Его отражение
Шрифт:
Путь к университету пролегает мимо небольшой церквушки. Ева поддалась мимолётному импульсу и свернула на мощёную дорожку сквера, где стоит храм.
Говорят, люди под высокими сводами церкви находят успокоение и ответы на вопросы. А если это и её шанс тоже? Призрачный и совершенно фантастичный, учитывая, что всю жизнь Ева прожила агностиком и не верила, что какая-то неясная сила может вершить судьбы людей. Проблемы лучше решать самостоятельно, как ни крути, а не взывать к богам. Ведь жизнь твоя и даже боги не обязаны снимать с тебя ответственность. В конце концов, смерть – единственное решение всех жизненных проблем. Заметьте – простое и эффективное.
На пороге пожалела о дурной затее, поддалась сомнениям, но раз уж пришла, перешагнула порог. Чья это церковь, какой конфессии? Все в новинку, потому её любопытный взгляд скользил по фрескам, прихожанам и подсвечникам, не выделяя ничего конкретного. Понятия не имела, что нужно сделать, но надеялась поговорить с… батюшкой? Слово неудобно ворочалось в мыслях, совершенно не укладываясь в разуме, не посвящённом ни одной из религий.
Но ведь в церкви вроде как не должны отказать в разговоре, верно? Ева растеряно оглянулась в поиске советчика. Кажется, каждый человек в церкви был занят интимным процессом – молитвой или зажжённой свечой. Разве можно вторгаться со своими глупыми вопросами? Наверное, стоит уйти.
– Вам помочь? – тихий голос отвлёк от грустных мыслей. Женщина рядом не особенно радостно осматривала Еву. Седые волосы прихожанки прикрыты красивой косынкой, а пальто, наброшенное на плечи, не скрывало длинное платье в пол. Тот случай, когда кожаная куртка и облегающие брюки вызвали чувство неловкости под пристальным взглядом.
– Я не знаю, что нужно делать, – призналась Ева, смутившись.
– Это заметно, уж прости, – сообщила женщина, переходя на ты, слега поджала губы, будто осуждая, – в церковь не ходят с непокрытой головой. И брюки здесь женщины не носят. Идём, найдём тебе платок.
– А разве богу есть дело до одежды? – удивилась вслух, вспоминая зарубежные фильмы, где женщины заходили в храм в любом виде.
Да и в Европе ей ни разу не сделали замечание, хотя они с Эриком бывали в разных городах и во многих католических храмах. Ей казалось, что и здесь не так уж важен платок.
– На непокрытую голову не снисходит благодать, – ответила, как отрезала женщина и потащила Еву за запястье к церковной лавке в холле церкви.
– Но я просто хотела задать несколько вопросов священнику… – безропотно купила прозрачный шарф, чтобы повязать на волосы.
– Прямо сейчас не получится, – прихожанка становился все более нелюбезной, – тебе бы прийти, как следует одетой, Библию почитать!
– Приходите к завтрашней службе, – вмешалась девушка продавец, неодобрительно покосившись на женщину, – посмотрите, как она проходит, и сможете побеседовать с отцом Ефремом.
– Спасибо вам, – тепло улыбнулась Ева, – и дайте мне ещё библию, вон ту в кожаной обложке.
– Приходите, здесь всем рады, – продавец заглянула ей в глаза, – и готовы оказать помощь, если нужна.
Желание делиться проблемами и задавать вопросы отпало, но под недовольным взглядом прихожанки, Ева взяла книгу и вышла из церкви. С собой вынесла запах ладана и неприятное чувство досады. Наверное, не судьба найти помощь в церкви. То ли ей не повезло, то ли ждёт иной путь. Никогда не была верующей, стоит ли начинать.
– Была сегодня в церкви, – сообщила Кире, когда они после тренировки отправились домой к подруге. Ева напросилась в гости, надеясь, что в другом месте сможет спокойно поспать.
– Серьёзно? – поперхнулась она кофе, который взяли с собой в кофейне за углом, – ну и понесло же тебя! И что, понравилось? Или в грехах решила покаяться? Так я тебе скажу – бесполезно, дорогая!
– Я как зашла, так и вышла, изгнанная негодующей дамой, – хохотнула Ева, – я же не в юбке! Видела бы ты этот взгляд, будто по мне костёр плачет.
Кира весело расхохоталась. Она, в отличие от подруги, была хорошо знакома с обычными правилами православия и справедливо полагала, что держаться от них нужно подальше. То бишь, уважать на расстоянии. Сама сероглазая красотка – Кира Алексеева выросла в семье весьма верующей, потому была подкована в вопросах религии. Особенно не прониклась, но Библию знала хорошо – в своё время пришлось заучивать. Когда вырвалась из-под опеки семьи, девушка верить в Бога не перестала, но походы в церковь стали гораздо более редкими. Да и отношение к религии стало довольно циничным. Кира полагала, что вера не имеет ничего общего с религией, но мыслей своих никому не навязывала, щадя чувства окружающих.
– Кошмары не прошли? – посерьёзнела подруга, на лице мелькнуло сочувствие и беспокойство. Кира знала, что в последнее время Еве стало нехорошо, – ты потому пошла, да?
– Не прошли, Кирюш. И если честно, кажется, что я схожу с ума. Боюсь оставаться одна дома. Такое чувство, что там кто-то есть и постоянно смотрит. У меня мурашки по коже, я свет не выключаю. Такое чувство, что меня кто-то преследует. И ещё…
Ева достала из кармана кусочек бумаги, вырванный лист из блокнота для эскизов. На нем были нарисованы инициалы П.Э. Черные чернила, красивый каллиграфический почерк и двойное подчёркивание.
– Я не помню, когда это написала.
– Вот же жесть, – тихо произнесла Кира и потрясённо взглянула на листок,– это нехорошо.
– Слушай, если все станет совсем плохо, – начала Ева и запнулась, – я очень тебя прошу, отправь меня в больницу. Я боюсь, что сама могу и не смочь…
– Эй, родная, не гони! Завтра пойдёшь к своему мозгоправу и поговори! – всполошилась Кира, не на шутку испугавшись, – Я уверена, что ничего страшного, слышишь? Это просто стресс. Никаких больниц не понадобится! А ну пошли домой! Я обещаю, сегодня ты будешь спать как младенец!
Подруга активно взялась за организацию качественного отдыха. И начала с бутылки вина. Пока в ванной набиралась вода, снабдила Еву не только полным бокалом, но и приготовила все для массажа.
Кира делала его на профессиональном уровне, имея медицинское образование и несколько лет практики. Зарабатывать этим не планировала, но считала навык крайне полезным для будущей семейной жизни. Вот подруге тоже пригодится. Ева позволила засунуть себя в ванную и послушно расслаблялась в ароматной воде под звуки классической музыки. Последняя, по мнению подруги, тоже действовала благотворно на расшатавшиеся нервы. Звонок в домофон намекнул, что их ужин прибыл и пора вылезать из остывающей воды. Ева обернулась пушистым полотенцем, оставив вещи и украшения на тумбочке, заберёт после.
Кира доказала, что массаж – разновидность волшебства! После того как размяла мышцы, даже те о существовании, которых Ева не догадывалась, самочувствие и настроение витали примерно на седьмом небе. Сеанс с благоухающим маслом позволил думать, что жизнь не так уж плоха, как кажется.
А после вкусного ужина из местного ресторана, девушки довольные и счастливые легли спать. Правда Ева так и не решилась уйти в соседнюю спальню, оставшись с подругой. Но эта ночь оказалась самой спокойной за несколько месяцев. Кошмары если и приходили, то нарушить покой не смогли, в отличие от будильника.