гвинэра.

Поэтому кольцо Ким признало ее. Магия же моего кольца осталась ко мне безучастна.

Зачем Гвинэра после исчезновения Анаид оставил родовые кольца Норэту? Неясно и малопонятно.

Лишь в одном моменте больше не осталось сомнений — в том, кто являлся отцом Кимберли Уэст.

Похоже, этих сомнений больше ни у кого не осталось. В том числе у моего короля, который с нечитаемым выражением лица уставился на потрясенную Кимберли. Но я слишком хорошо знал этого предусмотрительного, умного и коварного потомка драконов, чтобы не спросить:

«Аласдэр, ты же знал о подарке Норэта?»

Мой король внешне никак не показал, что услышал ментальный вопрос, но ответил:

«Нет, Ричи. Князь не предупредил меня».

Голос Аласдэра прозвучал уверенно и спокойно, но отчего я не поверил ему.

«Норэт самостоятельно решил, что сегодня вся Бирная должна узнать о принадлежности Кимберли к роду Гвинэра?» — усмехнулся.

«По-видимому».

Аласдэр не был возмущен данным обстоятельством. Похоже, мой король был всем доволен. И это навевало определенные подозрения.

«И тебя это устраивает?» — уточнил.

«Это политика, мой друг. Норэту понадобились сотни свидетелей того, что твоя невеста — саламандра. Он получил их. А ты мог отказаться от его подарка, и тогда этого представления не случилось бы».

«Я не мог отказаться от подарка приглашенного тобой гостя, — процедил я, поражаясь словам короля. — И ты знаешь это».

«Почему же? Вполне мог».

«Тогда я оскорбил бы Норэта».

«Именно. А я вынужден был бы наказать тебя за грубые действия, которые стали причиной нового политического конфликта с Кэрнией».