Чтение онлайн

— А вот и хозяин пожаловал! — выкрикнул он в микрофон. — Пришёл пересчитать поголовье своего стада. Так ведь дарг? Явился посмотреть, сколько ещё осталось твоих баранов?

В толпе кто-то нервно засмеялся. Другой в голос выругался. По рядам цвергов снова прокатилась волна шёпота.

Я не ответил. Очень хотелось пустить в дело метательный диск. Но я молодец. Сдержался.

Подойдя к сцене, остановился. Поднял взгляд на цверга. Оратор посмотрел в ответ. И пусть глядел он сверху вниз, марку держать не выходило. Руки у мужчины подрагивали, и это было заметно всем в зале.

— Ну? — не выдержал он и десяти секунд молчания. — Что скажешь, дарг? Что мы семья? Что ты любишь нас и будешь заботиться?

Я улыбнулся. Опёрся пальцами левой руки за основание каменной сцены. Рывком забросил своё тело наверх.

— Нет, — сказал я, очутившись рядом с ним и посмотрев в глаза. — Скажу другое.

Цверг вцепился в микрофоном так, будто это могло его защитить. Аж побелел весь, бедняга. А думать надо было, перед тем, как во всё это лезть. Пусть спасибо скажет, что я его вообще не убил.

Я протянул руку. Продемонстрировал ему самую свою дружелюбную улыбку, которую этот придурок не оценил — ноги затряслись так, что начали разъезжаться. И оратор едва не распластался прямо на сцене.

Ну вот и всё. Микрофон в моей руке. Я повернулся к залу.

Сотни лиц. Столько же взглядов. Злых, настороженных, испуганных. Ни одного по-настоящему спокойного лица. Даже Кьярра и Оди с Фоди напряжены.

В этот раз улыбаться я не стал. Просто попытался расслабиться. И набрав в лёгкие воздуха, поднёс микрофон к губам.

Импровизация никогда не была моим коньком. Однако, сейчас выбора мне не оставили. И я сделал первый ход;

— Здесь нет ни одного дарга.

Тишина. Та самая, когда толпа не понимает — это шутка или издевательство. Несколько сотен пар глаз уставились на меня с выражением «совсем япнулся, орчина»?

— Серьёзно, — продолжил я, обводя взглядом зал. — Ни одного. Ноль.

Кто-то в задних рядах хмыкнул. Кьярра, стоявшая у края сцены, нахмурилась, не понимая, куда я клоню.

— А ты тогда кто?! — выкрикнули из середины зала. — Галлюцинация с клыками?

Знаете, порой я понимаю Бараза Бивня. Иногда очень хочется рявкнуть и пригрозить кому-то сделать из его черепа чашу. Чтобы не влезал, когда не просят.

— Дарги следуют своим традициям, — повёл я взглядом, пытаясь отыскать крикуна. — Считают, что размер и сила дают право на всё. В том числе забирать чужое.

Я сделал паузу. Посмотрел на ближайшие ряды.

— Так вот, — отчеканил я. — Таких тут нет. И не будет.

Молчание стало иным. Не растерянным — настороженным. Они ждали подвоха. Привыкли, что за красивыми словами всегда прячется какая-нибудь гадость.

— Здесь только культурные дарги, — сказал я. — Пока один. Скоро будет больше.

— Это как? — не выдержал кто-то из зала. Голос был скептический и откровенно недоумевающий.

— Культурный дарг уважает чужие личные границы, — принялся объяснять я. — Не лезет, куда не просят. Не берёт, что не дают. Не убивает без крайней необходимости. Например для самозащиты. Звучит просто, но почему-то для многих это высшая математика.

По залу прокатились лёгкие смешки. Совсем редкие. Однако уже неплохо.

— Скоро сюда приедут ещё десять даргов, — продолжил я. — Каждый из них будет соответствовать этому стандарту. Либо его здесь не будет. Точка.

Кьярра чуть заметно кивнула. В её глазах светилось что-то похожее на одобрение. Ну и капля надежды там тоже появилась.

Дальше я переключился на главное. На то, что только теперь окончательно оформилось в собственной голове.

Говорил о возможности. О шансе построить что-то новое. Место, где гоблины, орки, кобольды, цверги и все остальные смогут существовать рядом. Не как хозяева и слуги. А как соседи. Которые могут друг друга недолюбливать, ругаться из-за шума по ночам и спорить о том, кто должен чинить общую лестницу — но при этом не резать друг друга при первой возможности.

Не буду врать — звучало это наивно. Даже для безудержного оптимиста. Но я видел, как меняются лица в зале. Как скептицизм уступает место слабой надежде. И нет — если вы сейчас думаете, что дело в моём ораторском искусстве, то ошибаетесь.

Этим цвергам нужна была весомая причина, чтобы остаться. Совсем не практического характера. Таких у них и так было полно. А вот морального концепта, который позволил бы задержаться в безопасном месте, не имелось. Теперь я им его дал.

Упомянул кобольдов. Сказал, что они уже здесь и с ними можно жить бок о бок. Хотя их презирают и отталкивают почти во всех частях света. Хотя они не монстры и не идиоты.

— А как же некромантия? — тут же прилетело из зала. — Опыты? Вот эти двое такого тут наговорили, что тётушка Бургильда в обморок рухнула и до сих пор не отошла.

Взгляды скользнули в сторону Оди и Фоди, от которых уже начали отступать соплеменники. Вот так и доверяй магам-недоучкам. Мало того, что простейшую задачу запороли, так ещё и хуже сделали.

— Некромантия — инструмент, — заговорил я, переключая внимание с братьев на себя. — Как молоток. Можно забить гвоздь, можно — проломить череп. Вопрос не в молотке, а в том, кто его держит.

— Но эти двое…

— Эти двое — специалисты, — перебил я. — Которые используют свои знания. Страшна не магическая дисциплина сама по себе. А те, кто обращает её во вред. Таких здесь не будет. Это я гарантирую.

Братья переглянулись. Попятились к дверям. Я же внутренне выдохнул. Концепция с молотком, пусть и была безумной древним клише, но всё равно прокатила. Неплохо.

Вопросы посыпались один за другим. Про безопасность. Еду. Работу. О том, кто будет принимать решения и как. Некоторые даже самоуправления требовали. Прямо отказывать я не стал. Но отложил эту дискуссию на будущее.

Закончив объяснять, что подобный вопрос лучше будет обсудить позже, посмотрел на пожилого цверга с короткой щетиной и усталым взглядом. Тот как раз стоял перед сценой, только что сюда пробившись. И судя по всему желал задать вопрос.

— Ты говоришь про десять даргов. А с чего им тебя слушать? — старик действительно заговорил. — Почемы бы не начать резать глотки и срывать одежду с наших женщин.

Ожидаемо. И предсказуемо. Собственно, я думал эти слова прозвучат сильно раньше.

— Хороший вопрос, — кивнул я. — Все десять будут под постоянным наблюдением. Камеры. Двадцать четыре на семь. Полное документирование всего, что они делают. Статус «культурного дарга» им ещё придётся заслужить. По крайней мере, в полноценном значении этого слова.