Чтение онлайн

Можно на время отказаться от визитов и не появляться в свете. Можно…

«– Тогда все подумают, что вы меня убили». — прозвенел в памяти чуть насмешливый голосок.

Нортман скрипнул зубами, принимая правоту этих слов. Можно злиться сколько угодно, но имя Арельсов в ближайшее время будут трепать все, кому не лень. А если он еще и отошлет графиню в деревню, то сложно представить, до каких масштабов разрастутся сплетни.

Плюнуть бы на них. Но через несколько лет предстоит выводить Лианну в этот самый злополучный свет…

А еще и недовольство короля может очень плохо сказаться на службе. Из королевской гвардии в свое время разжаловали лишь за то, что посмел отменить помолвку своей дочери с сынком старого Ормса. Разбираться в причинах никто не стал.

И тут тоже не станут.

С другой стороны, разжаловать дальше уже просто некуда. Не так-то много у короля желающих ездить в Актай.

Солнце, постепенно скатывалось все ниже. Его лучи теперь ярко высвечивали крышу оружейной башни. Пнув случайно попавший под сапог камень, мужчина хозяйским взглядом оглядел двор.

Кое-где суетились служки, продолжая наводить порядок. На тренировочной площадке звенели мечи. Там же перекликались голоса и время от времени раздавался гортанный смех.

Фехтовать окончательно расхотелось. Но не возвращаться же домой?

Нортман прошелся по двору, и как-то незаметно для себя свернул в сторону оружейной. С утра хватало других забот и не было возможности туда заглянуть. Теперь надо исправить это упущение.

Поднявшись по каменным ступеням, он потянул на себя тяжелую дверь и, едва шагнув в прохладный сумрак, услышал приглушенные голоса.

— … да что ты говоришь? Неужто это правда?

— Еще какая! Племянник сводного брата моей жены служит лакеем во дворце. Так он своими глазами все видел.

— Не может быть!

Граф поморщился. Судя по всему, служки, отправленные сюда, чтобы навести порядок, решили вместо работы почесать языком. И увлеклись настолько, что даже не заметили, что их разговор перестал быть приватным.

— … правда на тот момент она еще не была графиней. Ее король выдал замуж только после зимы.

Ясно. Очередные сплетни. Но болтовню подобного рода лучше пресекать на корню. Мужчина шагнул было ко входу во второй зал, но следующая фраза буквально пригвоздила его к месту.

— Как думаешь, а граф Арельс в курсе, что его новая жена была королевской постельной грелкой?

— Тише ты! — явно испугался второй. — Разве можно так говорить про господ?

— Да ладно тебе, ты только послушай. Прошлой осенью, его величество зачем-то вызывал эту леди к себе. И после встречи был крайне доволен. А весной выгодно выдал ее замуж. Хотя она была… — последние слова были произнесены шепотом, практически по слогам. — Раз-ве-де-на.

— Ну мало ли…

— А я еще кое-что скажу. Только ты никому! Дочь моей тетки служит в доме герцога Рельса, там на днях проходил бал. Так вот, графиня Арельс весь вечер мило флиртовала с каким-то виконтом. А потом удалилась в сад…

— С виконтом?

— В том-то и дело, что нет. С графом Богудсом. Пробыла с ним какое-то время наедине, а потом поспешно уехала. Сестрица сообщила еще, что уезжала графиня очень взволнованной, и платье у нее было заметно потрепанным.

— Так ты полагаешь, что они…

— Богудса в тот же вечер арестовали. И даже какое-то время держали в пыточной. А графине все с рук сошло, видимо крепко она очаровала его величество. И мужа ей специально подобрали такого, чтобы все время был в разъездах…

Служка вдруг поперхнулся, будто последнее слово встало у него поперек горла. Второй паренек посмотрел на него с недоумением, но, проследив за взглядом друга, испуганно икнул и буквально сполз по стене.

— В-в-ваше с-с-сиятельство. — проблеял он, явно жалея, что не может просочиться сквозь каменные плиты куда-нибудь в подвал. К старым щитам и кольчугам.

Граф Арельс медленно прошел в зал и остановился, скрестив руки на груди. Его обманчиво-спокойный вид не мог ввести в заблуждение. Слишком уж жестко смотрели угольно-черные глаза.

— Ну и чего же ты замолчал? — бросил он, пригвоздив взглядом более осведомленного из двух.

— Я-я-я… Ваше сиятельство, пощадите! — рухнув на колени, служка уткнулся лбом в пол.

Но резкий приказ быстро заставил его подняться. Теперь служка мелко дрожал, чувствуя на себе крайне недобрый взгляд.

— Ты что-то говорил про мою жену? — в голосе Нортмана лязгнула сталь.

Парень отчаянно замотал головой. Мелкая дробь, выбиваемая зубами, стала еще громче.

Мужчина посмотрел на него с отвращением.

— Может в пыточных подвалах тебе развяжут язык? А то и отрежут, за то, что наговариваешь на короля.

— В-в-ваше с-с-сиятельство…

— Или всыпать вам плетей и выгнать с самыми плохими рекомендациями? — граф прошел от стены к стене. — Вас наняли поддерживать порядок, а не разносить гадкую ложь про господ!

Теперь и второй служка сжался, услышав угрожающее — «вам».

— В-ваше сиятельство, м-мы не хотели…

Нортман оборвал его движением руки и ненадолго задумался. Выпороть и выгнать болтунов было бы проще всего. Но так слухи точно не остановить. А это очень плохо для репутации семьи.

— Значит так. — наконец произнес он, — Первое и последнее предупреждение. Обоим. Сейчас я ничего предпринимать не стану, но если до меня еще раз дойдет это вранье, отправитесь на виселицу. И вы, и те, от кого вы нахватались этой лжи.

Служки поежились и синхронно закивали.

Бросив на них еще один уничижительный взгляд, мужчина повернулся к двери. Оставаться здесь дольше он не видел смысла. Пусть эти двое хорошенько обдумают свое положение и его слова.

Если поймут все верно, то не только перестанут болтать, но и постараются заткнуть рты другим. Потому что на кону теперь их собственная шкурка.

А графиню лучше увезти в Арельсхолм. И ограничить все ее контакты. На некоторое время. Пока не выяснится, где в словах служки правда, а где ложь.

Лайон решил не откладывать встречу с графом Арельсом на другой день. Парню не давала покоя мысль, что любое промедление может ухудшить положение сестры. Однако выловить Арельса оказалось непросто.

Слуги из столичного дома сообщили, что господин направился в городские казармы.